было лишь в том, что во второй половине нам должны были мешать ФСБ, военная полиция, и подразделения Росгвардии, но об этом мы еще не знали. Вообще, для нас, для групп армейского спецназа (за мою службу), это были первые учения, где нужно было работать с какими-то агентурными методами, и против других различных ведомств. Спасибо Сергею Кужугетовичу, который добавил реальности, колорита и насыщенности нашим учениям.
Расположились мы на территории одного из летных училищ. Мне, почему-то, очень везло «жить с самолетами» на одной территории в последнее время, поэтому к месту дислокации я отнесся уже с улыбкой. Расположились, поставили палатки, которые, кстати, прилетели на день позже подразделений, и поэтому мы сутки жили как мигранты, под кустами. Стоит отметить тот факт, что приняли нас там прекрасно: поставили на довольствие (а летунов кормят намного лучше, чем нас), разрешили ходить в баню, разрешили организованный выход в город — все было по красоте.
Первые три дня ушли на организацию быта отряда. Потом вроде планировали занятия, но что-то резко изменилось и прилетели первые задачи для групп. Важно добавить, что комбат проявил человечность и, зная мои небольшие проблемы со здоровьем, назначил мою группу в дежурное подразделение на всю командировку. То есть мы не выезжаем на задачи, а сидим в отряде и решаем внезапно возникающие вопросы. Когда я это рассказал бойцам, они начали орать и свистеть так, что я не с первого раз их успокоил.
— Наконец-то, командир, мы отдыхаем. А то, как какой-нибудь пиздорез или важная задача — группа Юстаса, а тут проебываться. Йоххху — громко проговорил Джонни.
Я пытался его успокоить, но он тут же добавил:
— А что не так, командир? Как охранять ПВД, так одни, а как с ПТУРами хуярить, так сразу Юстас. Нихуя страшного, пусть другие группы походят тоже, тем более не война, не страшно. В позапрошлую командировку вторая группа ни на одну задачу не сходила, зато мы как Санта-Клаус, каждую ночь стартовали. Пусть поработают, опыта хоть наберутся. — не успокаивался мой командир отделения.
— Все сказал? Теперь я могу? Спасибо. — с усмешкой ответил я Джонни и довел группе цель нашего нахождения в лагере, и что наряды никто не отменял.
В общем группа была более чем довольна сложившейся ситуацией, а я, наверное, тоже был больше рад, нежели расстроен. Первая командировка, пусть и учебная, где я буду выполнять какие-то второстепенные задачи.
Группы начали готовиться к задачам, принимать решение, готовить снаряжение, изучать районы, я же был в роли консультанта, то там немного подскажу, то тут, в общем все было замечательно.
В этой главе не будет очень подробных описаний задач, так как я в них особо не участвовал, а будет небольшой обзор, если так можно назвать. Забегая немного вперед, нельзя не отметить тот факт, что за эти две недели наш отряд провел около двадцати учебных диверсий на различных объектах Урала. Для нас это были просто учения, такие же, как были всегда, хотя я напомню, что именно в такой роли, с применением какой-то агентурной тематики, мы еще не работали. Это был пилотный вариант, так как потом такие учения проходили очень часто, и проходят по сей день. Про одни такие учения в Крыму я уже писал в прошлой книге.
Стоит отметить, что к таким учениям основная масса офицеров и бойцов относится всегда очень ответственно, поэтому задачи старались выполнить несмотря ни на что, но все же это были учения. И мы очень удивились, а точнее даже, наверное, охуели, когда узнали, что после наших выполненных задач уволили начальника областного МВД. То есть мы о выполнении задачи докладываем комбату, комбат выше, там на самый верх, самый верх передает все эти данные о проделанной работе в управление МВД, и все спускается вниз с наказанием виновных. Но, что такие должности могут рухнуть, мы точно не ожидали. Например, где-то на юге Урала стоит какая-то огромная электростанция, через которую электричество уходит в соседние страны, эта электростанция очень большая, и по факту это объект, который должен охраняться, ВОХРом[18] или еще кем-то, но должен. В итоге туда приехала наша группа, заложила учебное СВУ в виде деревянного бруса с надписью «Привет от XXX отряда», сделала пятьсот тысяч фотографий, так как наверху верят только фотографиям, а не словам командира группы, и спокойно уехали. То есть там, где охранение должно быть, его нет, вот, наверное, поэтому областного начальника и уволили, наверное виноват. И вот таких задач, правда кое-где охрана была и приходилось пролезать на объекты, было около двадцати и все были выполнены. Первая, пробная часть этих учений у отряда прошла на отлично. Теперь отряд ждал основной фазы учений, когда в округе поднимутся все части по тревоге, а я думаю, что уже давно не секрет, что по тревоге все подразделения покидают свои ППД и выезжают в свои районы, где разворачиваются и начинают работать по предназначению. И вот нашим группам, нужно было найти эти подразделения и провести у них диверсию.
Но был еще один случай, очень смешной и показывающий кто есть кто в этой армии. Я не знаю откуда пошла эта мода, но она еще была у нас в ППД, когда кто-то пытается к тебе на территорию части занести пакет или коробку, а там условное СВУ, и потом всех ебут. Мы вечно письками мерились с десантниками. То они нам занесут, то мы им занесем, и вот трахаем друг другу мозги, проверяя пропускной режим. Так вот в этой командировке, я не знаю кто точно, но, по-моему, наш особист, контрик (называйте его как хотите), но я могу ошибаться решил проверить местное летное училище таким же способом. В итоге, одели нашего замком роты в офисную форму синего цвета, которая идентичная с летной, только эмблемы разные, дали пакет с условным СВУ и отправили в штаб. А я напомню, что нас приняли, можно сказать, нас приютили в этом училище и относились к нам очень хорошо, зачем было так говнить — я не понимаю. Ну, по мне это было не то место, где нужно было это исполнять, более того, наши офицеры и солдаты из штаба часто ходили в местный штаб с бумагами на подпись, и скорее всего поэтому наш ЗКР беспрепятственно зашел в штаб, а дальше, нет чтобы оставить этот пакет где-нибудь под лестницей, за шкафом или в подсобке, сфотографировать и уйти, он с этим пакетом рвется прямо к начальнику училища в кабинет
