Вождь масаи
Масаи имеют чудесно организованную военную структуру. Воины (элморани) должны заниматься только своим прямым делом, они не могут жениться, курить, пить, пока не завершится срок их военной службы. Кроме копья и щита, они, в основном, носят меч или дубинку, которые висят на кожаном поясе. Вообще они выглядят очень свирепо, когда выходят на тропу войны в своих причудливых головных уборах. Пару я встречал отряды масаи в их походах, но они всегда относились ко мне довольно дружелюбно, даже если я был один. До начала британского правления они постоянно совершали набеги на более слабые племена. Когда они захватывали чужой крааль, то немедленно убивали копьями всех мужчин-защитников, а женщин умерщвляли ночью дубинками. Масаи никогда не брали пленных и не обращали противников в рабов. Предметом их особой гордости было то, что там, где проходил отряд элморани, никто не оставался в живых. Целью их набегов был скот, поскольку масаи не занимаются земледелием, и их благосостояние полностью зависит от того, сколько у них коров, овец или коз. Любопытно, что при обилии в этой стране диких животных, масаи не охотятся, но при этом кормятся исключительно мясом и молоком. У них также в обычае ежедневно выпивать пинту крови, взятую у живого бычка. Поскольку они полностью зависят от скота, а скот не может жить без пастбищ, то они, естественно, питают огромное почтение к траве. Они поклоняются верховному божеству, которого они называют Нгаи, но этот термин относится ко всему, что находится за пределами их понимания.
Воины-масаи
Наверное, самый любопытный обычай масаи – это удаление двух передних зубов в нижней челюсти. Говорят, что он восходит к тем временам, когда в племени был очень распространён столбняк, и масаи обнаружили, что если вырвать зубы, то можно принимать пищу. Это объяснение едва ли можно назвать удовлетворительным или достаточным, и я дал его только для полноты. Но какова бы ни была причина этого обычая, отсутствие двух зубов составляет отличительный опознавательный признак. Помню, однажды мы с одним масаи наткнулись на побелевший череп давно умершего члена племени, разумеется, легко узнаваемого по отсутствию зубов. Масаи тут же вырвал клочок травы, плюнул на неё и затем очень аккуратно положил рядом с черепом. Как он сказал, он сделал это, чтобы отвести от себя зло. Тот же человек среди множества других вопросов задал и такой: ближе ли моя страна к богу, чем его? Честно говоря, боюсь, что я не смог ответить утвердительно. Некогда масаи плевали в лицо в знак великой дружбы, но в наши дни, как и многие другие туземные народы, переняли нашу английскую привычку пожимать руки.
Ещё один обычай масаи – уродование мочки уха. Они растягивают мочку, пока она не свисает на пять-шесть дюймов. Затем они её прокалывают и украшают разными способами в зависимости от фантазии. Они вставляют туда кусочки дерева двух-трёх дюймов в диаметре или небольшие круглые жестянки, подвешивают цепочки, кольца, бусы или пучки латунных гвоздей. Почти все мужчины носят на лодыжках небольшие колокольчики, чтобы предупреждать о своём приближении, а женщины очень любят украшать себя большим количеством железной или медной проволоки. Их конечности зачастую почти полностью покрыты кольцами, которые, мне кажется, очень тяжёлые и неудобные. Но без них женщины-масаи не будут считаться светскими дамами, и чем больше на них колец, тем выше их социальное положение.
Женщина-масаи
Как правило, масаи не хоронят мертвецов, поскольку они считают, что такой обычай вредит почве. Тела просто уносят на некоторое расстояние от деревни и оставляют, чтобы их сожрали птицы и дикие звери. Честь быть похороненным сохранена только для великого вождя, над останками которого также насыпается большой курган. Однажды возле Цаво я наткнулся на такой курган и очень осторожно вскрыл его, но ничего не обнаружил. Наверное, я не очень глубоко копал. В основном, масаи – честный и благородный первобытный народ, и их постепенное вымирание вызывает большую жалость.
Рабами масаи можно назвать ндероббо, которые, в отличие от своих повелителей, народ охотников. Я редко встречался с ними, поскольку они прячутся в пещерах и зарослях и постоянно передвигаются вслед за своей добычей. Недавно я видел нескольких рядом у ущельем Элдама, но они были более или менее цивилизованные. Девушки, которые были довольно грациозны, оставили свою туземную наготу ради ниспадающих белых одеяний.
Мальчик-ндеробо
Девушка-ндеробо
В районе между Найроби и рекой Кедонг и в провинции Кения обитают кикуйю, которые телосложением похожи на масаи, но далеко не так красивы. Как и масаи, они используют копья и щиты, хотя и другой формы. Но всё-таки их главное оружие – лук и отравленные стрелы. Они также постоянно носят грубо сделанные обоюдоострые мечи в ножнах, которые подвешиваются к кожаному поясу. Они подпиливают передние зубы, так же, как почти все остальные туземные племена Восточной Африки, за исключением масаи. Они живут в небольших деревнях, которые состоят из ульеобразных хижин и всегда находятся в самой густой чаще леса. Краали для скота они строят особенно прочно и прячут особенно хорошо. Однажды я после многих трудностей, после ползанья на четвереньках сумел добраться до одного из таких краалей. Я был очень удивлён, когда увидел, сколько труда и сколько изобретательности проявлено при его постройке. В отличие от масаи, кукуйю имеют хорошие представления о земледелии. Они выращивают мтама (вид злаков, из которого делается мука), сахарный тростник, бататы и табак.
Кикуйю
У кукуйю репутация очень трусливых и коварных людей, и они действительно совершили ряд крайне жестоких поступков. Мой друг капитан Хаслем, который несколько месяцев жил у меня в Цаво, был варварски убит членами этого племени. Он оставил меня и поехал в страну кукуйю. Поскольку он очень хотел выяснить всё о тропических болезнях, от которых страдали животные, он взял привычку вскрывать тела мёртвых животных. Суеверные кукуйю решили, что он колдует над их скотом, который в то время умирал от чумы крупного рогатого скота. Поэтому они убили Хаслема, подстрекаемые, без сомнения, всесильным знахарем. Но я обнаружил, что они вовсе не такие зловещие, как они мне рисовались. В Найроби у меня работали примерно четыреста кукуйю, и я никогда не имел с ними проблем. Наоборот, я понял, что они вежливые, смышлёные и очень способные к обучению.
