Другую комнату занимали образцы европейского оружия: древнегреческие и римские шлемы, щиты, луки со стрелами, мечи, копья, средневековые арбалеты, рыцарские доспехи, тяжелые мечи и палаши, аркебузы, мушкеты, грубые однозарядные пистолеты. Затем шли более современные стальные сабли, кортики, штыки, охотничьи ружья, боевые магазинные винтовки и карабины с патронами и пулями, револьверы простые с барабаном, полуавтоматы и автоматические и, наконец, коллекция современного оружия, самого разнообразного и неожиданного по принципам построения и применения.
Березин еще со студенческих лет собирал свою коллекцию. Она была его неугасающей страстью.
Обычно такие страстные коллекционеры рады случаю похвастать своими сокровищами, собранными иногда ценой больших усилий и жертв.
Березин избегал таких демонстраций, но перед Димой все шкафы и витрины раскрывались настежь. Никому Березин с таким увлечением и охотой не показывал свои богатства.
Дима был совершенно подавлен раскрывшимися перед ним чудесами. В первые свои посещения он с жадным любопытством рассматривал все эти предметы из далеких, окутанных дымкой очарования стран, робко касался страшной головы тигра, косматой бахромы на щите, древнегреческого копья и жадно слушал объяснения Березина.
– И в музеях не найдешь такой коллекции, правда? – спрашивал Дима.
– Не знаю… – отвечал Березин. – Разве вот в музее Красной Армии… Там, пожалуй, полней. Во всяком случае, – он все же не мог удержаться, чтобы не похвастать, – не скоро встретишь такую.
Он любовно, с загоревшимися глазами и горделивой улыбкой оглядел все эти столы, стенды, витрины. Дима с недоумением посмотрел на Березина: он тоже собирал коллекцию – правда, всего лишь писчих перьев, – но хотел, когда она будет достаточно полной и интересной, передать ее Музею материальной культуры. Он сговорился уже с директором музея и несколько месяцев состоит членом «Общества активной помощи» музею. Там Димина коллекция со временем будет размещена в отдельных витринах, и всюду на них будут развешаны таблички: «История писчих перьев. Отдел создан, пополняется и ведется В. В Денисовым».
Вон Костя Мякишев уже год имеет и ведет свой отдел перочинных ножей в том же музее, а об отделе Васи Горбунова и Миши Бородкина «История швейной иглы» в журнале «Культура» была целая статья. После появления статьи Вася и Миша стали отовсюду получать письма и запросы от ребят и даже от взрослых. Одни хотели принять участие в пополнении отдела, другие, наоборот, просили помочь им организовать такие же отделы при местных музеях, третьи хотели обмениваться дублетами. Вообще Вася и Миша сделались знаменитыми на весь Союз. И Дима был уверен, что года через два он поставит свой отдел писчих перьев также полно и интересно и отдел этот станет известным во всем Союзе.
И Дима с удивлением смотрел на Березина: собрать такую замечательную коллекцию и держать у себя дома! Да ведь любой, даже самый известный музей с радостью примет ее! Такая коллекция будет ежедневно привлекать тысячи посетителей! Вот чудак!
– Почему же вы такую чудесную коллекцию не поместите в какой-нибудь музей? – спросил наконец Дима.
– Видишь ли… – протянул Березин, доставая со стенда какой-то странный пистолет и протягивая его Диме, – коллекция-то еще далеко не полна. Вот видал ты световой пистолет?
– Световой?
Дима сразу забыл все свои недоуменные вопросы.
Пистолет имел широкую плоскую рукоятку, как у старинных маузеров, и два коротких дула, расположенных одно над другим. Верхнее дуло заканчивалось правильным раструбом в виде чашечки с блестящей, как зеркало, внутренней поверхностью.
– Эта чашечка, – объяснял Березин, – играет роль рефлектора, а маленькое отверстие в ее центре – конечное отверстие верхнего дула, на которое она насажена. Это световое дуло. По нему из зарядника, который находится вот здесь, внутри приклада, идут к рефлектору крохотные патроны, световые заряды, начиненные особым порошком. В него входят магний и другие вещества. Когда ты нажимаешь вот эту кнопку, из маленького аккумулятора, скрытого в прикладе, проскакивает в первый патрон, находящийся уже у самого рефлектора, электрическая искра. Она зажигает порошок, и он вспыхивает таким сильным и ярким светом, что никакой глаз – ни человека, ни животного, ни рыбы – не может его выдержать и моментально слепнет. Небольших животных этот свет может убить на месте, а для более крупных и опасных имеется еще нижнее дуло. Из него одновременно со вспышкой света бьет пуля. Целиться нужно прямо в глаза животного, вот через эту прицельную щель в верхней части рефлектора.
– Ага! Понимаю… – Дима подумал, потом нерешительно спросил: – А если возле медведя будет Плутон… И он ослепнет?
– Какого медведя? – спросил Березин и рассмеялся: – Ах, ты опять об Арктике? Я и не сообразил. Да, с Плутоном выходит похуже. Впрочем, если Плутон будет возле медведя, то он, конечно, будет смотреть не на тебя, а на зверя… Да, кстати, об Арктике! Дядя Сергей был у вас?
– Был, – рассеянно ответил Дима, прицеливаясь пистолетом в мишень на двери.
– О чем они говорили с Ирой?
– Опять о шахтах… о Гольфстриме… – Дима нажал кнопку на прикладе и спросил: – А можно пострелять из пистолета, хоть не по-настоящему?
– Можно. Только в другой раз. А еще о чем говорили?
– Дядю Сергея вызывали к самому министру. И министр сказал дяде Сергею, что про него что-то писали в заграничных газетах. И дядя Сергей и Ира смеялись… А зачем здесь эта пружинка?
– Эта? Если вздумается выпустить десять пуль сразу… А почему смеялись, не знаешь?
– Потому что антисоветская газетка… Николай Антонович, а это что? Я в прошлый раз не видел этого здесь.
Дима побежал в открытую дверь соседней комнаты – рабочего кабинета Березина. Березин досадно поморщился и пошел за Димой.
Дима стоял возле какого-то странного экипажа, похожего на маленький электромобиль, прозрачный кузов которого помещался между широкими гусеничными цепями из зубчатых пластин. Внутри было видно двухместное мягкое кресло, перед креслом стоял пюпитр с рычажками, кнопками и циферблатами различных крохотных приборов. Сбоку, возле кресла, в кузове была дверцы с ручками.
– Что это, Николай Антонович? Я никогда не видал таких машин.
– Это полярный вездеход. Мне прислали модель, потому что хотят лучше приспособить его к сибирским рекам.
– Вездеход? – недоумевал Дима. – Это как трактор?
– Вот когда будешь в Арктике, среди льдов, покатаешься на таких тракторах, тогда и поймешь всю их пользу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
