Между тем войск на территории Крыма дислоцировалось мало. Пограничные заставы в основном охраняли приморскую его полосу. Полевые же войска размещались на большом удалении, что не позволяло им контролировать все районы возможной выброски десантов.
Выход из положения указали Центральный Комитет партии и Советское правительство. 4 июля в Крымском обкоме состоялось совещание секретарей горкомов, райкомов партии и работников штаба пограничного округа.
Секретарь обкома В. С. Булатов изложил содержание директивы Совнаркома и ЦК ВКП(б) партийным и советским органам прифронтовых областей от 29 июня 1941 года. Совещание приняло решение сформировать до двадцати истребительных батальонов. Был создан главный штаб партизанского движения в Крыму во главе со старым коммунистом А. В. Мокроусовым, в 1920 году командовавшим крымской партизанской армией.
Формирование, комплектование, боевую подготовку истребительных батальонов и боевое их использование обком партии поручил специальной оперативной группе, созданной из работников управления пограничных войск. Меня назначили начальником штаба этой группы.
По зову партии около десяти тысяч рабочих, крестьян, служащих из всех городов и районов Крыма добровольно вступили в батальоны. Во главе большинства истребительных подразделений стали офицеры-пограничники.
Теперь мы могли организовать охрану предприятий, электростанций, мостов, линий связи, службу наблюдения за воздухом и морем.
Следует иметь в виду, что обстановка в Крыму несколько отличалась от положения в других районах страны. В глухих селах полуострова, да и в ряде городов затаилась некоторая часть белогвардейцев, застрявших здесь после разгрома Врангеля. Они умело замаскировались, некоторые зарекомендовали себя активистами. А с началом войны они стали сеять панические слухи, пытались устраивать диверсии.
Действовали истребители самоотверженно и в течение июля — сентября выловили немало шпионов и диверсантов. Когда же гитлеровские войска приблизились к Перекопу, многие бойцы батальона ушли в армию или в партизанские отряды.
Душой истребительных батальонов стали коммунисты Крыма. Хорошо зарекомендовал себя легендарный подпольщик времен гражданской войны П. В. Макаров, автор популярной в свое время книги «Адъютант Май-Маевского». Выделялся и М. М. Македонский, один из зачинателей коллективизации в Крыму.
17 августа я распрощался с управлением погранвойск. Меня назначили на должность командира стрелковой дивизии, которая должна была оборонять морское побережье от Севастополя до Керчи. На основных дорогах к морю предстояло создать разнообразные инженерные заграждения. А ведь какой неблагоприятный для земляных работ каменистый грунт горной части Крыма!
Все же к началу сентября, благодаря помощи жителей, мы построили батальонные узлы обороны на станции Сюрень, в городах Ялта, Алушта, Судак, Феодосия, Старый Крым. В промежутках между батальонными оборудовали ротные и взводные опорные пункты.
Тем временем фронт неумолимо приближался к Крыму. 12 сентября передовые части 11-й немецкой армии под командованием Манштейна прорвались к Перекопскому перешейку, а 16 сентября вышли к Чонгарскому мосту и Арабатской стрелке. Но здесь войска 51-й отдельной армии дали им решительный бой и не позволили ворваться в Крым с ходу.
К первым числам октября в Крым прибыли некоторые части из Одессы. Тогда же к нам влился 26-й пограничный отряд. Обстрелянные, прошедшие большую боевую школу в дни обороны Одессы, солдаты и командиры этого отряда стали костяком дивизии, которая была переименована в 184-ю. Полкам дивизии присвоили номера 262, 294 и 297-го. Меня назначили ее командиром. Военным комиссаром стал И. И. Кальченко, а начальником штаба майор Б. П. Серебряков.
Новой дивизии поставили и новую боевую задачу. Заняв рубеж Старый Крым, Карасубазар (исключая Симферополь), Бахчисарай и станция Сюрень, она должна была задержать противника, в случае прорыва его через перешеек, и не допустить выхода к морю. О сложности задачи говорит уже то, что ширина полосы нашей обороны достигала 130, а глубина в центре — 70 километров.
Во второй половине октября 11-я немецкая армия и румынский горный корпус начали новое наступление на Перекопский перешеек и Чонгарский мост. Первые атаки войска 51-й отдельной армии отразили успешно. Подтянув свежие силы, враг усилил нажим. Но и у нас к 23 октября сюда подошла эвакуированная из Одессы Особая Приморская армия.
Несколько дней шли упорные бои. Равнинная, открытая местность у Перекопа и южнее его осложняла оборону. В дневное время почти не было возможности маневрировать резервами, исключалось всякое передвижение в тылу. Приходилось укрывать в землю не только живую силу, но и технику.
Тем временем наша дивизия завершила первоочередные работы по укреплению оборонительного рубежа. Слабым звеном у нас по-прежнему являлось отсутствие артиллерии. Долго и настойчиво просил я нового командующего 51-й армией генерал-лейтенанта П. И. Батова выделить дивизии хоть несколько орудий. Он отказывал, мотивируя необходимостью отдавать предпочтение фронту. Наконец нам все же прислали 14 пушек, но без прислуги. Штаты четырех батарей пришлось создавать за счет «внутренних ресурсов». Несколько наводчиков отыскалось в дивизии, остальных подбирали не совсем обычным, но оправдавшим себя методом.
Собрали у орудий человек шестьдесят наиболее грамотных и опытных пограничников — коммунистов и комсомольцев. Спрашиваю у них:
— Хороши пушки?
— Вроде ничего, — отвечает один. — Пригодятся.
— Это-то верно, что пригодятся, — подтвердил я. — Только беда в том, что они беспомощны — артиллеристов не хватает. Вот мы и вызвали вас сюда посоветоваться. Ведь, если не придумаем ничего, оружие это будет зря стоять.
Строй зашевелился, некоторые бойцы переглянулись. А старшина Петров, заслуженный пограничник, горячо заговорил:
— Как это можно допустить, чтобы пушки без дела были. А мы на что? Сами, раз надо, к ним станем, только покажите, как с ними обращаться.
Бойцы поддержали его:
— Правильно!
— Конечно, сами к пушкам станем!
Кальченко поднял руку, успокаивая:
— Очень хорошо, товарищи, что мы в вас не ошиблись. Только имейте в виду, что дело, за которое беретесь, не простое. Другие профессию артиллериста месяцами осваивают, а у вас будут считанные дни. Вы знаете, что враг все настойчивее и настойчивее атакует наши войска на перешейке. Сил у него несравненно больше и поэтому в любой момент можно ждать прорыва фашистов в Крым. Значит, учиться вам придется и днем и ночью. Конкретно задачу поставит командир дивизии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
