Абул-Хасан Симджури вернулся в свои поместья, а его место занял тюркский военачальник Абул-Аббас Таш, оказавшийся ближе всех к премьер-министру. Поскольку северной границы между землями ислама и неверных более не существовало, военные устремления государства были направлены в основном против Байидов. Таким образом, главным противником Саманидов стали Байиды.
Байиды оказались наиболее удачливыми из всех династий, правивших в Западном Иране в X в. Все эти династии являлись шиитами, но Зияриды, потомки некоего правителя Гилана по имени Мардавидж, принадлежали к шиитской секте под названием зейдиты (приверженцы одной из «умеренных» шиитских сект, образовавшихся в VIII в. в Арабском халифате; основатель – Зейд ибн Али, внук третьего шиитского имама Хусейна. – Пер.), последователи которой распространили ислам во многих областях прикаспийских провинций. Зейдиты были последователями одного из шиитских лидеров, или имамов, Зейда, вместо его брата Джафара аль-Садика и его потомков, приверженность которым выражали другие шииты. Когда в начале X в. Мардавидж распространил свою власть на Западный Иран, в его армии имелось много дейламинцев из Дейлама, предгорных и горных районов прикаспийских провинций, и среди них три брата из рода Байидов. Однако они не остались у Мардавиджа, а принялись выкраивать себе собственные княжества. После убийства Мардавиджа в 935 г. они унаследовали большую часть его царства и даже еще кое-какие земли. Старший, Али, правил провинцией Фарс, аль-Хасан управлял Аль-Джи балом, или территорией Исфахан – Хамадан, тогда как Ахмеду достались Кирман и Хузистан. В 945 г. Ахмед захватил Багдад, и вскоре после этого халиф даровал братьям титулы, по которым они и известны в истории, – Имад аль-Даула (Али), Рух аль-Даула (аль-Хасан) и Муиз аль-Даула (Ахмед).
Вершина могущества Байидов пришлась на вторую половину X в. Когда умер, не оставив сына, Имад аль-Даула, Рух аль-Дауда послал управлять Фарсом своего сына, Адуда аль-Даула, а когда в 977 г. умер отец последнего, он стал главой рода и полноправным правителем владений Байидов. И Адуд аль-Даула показал себя грозным противником Саманидов.
Некоторые исследователи акцентируют внимание на различии в верованиях Саманидов и Байидов и приписывают этому значительную долю враждебности между ними. Однако Зияриды, тоже шииты, стали союзниками, если вообще не вассалами Саманидов в их совместных действиях против Байидов. Последние, хоть частично и принадлежали к двенадцатеричникам (наиболее распространенное направление в шиизме, признающее 12 священных имамов. – Пер.) – ветви, доминирующей в современном Иране, – также принимали в свои ряды зейдитов и исмаилитов, а также суннитов. Более того, позднее Байиды воевали в Сирии и Северном Ираке с фатимидскими халифами, которые являлись исмаилитами, что вряд ли говорит о шиитской солидарности. Это верно, что Саманиды не признали возведенного Байидами на трон халифа Мути вместо аль-Мустафи, но вряд ли они сделали это из-за симпатии к последнему.
К неизбежному конфликту между Саманидами и Байидами скорее привела их внешняя политика. Байиды непрерывно воевали с Зияридами, которые сначала искали помощи у Саманидов, а затем, в благодарность за поддержку, признали сюзеренитет Бухары. Для Байидов было только естественным использовать любые уязвимые места своего противника, поэтому любые мятежники против власти Саманидов, как, например, Симджури, были уверены, что получат помощь Байидов.
В 982 г. новый наместник Хорасана, Таш, повел армию на помощь Кабусу, Зияриду и другим местным правителям прикаспийских провинций, свергнутых армиями Байидов. Поначалу побеждавшая саманидская армия обратилась затем в бегство и отступила в Нишапур. Немногим раньше Байиды отбили у Саманидов Кирман, хотя власть последних здесь никогда не была устойчивой. Адуд аль-Даула подчинил кочевых белуджей (иранский народ с традиционной кочевой культурой и развитым племенным делением, говорящий на языке северо-западной подгруппы иранской группы языков. – Пер.) и другие племена Кирмана, расширив власть Байидов на доселе изолированные области и даже на земли язычников. Смерть Адуда аль-Даулы в следующем году, возможно, спасла Хорасан от вторжения Байидов. Однако Гурган (Гиркания, Джурджан), область на юго-востоке Каспийского моря, оставался под правлением Байидов, пока в конечном итоге Кабус не вернул его себе в 998 г., но это произошло уже под самый конец правления Саманидов на Востоке.
Хотя Саманиды и оставались сильным соперником Байидов, они уже не обладали достаточным могуществом, дабы предотвратить распад собственного государства. Внутренние проблемы только множились, что в конце концов и привело к падению династии. Разумеется, существенную роль играл и человеческий фактор, поскольку не только последние правители династии были слабы, но и их министры с советниками оказались ничем не выдающимися личностями. Для многих современников ход истории, похоже, предопределил неминуемое падение династии.
Хотя Абул-Касим Нух ибн Мансур (977–997) и был покровителем поэтов и ученых, он не обладал ни сильным характером, ни реальной властью и постепенно превратился в марионетку в руках то одной, то другой группировки. Партия Таша и визиря аль-Утби противостояла партии Абул-Хасана Симджури и министра двора по имени Фаик. Однако премьер-министр аль-Утби погиб в 982 г. от рук неких пажей, подстрекаемых Фаиком. Таш, который все еще командовал саманидской армией Хорасана в Нишапуре, готовился напасть на Фаика и Симджури, Абул-Хасана и его сына, Абу Али. Однако был заключен мир, и Фаику отдали в управление Балх, Абул-Хасану – Кохистан, а его сыну Абу Али – Герат, тогда как за Ташем остался Нишапур. Такой порядок вещей долго не просуществовал, поскольку друг Таша аль-Утби был мертв, а новый визирь, враг аль-Утби, оказался также враждебен и по отношению к Ташу. Премьер-министр Мухаммед ибн Узаир, вынудил эмира Нуха сместить Таша и восстановить на посту наместника Хорасана Абул-Хасана Симджури. Таш не подчинился и попросил помощи у правителя Байидов, которому он помог, когда они оба находились в изгнании. Но даже с присланными Байидом, Фахром аль-Даулой, из Рея войсками Таш потерпел поражение от Абул-Хасана и вынужден был бежать в царство Байидов, где Фахр аль-Даула поставил его, в качестве своего заместителя, управлять областью Гурган. На этом посту Таш и оставался до самой своей смерти в 988 г. Теперь Симджури стали самой могущественной группировкой в государстве Саманидов.
Абул-Хасан умер в 988 г., и пост перешел к его сыну Абу Али Симджури, хотя, по-видимому, эмир сделал это исключительно из страха перед Абу Али. Фаик не упустил своего шанса и помирился с Нухом. Между Фаиком и Абу Али вспыхнула война, однако в 991 г. последний победил, и со временем часть владений Фаика отошла под правление Абу Али. Фаик отступил к Бухаре, но снова был разгромлен Бектузуном, военачальником Нуха, и бежал в Балх, где смог держать оборону. Такова была ситуация, когда произошло вторжение Караханидов.
Источники расходятся во мнении, кто пригласил Бугра-хана напасть на Бухару; согласно историку Абу Насру Мухаммеду аль-Утби в его «Китаб аль-Ямани» – «Книге воспоминаний», изначально это был Фаик вместе с кем-то еще, тогда как иранский историк Мирхонд и некоторые поздние авторы утверждают, будто хана призвал Абу Али с целью поделить между ними владения Саманидов. Ибн аль-Асир и остальные говорят, что многие саманидские военачальники и чиновники писали хану, призывая его. Как бы там ни было, он пришел и победил.
Наступление Караханидов ни в коем смысле нельзя назвать стремительным или неожиданным. Мы уже упоминали о потере серебряных рудников в верховьях Зеравшана в 976 г., но нельзя с уверенностью сказать, захватили их Караханиды или кто-то из местных предводителей. Правитель западных владений Караханидов, Бугра-хан, известный также по своему мусульманскому имени, Гарун аль-Хасан ибн Сулейман, в 980 г. завоевал Исфиджаб к северу от нынешнего Ташкента. Эти земли управлялись незначительной тюркской династией под сюзеренитетом Саманидов. Нам неизвестно о дальнейших вторжениях во владения Саманидов, но можно предположить, что часть территорий оказалась потерянной. Место действия было полностью подготовлено для завоевания.
Нух не далеко ушел, только до города Амул на Оксе, откуда написал Абу Али Симджури, пытаясь убедить его прийти на помощь дому Саманов, но Абу Али отказался. К счастью для Нуха, помощи не потребовалось, поскольку Бугра-хан заболел в Бухаре и принял решение покинуть город и вернуться в Туркестан. В июле он покинул Бухару, оставив вместо себя некоего Абд аль-Азиза. Вполне возможно, что после ухода Бугра-хана некие туркмены нападали на войска хана, однако источники оставляют некоторые в том сомнения. На пути домой Бугра-хан умер, и в августе Нух вернулся в Бухару, без особых усилий разгромив ставленника хана.
