Вздохнув, я откинулась на подушки. Ни о каком сне и речи быть не могло - мыслей в голове после разговора с Аринкой меньше не стало. Наоборот, заставляя ворочаться с боку на бок, к ним присоединились развратные картинки, демонстрирующие как я буду зазывать Глеба в ванную комнату...
И все же удобное положение не сразу, но нашлось - я затихла. На пять минут. Потом некстати вспомнила, что позволяла себе не особо стесняясь переодеваться с открытой в комнату дверью и вспыхнувшее смущение вновь заставило меня закрутиться под одеялом. А еще он мне платья гладил. Вот не станет нормальный парень гладить платья, а у Глеба еще и получалось не хуже, чем у моей бабушки... во всяком случае гораздо лучше, чем у меня. И какой из этого вывод?
- Какой вывод? - повторила я вслух. - Педик он - вот какой вывод.
Кстати, надо будет спросить его, что там насчет группы и выступлений? И почему мне ничего не сказал? Вообще странно... Надо будет на него обидеться за это... А в душ я не пойду.
- Блин! - я села в постели. Хороша подружка. Глеб ко мне зачем приходил-то, когда я еще на прежней квартире жила? Правильно, английский подтянуть. И вот, мы с ним уже два месяца вместе живем, а я так и не провела ему не единого урока. И даже не предложила как следует. Еще права качать собралась, а сама - неблагодарная.
Желание восстановить справедливость носило безотлагательный характер. Я вскочила с кровати, натянула поверх своей развратной пижамки халат и выглянула за дверь комнаты.
В квартире царила тишина. Время перевалило за полночь и парни, вероятно, тоже отправились баиньки.
Отогнав чувство сомнения, я решительно двинулась к комнате Глеба. Сейчас я ему скажу, что готова заниматься с ним в любое свободное время и успокоюсь.
Первое, что я увидела, проникнув в комнату парня была обтянутая темной тканью Хлебушкина попа, соблазнительно торчащая из-под одеяла. И конечно, у меня тут же возникло желание убедиться, что родинка на левой ягодице таки имеется. Но нет, я вовсе не собиралась сдирать с него трусы - к счастью, или все таки сожалению, воспитание не позволяло бросаться на спящих мужчин... и на не спящих тоже. Посему, честно стараясь не смотреть на Хлебушкин зад, я остановилась в паре метров от кровати и тихо позвала парня:
- Глеб... Глее-еб... - проблеяла я.
Ответом мне был богатырский храп... Моя слабая, но искренняя надежда, что в прошлый раз, когда я спонтанно пыталась проникнуть на Глебушкину территорию так зверски храпел Женька, растаяла как дым. Может Хлебушек еще и слюни пускает? Тогда есть надежда разлюбить его с чистой совестью. Нервно переступив с ноги на ногу, я прислушалась к себе и поняла, что нет, слюни не помогут. Слюни - это, при определенной доли фантазии, даже мило. Тут надо что-нибудь посущественнее.
Оставив дверь комнаты открытой - Глеба я вовсе не боюсь, просто так светлее (в коридорчике я предусмотрительно зажгла свет), я приблизилась к кровати вплотную, пытаясь решить, стоит ли будить соседа или все же отложить на завтра мое предложение позаниматься с ним? Словно почувствовав мое сомнение, Глеб тяжело вздохнул, повернулся ко мне лицо и, перестав храпеть, тихонько засопел. Выглядел он при этом весьма... няшно, как сказали бы пятиклассницы Кости.
Я зависла. Ох, чего бы лишнего ему не предложить от волнения. Вновь мелькнула мысль, исчезнуть из чужой спальни по добру по здорову... Но внезапно мне стало обидно - вот, дрыхнет тут спокойненько, пока я там стада баранов без толку считаю.
- Глееб? - склонилась я над парнем.
И тут из-за спину Хлебушки появилась огромная ручища и едва не огрев меня по голове, приземлилась собственно на моего соседа, тут же подтащив его поближе к своему хозяину. Честно не помню, что я подумала в тот момент, но не завизжала я по чистой случайности - голосовые связки просто отказывались мне подчиниться. Поэтому я просто стояла и молча разевала рот, пока до меня наконец не дошло, что укутавшись в плед за спиной Глеба спит вовсе не чудовище, а Тим Булыгин.
И вот мне интересно... Женька вообще в курсе?
Постояв еще немного возле кровати, так и не смогла разбудить парней. Не хотелось мне смущать ни Глеба, ни Тима... тем более Тим, небось, еще так вывернул бы, что смущаться мне пришлось.
Вздохнув, вышла из спальни и понимая, что уснуть не смогу, поплелась на кухню. Поставила чайник. Знаю, что есть на ночь вредно, но я ж в лечебных целях - подлатать расшатавшиеся нервишки. Торт искать было бесполезно - точно знаю кто его сожрал, потому на стол перекочевали масло, сыр, колбаска и булочка - лечиться так лечиться.
И вот когда чайничек закипел, я заварила себе успокоительного ромашкового чая и с комфортом устроилась за столом, на кухню пришлепал щурящийся от света Глеб. Утруждать себя халатиком он не стал, явившись в чем спал, то есть совершенно налегке - в одних плавочках, которые почему-то показательно и совершенно недвусмысленно топорщились спереди, который раз вызывая во мне совершенно неприличное желание заглянуть куда не просят. Права, наверно, Аринка, в моем возрасте девственность уже болезнь и пора бы уже всерьез заняться своим здоровьем. Эх, может ну его этот план с душем? Скину халатик прямо здесь - пижамка полупрозрачная, даже лучше чем за занавеской получится.
- Лин? Ты чего тут? - сосед потер заспанное лицо, видимо пытаясь хоть немного взбодриться, и вопросительно посмотрелна меня.
- Да вот не уснуть. Решила чаю попить... успокоительного. Тебе, смотрю, тоже не помешало бы, - и да, кивнула на его топорщиеся труселя и даже, кажется, не покраснела при этом.
Глеб опустил взгляд и некоторое время растерянно рассматривал свои плавки пока, видимо, до его сонного сознания не дошло, что я имела ввиду. А когда дошло, Хлебушек покраснел как рак и метнулся за стол, нервно устроившись напротив меня.
- Да... да, - кивул он, не глядя на меня. - Н-нальешь? Пожалуйста.
- Конечно, - легко согласилась я, вставая с табуретки.
Глеб благодарно кивнул и принялся ваять бутерброды.
- Торт Тим доел, - извинясь произнес он, но скорее просто для того, чтобы не молчать.
- Я догадалась, - большая кружка светлого ромашкового чая опустилась на стол рядом с парнем, а я уставилась на его светлую макушку и голые плечи - соблазн прикоснуться к ним был просто невероятен. А еще с этого ракурса было прекрасно видно, что парень все еще возбужден. Интересно, это он так на Тима среагировал или ему что интересное приснилось?
Спрашивать я, конечно, не стала. И так, почувствовав, что я его разглядываю Глеб крепче сжал нож и весь как-то напрягся. Пришлось ретироваться на свое место.
- Это он от расстройства, - решил развивать тему Глеб, сделав вид, что ничего не случилось. И впервые с тех пор, как я повела себя не очень корректно по отношению к его достоинству, поднял на меня глаза - в них застыл вопрос пополам с подозрительностью. - Ты знала, что у Тима с Ксюхой на сегодня, - парень бросил быстрый взгляд на часы на микроволновке, - то есть уже на вчера была назначена свадьба?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
