Сирены тревоги завыли, едва платформа начал подъём в шахте. Аргонис метнул взгляд на Сота-Нул.
— Что…
— Вступили в действие протоколы общей тревоги. Причина неизвестна.
— Нас засекли.
— Возможно, но не факт.
Платформа с лязгом остановилась. Полосы, освещавшие шахту, погасли.
— А теперь? — взревел Аргонис, пятясь в угол, поднимая оружие и высматривая точки проникновения.
— Вероятность нашего обнаружения возросла.
Талдак зашевелился на полу. Аргонис взглянул на него, потом на Професиуса и уже хотел было отдать приказ.
Люки, располагавшиеся на стенах шахту выше платформы, взорвались. Внутрь повалил дым. На платформу спрыгнули мощные силуэты. Глаза Аргониса заполнили маркеры целей. Его палец всё ещё лежал на курке, воля подавляла инстинкт. Сота-Нул закружилась, шипя, дуги голубой энергии слетали с её тела.
— Нет, — закричал Аргонис.
Палуба зазвенела от топота бронированных сапог. Он разглядел контуры прямоугольных щитов и мазки красных линз, светящихся за ними. Жужжащее гудение наполнило воздух, и Сота-Нул рухнула на пол, искры и паутинки электроэнергии пробегали по ней, едва она пыталась подняться. Аргонис распознал звук и эффект, сопровождающий применение гравитонного оружия. Он не опустил болтер, но и не двигался. За его спиной Професиус царапал что-то на табличке, но Аргонис не оглянулся, чтобы посмотреть, что там написал астропат.
Бронированные фигуры и стена щитов окружили его, дула, просунутые сквозь каждый из них, были направлены прямиком ему в грудь. Внезапно на шахту опустилась тишина, нарушаемая только гудением силовой брони. Полумрак и всё ещё тянущийся дым скрывали детали окружавших его воинов, но их манера движений и стойки говорили сами за себя — это были элитные щитоносцы Железных Воинов.
— Опустите оружие, эмиссар, — раздался грубый голос из-за рядов Железных Воинов. Это был Волк, Аргонис расслышал безразличные нотки в словах. Некоторые считали Железных Воинов бездушными, и с определённой точки зрения, так оно и было, но он сражался рядом с ними и видел источник этого качества. Это была не гордость или следствие их низкой самооценки, просто они не позволяли ничему становиться меду ними и тем, что им было нужно.
Он опустил оружие. Стена щитов передвинулась ближе. Из его рук забрали болтер, с талии — меч, а с бедра — пистолет. Всё это время у него не было пространства для действий, а три ствола постоянно были направлены на него: основательность, точность, всё то, что можно было ожидать от IV легиона. Когда они закончили, то отступили назад так, чтобы вперёд смог выйти Волк. Тот был в шлеме, но в руках ничего не было.
— Я — эмиссар вашего магистра войны, — рыкнул Аргонис.
Волк просто смотрел на него. Аргонису показалось, что в этом взгляде было нечто большее, чем гнев. Железный Воин начал отворачиваться прочь.
— Что такое Чёрное Око? — спросил Аргонис. Волк замер. — Незарегистрированные вылазки на поверхность, в чём суть их поисков? — Волк повернул свой горящий красным светом взгляд обратно. Рядом с ним Сота-Нул извивалась на полу, конечности искрились при каждой попытке движения. — Ты кое-что скрыл от меня. Скрыл от магистра войны. Скажи, старый друг, зачем вы здесь?
— Взять их, — наконец произнёс Волк, и ряды Железных Воинов сомкнулись на Аргонисе подобно пальцам, сжимающимся в кулак.
Команда ликвидации явилась за Иаео спустя три дня после того, как она пронаблюдала пленение Аргониса. Она скрывалась в шахте отстойника, проходившей между уровнями и выводившей сточные воды в баки фильтрации, находившиеся глубоко под землёй. Шириной в два боевых танка, это была чёрная бездна наполненная плесенью и влажным воздухом. Доступ к шахте осуществлялся через тяжёлые ревизионные люки, добраться до которых можно было лишь протиснувшись по проходам. Стенки шахты были усеяны ржавыми металлическим рейками. С двух таких реек свисала Иаео на заблокированных мышцах, полностью игнорируя боль от напряжения. Она находилась в этом положении на протяжении уже двух часов, когда атака началась.
Первым признаком нападения стал звук переходящей в боевой режим фотонно-световой гранаты, падающей сверху. Он дёрнула голову вверх и в сторону за мгновенье до того, как ослепительное сияние поглотило мир. Глаза среагировали за миг до поступления команды от мозга. Радужная оболочка сжалась почти до полного отсутствия, отсекая ослепляющий свет. Но даже при этом призрачные полоски отпечатались на сетчатке.
Данные: Фотонная вспышка, таймер с задержкой.
Открыв глаза, она увидела пять бегущих сверху по стенам шахты фигур. Чёрные канаты подрагивали над ними. Её восстанавливающиеся глаза уловили очертания тяжёлой, компактной брони, визоры и стволы.
Она прыгнула со стены, что-то ударилось в скалобетон там, где только что была её голова. Пыль и блестящие металлические шарики разлетелись во все стороны от места попадания.
Данные: снаряды типа «охотник», вторичное метательное вещество — газ, боеголовки с ртутной начинкой.
Она врезалась в противоположную стену шахты и метнулась прочь. Фигуры в броне выстрелили, звук выстрелов напоминал заикающееся мурлыканье. Она ухватилась за выступающую рейку, провернулась назад, вокруг неё расцветали серебристые облачка попаданий. Теперь она рассмотрела нападающих, это были космодесантники, но они были облачены в компактную несиловую броню, присущую разведывательным отрядам легионов. Они стреляли беспрерывно, загоняя её вниз, загонщики, гонящие жертву на палачей. Это была умная тактика, хорошо исполняемая и имеющая силу гравитации в качестве преимущества.
Она с кувырком оттолкнулась от стены и полетела во тьму. Пятеро стрелков над ней одновременно перерезали канаты и устремились следом. Устройства антигравитации засветились со звенящим гулом. Это было хорошо, она правильно просчитала этот момент.
Воздух свистел в ушах, лежащая внизу тьма с рёвом неслась навстречу. Пролетев сотню метров, она расставила конечности в стороны. Перепонки из синтекожи натянулись между руками, телом и ногами, поймав поток воздуха, Иаео резко остановилась. Первый из летевших вниз преследователей среагировал слишком медленно, он врезался в неё, но ассасин была готова. Она обвила его конечностями, рукой ухватившись под подбородком. Наперстный игольник выстрелил заряд под челюсть противника. Очередь снарядов бесшумно разорвалась перед ней. Над и вокруг неё падающие фигуры снижали скорость, сырой воздух наполнился шипением антигравитационных полей.
Данные: Разведывательные отряды легионов Астартес обычно носят второстепенное вооружение на правом бедре и/или на груди.
Она нащупала силовой нож, привязанный к мёртвому воину, активировала его в ножнах и вытащила наружу, разрубая броню, плоть и кости.
Она спрыгнула с мертвеца за секунду до того, как прилетел снаряд «охотник», начисто оторвавший затылок покойного. Гудящее лезвие ножа отбрасывало вокруг её тени, пока она летела вниз. Под собой она слышала звук, похожий на отрывистое дыхание, и знала, что вновь оказалась права. Внизу её поджидала вторая команда.
Данные: Звук готовящегося к выстрелу огнемёта.
Она бросила гранаты и вновь развернула перепонки из синтекожи, Иаео подогнула колени, и поток воздуха перевернул её. Глухой стук отмечал попадания снарядов «охотник». В левой руке она сжимала снятый с убитого воина патронташ с гранатами. Она вытащила чеки в определённых временных интервалах до прыжка с тела. Погибший воин нёс четыре гранаты: две фотонно-световых и две осколочные. Она бросила две световые и одну осколочную вниз в шахту. Последнюю осколочную она оставила на трупе, медленно кружившимся под воздействием сниженной гравитации.
По сигналу мир внизу затопило белое сияние. Секундой позже прогремели одновременные взрывы осколочных гранат под и над ней, шрапнель рикошетила по скалобетонным стенам. Она расслышала глухой звук вторичного взрыва топливной ячейки, и воздух вокруг неё превратился в море огня. Края ударных волн накрыли её с обеих сторон. Теперь она действительно падала, бесконтрольно, перевёртываясь в попытках определить, где находится верх.
Разум её действовал так же, как и всегда в экстремальных ситуациях — холодно мыслил.
Если вдуматься, то всё происходило по предрассчитанным параметрам. Атака Альфа-легиона была великолепно проведена. И если бы она её не ожидала, то, возможно, атака была бы успешной. Она на секунду задумалась, соответствовало ли это приемлемым параметрам риска/награды. Возраставший уровень риска было другим известным следствием длительного пребывания в статусе вольного. Но все рассуждения сводились к старейшему парадоксу, — какой ещё у неё был выбор?
