Читаем без скачивания Личный дневник Маргариты - Мария Линдеманн

Какой классный аквапарк в Казани. Большой, с огромными горкой с логотипом «Пепси» посередине. Даже кружится голова, когда просто смотришь, как катаются другие. Конечно, я оббежала их все!

Дима ловил меня за волосы и кричал: «Не бегай! Где твои тапки! Опять потеряла?», а мне было пофиг. Я всё равно бегала и теряла тапки. А он лежал в теплом джакузи и наслаждалсяприятными пузырьками.

Он спокойный, я рисковая. Он ругается, я плачу. Я скачу по воде, а он ищет мои тапки.

Но нам никуда друг от друга не деться.

Ночью мы спали в дорожной гостинице в шикарном двухкомнатном люксе для влюбленных. Там везде были сердечки, и он был просто огромный. Там реально было кайфово. И всего за 2000 в сутки с завтраком. Кто поедет, спросите у меня, я вам скажу, где такая. Мы обязательно там побываем ещё раз. Мне так кажется.

Но даже на этой мягкой постели после шикарного секса мне не спалось. Впереди была встреча с Димиными бабушкой и дедушкой. Интересно, какие они? Понравлюсь ли я им? Это больше, чем знакомство с родителями. Это, как соприкоснуться с чем-то древним и тайным. Я видела, как много для него это значит.

Это была уже третья по счёту разрушенная церковь. Я не смогла устоять.

– Остановись, пожалуйста.

Я вышла из машины и пошла по тропинке. Под ногами как-то особенно громко скрипел снег. Ужаса пейзажу добавила сидевшая на ветке ворона. Только попробуй, каркни! Но она только раскрыла клюв и улетела. Ветка оттого, что она взлетела, закачалась, и в меня посыпался снег. Ястояла перед входом в эту полуразвалившуюся церковь. На помятом стальном куполе, на котором давно уже не было позолоты, стоял ржавый покосившийся крест.

Боже мой, как жутко. Заходить ли в это, оскверненное людьми, некогда святое место? Я усмехнулась. Да я в таком «скверном и грязном» месте провела полжизни и чувствовала себя, как дома.

Я сделала шаг внутрь. Слава богу, я посмотрела под ноги, потому что пола не было. Вместо него было железное перекрытие. Под ним лежал замерзший песок. На стенах сохранились наполовину стертые иконы. Краски были не такие яркие, как, когда-то их рисовал художник, но сюжеты были до сих пор понятны. С купола свисала потемневшая толстая цепь с крюком. Наверное, на ней когда-то висел колокол. Этот крюк приковал мой взгляд, как мне казалось, навечно. Моё сердце бешено стучало. Эта картина была завораживающая, и жуткая, и, одновременно, манящая. Почему людей привлекает не только красота, но и ужас и уродство?

Когда я вышла к машине, мы оба нервно покурили. Меня бил адреналин, и у меня свело ноги от пережитого страха. Диму бесило, что меня вечно, где-то носит. Он меня когда-нибудь задушит.

В машине мы начали целоваться. Я начала его раздевать, но он мне сказал:

– Нет. Это не те эмоции, что тебе сейчас нужны. Так ты никогда не научишься любить.

Я обиделась.

– Ну, и обижайся, – сказал он и завёл машину.

Какой же он скучный! Да другой бы на его месте!

Другой бы на его месте? Хах! Да другой бы на его месте никогда бы не поступил, как поступил он! Он отказался от всего ради меня: от своей недвижимости, семьи и хорошей работы. Получается, я – самое дорогое, что у него есть.

Он не скучный. Он серьёзный. И ответственный. Спокойный и рассудительный. У него желание любить, а не желание желать. В отличие от всех, кто у меня был до него.

Я посмотрела на него совсем другими глазами.

Шуя нас встретила тишиной и темнотой. В два часа ночи на улицах не было ни души. Даже фонари не горели. Город, как будто, вымер. Ни одного работающего круглосуточно магазина. Один торговый центр старого образца советских времен, без экскалатора, на весь город, и всё… Лишь только главная улица горела синим светом гирлянд, оставшихся, видимо, с Нового года.

В этом городе всё было старое. Ивсё было мини.

Мини-дома, мини-речка Теза и мини-гостиница «Гранд».

Но внутри было шикарно. Она была сделана по евростандартам: с рестораном и тренажерным залом внизу. Там было всего три этажа, и все были заняты какими-то спортсменами, приехавшими в Шую на соревнование. Цены там, кстати, были запредельные. Даже в Челябинске таких цен нет.

Мы отправились искать какой-то «Золотой лев». В Шуе всего несколько улиц, но они все какие-то запутанные.

На пути нам попалась баба в длинном бордовом пуховике, в руке у неё была сиська пива.

Мы остановились, что бы спросить у неё, куда нам ехать.

– Чаво? – обдав нас запахом водки, спросила она.

Я еле сдержалась, чтоб не заржать. Дима, поспокойнее товарищ, сдержанно объяснил, что нам от неё нужно. Больше мы не встретили ни одного человека.

– Пиздец какой то, – высказал одним словом впечатление о городе муж. Я была с ним согласна.

Наконец, нас поселили в единственном, каком-то чудом свободном, номере. Эта гостиница была похожа на санаторий. Мы с мамой раньше отдыхали каждый год в Усть-Качке, и эти коридоры с цветными фресками, покрашенные белой краской деревянными дверями и прибитыми коврами на лестнице, напомнили мне наш корпус «Копейск».

В номере были две раздельные тумбочкой односпальные кровати. Вау, круто!

– А давай…

Он засмеялся.

– Что?

– Я так люблю твоё вот это «а давай»!

– А давай, как будто мы с тобой работаем в одном офисе, и нас с тобой вместе отправили в командировку решать важные дела. Ты мой начальник. Давай?

Я всегда дарила мужчинам много эмоций, и они мне казались ох, какими. А свой муж казался скучным и неинтересным. А сейчас я дарю эти эмоции только своему мужу. Оказывается, он такой ещё какой!

Вся наша жизнь игра, а люди в ней – актеры. Просто, можно играть, а можно не играть. Решать только тебе.

Это была настоящая русская изба, с козой, огородом и собакой во дворе. Собаку, конечно же, звали Малыш. Дима говорит, что тут ничего не изменилось с тех пор, как они с братом в 4 года первый раз сюда приехали и каждое лето проводили здесь, пока учились в школе. Как, в принципе, и в самой Шуе. Это очень старый город, ему семьсот с чем-то лет, а он никак не развивается. Челябинск намного моложе, но это, как сравнивать молодого успешного предпринимателя и неудачника-пьяницу. Может быть, дело – в недостатке воды, ведь речка Теза очень короткая и мелкая.

– Какая хорошая девочка Маша, – вот так меня встретили баба Нина и деда Юра.

Мы прожили у них почти неделю.

Как было удивительно смотреть на то, как баба Нина каждый вечер целовала деду Юру в щеку, а он всегда приносил ей стакан только-только надоенного козьего молока. Вот это любовь…

– Как так, баба Нина, – спросила я у неё, – столько лет прожить вместе?..

Баба Нина внимательно посмотрела на меня, сложила одну свою, уже морщинистую, руку на другую, поправила своё обручальное кольцо, которое уже не блестело от старости, и сказала:

– Все у нас сдед Юрой было, Машенька, и хорошо мы жили, и плохо. Всяко. Всё мы пережили. Неужели ты думаешь, что с другим будет лучше? Может быть, и будет, но муж тебе даётся тот, который нужен именно тебе, а зачем – один бог ведает…

И она начала креститься и молиться. Они с дедом Юрой были очень набожные люди.

Дима стоял под дверью.

– А ты что, подслушивал? Ну и что ты понял?

– Что я люблю тебя. Поняла, как я хочу?

– А не боишься? Мы же поубиваем друг друга…

– Нет, ребята, – сказала баба Нина. – Вы хорошая пара. И хорошие ребята. Хорошо у вас всё будет. Берегите друг друга. Терпения наберитесь, а то, как же? Идеальных людей не бывает. Придётся где-то и потерпеть, и простить друг друга. Живите, и дай вам бог здоровья, – снова начала креститься она. – Хорошо у вас всё будет, пока вы друг друга уважать будете. Это на первом месте.

– Хорошая девка, Мария. Береги её, – всё причитал дед Юра. – У нас таких в Шуе нет. Ну, может, есть парочка на всю Шую. А так – днём с огнём такую не сыщешь!

Это точно, подумала я.

– Да и Димка-то у нас хороший парень! – заступилась за него баба Нина. – Таких-то сейчас тоже нет! На всю деревню один такой Дима у нас! Они достойны друг друга…

А мы стояли и улыбались. В том, что мы друг другу богом даны мы уже не сомневались.

Мы были влюблены с первого взгляда. Этот город с маленькими картинными домиками на окраине, красивым геометричным центром и красивой набережной покорил нас сразу. Когда мы сюда приехали, здесь было уже лето, что добавило нам радости. Нас сразу накрыла любовь друг к другу и тепло. Хотя всем было ещё холодно, все ходили ещё в куртках и ворчали друг на друга и на своих собак.

Когда мы подошли к морю, мы точно решили: мы тут останемся жить. Может, и навсегда.

Ура! Мы будем жить на море!

Иногда бывает так, что желание ещё даже не успеешь загадать, а оно уже сбывается.

Но может быть, это я так вижу?

Я вижу прекрасный город на море, с привкусом соли в его воздухе, красивыми закатами и большими кораблями на пристани.

А кто-то увидит гадкий цементный завод и скучный маленький городок, в котором совсем нет модных магазинов и шикарных торговых центров, нет ни одного ночного клуба и пафосных ресторанов.