паузы добавил. — Правда, я заставил вернуть должок.
Остряк-самоучка, блин.
— Сто золотых одолжишь?
— Чего?!! — взорвалась Лика.
— За четыре бокала пива? — поддержал ее возмущение Пак.
— Во-первых, за два. Я пить не собираюсь, а Пак себе выпивку и сам вполне заказать может — не маленький. А во-вторых, кто говорит про сто? Мне карманные деньги тоже не помешают — ночь еще только началась, — при этих словах бармен вздрогнул и побледнел, а все гномы снова дружно уставились на нас.
Че за фигня? Какого их колбасит? Тем временем Пак, с явной неохотой, передал мне увесистый кошелек. Я не глядя запустил в него руку и с ленцой встал со стула, чтобы подойти поближе к стойке. Пришлось протискиваться между Натой и Ликой.
— Два пива для девушек, — я выложил первый попавшийся кругляш на стойку.
— Я же сказал, что детям алкоголь, — на стойке появилось еще два золотых, — не наливаем, — вздох гнома чем-то напомнил мне стон раненой птицы.
— Я понял, но мои подруги очень хотят пить, — на стойке уже красовалось семь золотых. — Вы представить себе не можете, через что им сегодня пришлось пройти.
Бармен ничего не ответил, он пожирал монеты взглядом. Не удивлюсь, если в нем прямо сейчас проснется дар телекинеза.
— Скажу по секрету, становиться между ними и выпивкой — плохая примета.
Двадцать золотых заставили последние слабые возражения застрять в горле у бармена. А вот остальные гномы заметно оживились, обсуждая результат торгов. Мне даже показалось, что какой-то умник пытается делать ставки. А я все продолжал выкладывать золотые. Как-раз насчитал четыре десятка. В глазах бармена появился азартный блеск. Ждет своей сотни, наивный.
— Возможно, такая большая сумма за два пива сбивает с толку, — сказал я и неспешно начал убирать по одной монете обратно в кошелек. — Какая у вас обычно цена за кружку?
— Договорились, — рявкнул бармен и разом сграбастал все оставшееся золото со стойки, после чего принялся торопливо наполнять бокал пенным напитком.
— Всего семнадцать золотых за кружку. Не так уж и дорого, — жизнерадостно объявила Лика, делая первый глоток. — Ты, мелкий, кстати зря не захотел выпить — пиво отличное. Холодненькое.
Когда второй бокал перекочевал к Нате, я откашлялся и выложил очередной кругляш перед барменом.
— А чего это вы все тут такие дерганные? — вкрадчиво поинтересовался я у жертвы золотой лихорадки. — Случилось чего?
Бармен сглотнул и жадно уставился на мою руку в ожидании очередного золотого идола. Я, конечно, не стал его разочаровывать. Экономить когда-нибудь потом буду — на старости.
— Ничего такого вроде бы не случилось… — промямлил бармен, внимательно следя за появляющимися на стойке золотыми.
Похоже, ушлый тип ждет момента, когда я попытаюсь начать собирать монеты обратно. Однако, едва я выложил восьмую по счету, нас с барменом ждал сюрприз. Сидящий справа от Лики гном протянул свою мозолистую ладонь, и резко накрыл все золото.
— Я могу рассказать! — прогудел он, бросив хмурый взгляд на опешившего бармена.
Позади раздались смешки.
— Отличный выбор! — кивнул я и вернулся обратно на свой стул. — Слушаем внимательно.
— Ты не сильно командуй, малец, чай не корчму за восемь золотых купил.
— Вот именно, — буркнул бармен, но ушлый гном его проигнорировал.
— Тут, прямо перед вами, сюда заглядывал один мелкий служка из храма Эль Тио. Большой любитель выпить и всякие байки травить. Сегодня тоже одну забавную рассказал. И очень уж все совпало, один в один, вот народ и напрягся.
— Что совпало?
— Два пацана и две девки среди ночи приходят в кабак и хотят выпить.
— Реально, чудеса, да и только, — кивнул Пак. — Приперлись в кабак, чтобы выпить.
Сказал он это с настолько серьезным видом, что вызвал бурю эмоций не только у нас, но даже у некоторых гномов. В основном смех, конечно.
— Сегодня ночь Безымянного, вы сами слышали! — возмутился рассказчик, оглянувшись по сторонам за поддержкой. — Катун про богов зря болтать не станет! А вы, раз не верите, чего тогда спрашивали? Деньги не верну!
— Так ты бы нормально рассказал все, по порядку. А если не умеешь, зачем брался? — фыркнул я.
— Значит так, — откашлялся гном, недовольно покосившись на зубоскалящих собратьев. — В эту ночь друга Безымянного похитили темные силы и утащили в царство мрака. Он пришел в ярость и бросился в погоню. Для этого, чтобы освободить друга, одним ударом пробил штрек прямо в потусторонний мир.
Чем дальше продвигался рассказ, тем глумливее становились лица Лики и Пака, а Ната тихо ухахатывалась. Однако, продолжение заставило удивиться нас всех.
— Жрицы Безымянного, его верные Фурии схватили похитителей и заставили тех жрать собственные потроха. Вечно!
Повисшую тишину прервала Лика.
— Охренеть!
— С тех пор в эту ночь Безымянный со свитой ходит по кабакам, — невозмутимо продолжил гном. — И беда тому, кто откажет им в выпивке.
— А тут вы заходите, — кивнул бармен. — Я и подумал, что малолетки в ночь Безымянного навострились ходить за халявной выпивкой.
— Но блеск золота все расставил по своим местам, — захохотала Лика. — Всегда считала, что презренный металл сильнее любых суеверий.
— Стоп, а что хоть за Безымянный? — решил я прикинуться шлангом. — И чем, кроме пьяных дебошей, он знаменит?
— Безымянный — бог возмездия и воздаяния, — хрипло ответил косматый гном, слева от Наты.
— Вот-вот. Поди, пойми что лучше: отказать богу в выпивке или получить от него же по-полной, за спаивание несовершеннолетних? — пробубнил бармен, нервно протирая очередной бокал.
— Точно. А так золото смело можно считать воздаянием! — хохотнул Пак. — Удобная штука — мифология.
— Стоп! А кто это решил? Ну, про возмездие и воздаяние? — возмутился я.
— Мифология, сказано же тебе, — сделал Пак важное лицо и обратился к бармену. — Налей и мне пивка, что ли? По чем оно у вас?
— Пять серебра.
И вот скажите, что этот гадский ассасин не специально? Хотя мне то что? Деньги вообще-то его. Отдавать, конечно, придется свои…
Остальные резво пересели ко мне за стол, и Пак деловито спросил.
— Какие у вас дальнейшие
