этой ночью никто не проникал в дом через заднюю дверь или окно. Хотя, скорее всего, просто так туда и раньше по ночам никто никогда не ходил».
Прибор в руках Джада казался все тяжелее. Он опустил его на камень и достал из пакета последний сэндвич. Во время еды Джад продолжал наблюдение, но уже без «Старлайта», и поэтому, кроме темноты, ничего не увидел. Он быстро доел сэндвич и снова взял прибор в руки.
Через какое-то время он опустился на колени и уперся локтями в камень. Раз за разом Джад внимательно осматривал двор, опушку леса, бельведер и даже окна дома, хотя стекла и не пропускали инфракрасных лучей, которые улавливал его прибор.
Наконец, оставив «Старлайт» на камне, он встал, обошел рюкзак и помочился в темноту, но тут же снова вернулся назад и еще раз внимательно осмотрел местность Никаких результатов. Часы показывали половину одиннадцатого. Джад уселся поудобней и продолжал вести наблюдение еще в течение часа, прежде чем изменил свою позу.
Все это время он не переставал думать об убийце, отшлифовывая детали своей теории. Вспоминал он и другие ночи, которые ему пришлось провести наедине со «Стар- лайтом» и винтовкой. А потом начал думать о Донне: как она выглядела утром в своих вельветовых джинсах и блузке, как мило ходила, засунув руки в карманы… Потом почему-то ее руки превратились в его собственные и стали гладить плавные изгибы ее бедер. Затем Джаду представилось, как он расстегивает пуговицы на ее блузке, трогает ее нежную грудь, которую он, правда, ни разу еще не видел, но мог живо себе представить.
«Думай о деле!» — приказал себе Джад.
И сразу же в мозгу возникло жирное черное лицо генерального фельдмаршала и пожизненного императора Евфрата Д. Кениаты. Один его глаз исчез, когда туда вошла пуля и снесла по пути половину черепа императора.
Чудовище Кампалы умерло.
Стражникц… Если бы они схватили его тогда!.. Но они не схватили. Они даже близко к нему не подошли. Во всяком случае, не ближе, чем он им это позволил. И все же, если бы они схватили его…
Наконец!
Какое-то движение с этой стороны ограды.
Джад вцепился в прибор. И хотя что-то мешало ему видеть все четко — возможно, это были кусты, задерживающие инфракрасное излучение, — ему удалось разглядеть согнувшуюся фигуру, похожую на человека. Существо что- то просовывало под ограду, а потом и само пролезло во двор.
Оказавшись по ту сторону забора, оно подхватило просунутый им предмет и встало на две ноги, оглядевшись по сторонам. Когда существо повернулось к Джаду в профиль, он заметил у него женские груди.
Потом фигура побежала через газон к задней стороне дома, поднялась по ступенькам и скрылась на крыльце запасного выхода.
Прошло несколько секунд, и до ушей Джада донесся слабый звон разбитого стекла.
3
Когда Джад добежал до ограды, задыхаясь и ощущая боль во всем теле после быстрого спуска по крутому склону холма, у него уже не было времени искать подкоп, через который существо проникло во двор. Он бросил фонарик через забор, подпрыгнул и ухватился обеими руками за его верхнюю перекладину. Потом подтянулся и закинул наверх правую ногу. Из дома послышался приглушенный крик. Джад рванулся вперед и перевесился через ограду, сразу почувствовав, как одна из ее острых пик уперлась ему в живот. Он немного отодвинулся и, поджав левую ногу, нащупал коленом верхнюю перекладину. Потом резко оттолкнулся и отпустил руки. Джаду показалось, что он падал чересчур долго. Очутившись на земле, он сразу же вскочил на ноги и подхватил с газона фонарик. После этого стремглав бросился к задней двери дома.
Подбегая к крыльцу, он на ходу выхватил из кобуры автоматический «кольт» сорок пятого калибра. На секунду Джад задумался, не стоит ли заменить обычный семизарядный магазин на специальный двадцатизарядный, который лежал у него в кармане куртки. Но черт возьми!.. Если он не сможет расправиться с этой тварью семью выстрелами… Тогда что же это за существо?
Задняя дверь дома была распахнута. Кто-то разбил в ней стекло и открыл с той стороны английский замок.
Джад вошел внутрь, включил фонарик и осветил стены. Это была кухня. Из нее он выбежал в узкий коридор и увидел впереди чучело обезьяны — подставку для зонтиков. За ней — еще одну дверь, главного входа. Потом повернул фонарь влево, и луч выхватил из темноты перила лестницы. Джад бросился к ней, освещая себе дорогу, и. подбежав, направил луч на ступеньки.
Примерно на середине лестницы на боку лежала красная бензиновая канистра с завинченной крышкой. Через ручку была продета и затянута петлей веревка длиной фута в три. Получилось что-то вроде пращи. Когда Джад поставил канистру прямо, внутри заплескалась жидкость. Он убрал пистолет в кобуру, отвинтил крышку и понюхал горловину. В канистре действительно был бензин. Джад хотел уже закрыть ее, как вдруг услышал наверху чей-то громкий вздох, а затем над его головой раздался громкий старческий смех.
Луч фонаря тут же скользнул вверх по лестнице и осветил чью-то окровавленную босую ступню, потом бедро, изуродованную женскую грудь и, наконец, голову. Слипшиеся волосы свисали на лицо, почти полностью закрывая его. Изо рта текла кровь и часто капала с подбородка. Правый глаз загораживал большой кусок кожи, оторванный со лба вместе с бровью и верхним веком.
Снова раздался смех, и Джаду показалось, что он идет из уст этой женщины вместе с кровью.
— Мэри? — тйхо позвал он. — Миссис Зиглер?
И тут она начала стремительно приближаться к нему, но очень странным образом, как бы скользя по воздуху. Ее руки беспомощно болтались из стороны в сторону, а ноги почти не двигались. Джад направил свет вниз и увидел, что ступни женщины не достают до пола добрых два дюйма.
— О Боже, — пробормотал он, хватаясь за пистолет. Тело неслось прямо на него.
Джад упал на ступеньки и закрыл голову руками. Труп ударил его подогнувшимися ногами, которые с мягким шорохом проволоклись по его спине и загромыхали дальше вниз по лестнице.
Потом еще что-то стукнуло Джада в бок.
Он нанес ответный удар локтем и ощутил попадание во что-то мягкое, а потом услышал над собой неизвестно чей шумный выдох, и в тот же миг был придавлен к лестнице огромной тяжестью. Закашлявшись от неприятного кислого запаха, резко ударившего в нос, он повторно пнул невидимого врага локтем и рывком повернулся на бок. Тут же что-то острое вонзилось в его плечо, разорвав сразу и толстую куртку, и его собственную кожу,
