После вручения наград нашему отряду началось награждение гражданских. Советникам, знатным особам и даже торговцам, которые оказали неоценимую помощь армии, – всем им вешали на шею красивые кругляшки. Я был весьма удивлен, когда орденом храбрости была награждена Снежана Лисецкая, но мысленно только поаплодировал Фариаму. Когда все награды нашли своих владельцев и я уже предвкушал, как вернусь к себе в комнату и опять засну, братишка устроил мне неприятный сюрприз. После того как затихли овации, сопровождавшие вручение последней награды, король торжественно сказал:
– А теперь я хочу вручить орден «Герой-защитник» тому, без которого эта война была бы проиграна, тому, кто добился создания Нового Союза, тому, кто…
– Мля-я-я… – протянул я под недоуменными взглядами парней. – Постоишь в строю, посмотришь, как будут вручать награды… Ага, как же! Вот ведь гад!
Тем временем Фариам после долгого перечисления моих заслуг наконец закруглился:
– …моему брату Алексу! Герою Мардинана!
Кэльвы буквально взорвались радостным ревом. Его подхватила толпа на площади, а я, нацепив на лицо бесстрастную маску, вышел из строя. Подойдя к королю, вытянулся в струнку, отдал честь и дождался, пока брат повесит на меня большой украшенный алмазами орден на алой ленточке. Когда я уже хотел развернуться и вновь занять место в строю, Фариам прошипел:
– Куда? А ну, стой смирно! – и торжественно объявил: – Это была награда, которую я вручал от всего народа Мардинана, а сейчас я хотел бы вручить герою Алексу подарок от себя лично.
Он махнул рукой, и из главных ворот слуги вывели Коня. Именно так, с большой буквы, потому что на него стоило посмотреть! Большой сильный красавец, с роскошной гривой, что называется, в самом расцвете сил, украшенный седлом и уздечкой, которые сами по себе стоили целое состояние, он привлекал внимание и заставлял восхищаться собой. Все бы хорошо, но только он был белым! Без единого темного пятнышка! Была бы моя воля, я бы сразу же отказался от этого подарка, но при стольких свидетелях не стал возмущаться.
– Как видишь, я не забыл о нашем уговоре, – тихо сказал мне Фариам.
Я даже не нашелся, что ему ответить, и просто смотрел на красавца, которого подводили ко мне слуги. Ну, теперь уж точно отвертеться не получится, ведь дареному коню…
– Ты хоть бы сказал что-нибудь, а то не поймешь тебя – понравился конь или нет? – вывел меня из задумчивости брат.
– А нет такого же, но с перл… черного? – спросил я.
– А чем тебе этот цвет не угодил?
– Алона смеяться будет. Я ей не так давно упорно доказывал, что я не принц на белом коне, а теперь выходит – совсем наоборот!
Ну не признаваться же, что мне просто не хочется выглядеть законченным пижоном, разъезжая на таком шикарном средстве передвижения.
– К сожалению, в моих конюшнях подобных скакунов больше не осталось, ни черной, ни какой-либо другой масти. Так что придется тебе брать этого, уж прости. Только будь осторожен, он слегка строптив, поэтому даже я на нем побаиваюсь ездить… Хотя что-то мне подсказывает, что ты быстро найдешь с ним общий язык. – Фариам с хитринкой посмотрел на меня.
– Ваз растрепал? – подозревая худшее, спросил я.
– Ага, – довольно ответил брат.
– Бестолочь! Сам – начальник разведки, а язык за зубами держать не умеет.
– Не переживай, никто, кроме меня, об этом знать не будет.
– Ваз обещал то же самое, – огорченно сказал я и пошел к коню.
Мой подарок стоял в окружении слуг и выглядел весьма грозно. Вблизи он оказался просто гигантом, намного крупнее обычных лошадей. Не знаю, какой «Растишкой» его кормили, но нужного результата добиться смогли. Подойдя к нему вплотную, я протянул руку, чтобы коснуться шеи жеребца, но тот фыркнул и мотнул головой, отступив на шаг в сторону. Точно, строптив, Фариам не соврал, подумал я и обратился к коню:
– Не бойся, малыш, не укушу. Ты яблоки любишь?
Одновременно я посылал жеребцу волны дружелюбия и дублировал речь мысленными образами, не особо надеясь на успех. Все-таки это не кошка. Но, к моему удивлению, на образ яблока конь отреагировал живо. Он повернул ко мне голову и послал в ответ свое желание перекусить вкусным плодом.
– Держи, голодающий! – сказал я, протягивая вынутое из кармана яблоко.
Жеребец осторожно откусил от него добрую половину и стал хрустеть, а я погладил его по мощной шее, посылая ему мысли о том, какой он красивый, сильный и быстрый. Когда яблоко кончилось, мы уже вполне нашли общий язык. Во всяком случае, когда я поинтересовался, хочет ли жеребец называться Ветерком, и послал ему образ скорости, воздушного порыва и свиста, тот выразил одобрение.
– Ну что, Ветерок, прокатимся? – спросил я и, дождавшись согласия, одним движением взлетел в седло.
Толпа заорала от восторга, а я поднял уздечку и направил коня по площади. Помахав на прощание рукой на все стороны, я под крики многих сотен людей въехал в ворота дворцовой стены. Не фиг больше красоваться, свое дело я сделал, церемонию простоял, пора бы и подкрепиться! Отдав Ветерка подбежавшим конюхам, я пообещал ему принести еще яблок, а сам пошел в свои покои. К сожалению, в них уже не осталось ни следа от моего недоеденного обеда, поэтому я только помянул демонов и отправился на кухню, поймав в коридоре одного из лакеев и разузнав у того дорогу. Нашел я ее быстро, всего через пятнадцать минут. Удивленные повара быстро сообразили, чего я хочу, и накормили голодного, дав на закуску с десяток яблок и любезно просветив меня, что фрукты доставлены из Фантара специально для королевского дворца, так как местные созреют еще не скоро. Вот в таком виде, с яблоками в руках, карманах и под мышкой, я столкнулся с Фариамом, который возвращался с церемонии.
– Ты куда?
– К Ветерку, налаживать отношения, – ответил я. – Знаешь, а Ваз, оказывается, был прав. Я умею находить с животными общий язык… Да, раз уж я тебя встретил, не просветишь, когда пойдем заряжать твой артефакт?
– Не сегодня, Алекс. У меня еще куча неотложных дел, а ты пока можешь по дворцу побродить или заняться чем-нибудь еще, но вечером будет праздник влюбленных, на нем ты просто обязан присутствовать!
– Как? Опять? – возмутился я.
– Опять, – подтвердил Фариам. – Он каждый год проводится.
– Но ты же говорил, что вчерашний прием будет последним, который я посещу!
– Так оно и есть, но ведь сегодня не прием, а праздник! Это – совсем другое дело! Алекс, ну пожалуйста, выручи меня, будь другом! У меня сегодня намечается совещание по делам имперцев, так что на празднике я появлюсь только в самом начале, а дальше руководить всем придется тебе.
– Я тебе так наруковожу, год разгребать будешь, – мрачно пообещал я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
