Мертвую тишину нарушил голос Сириуса Блэка, поразившего всех своими словами:
- Питер Петтигрю был гриффиндорцем, - заявил он, стоя у входа в Большой зал и глядя на Драко. - Нет никакого позора на вашем Доме, только на этих учениках.
Многие, в том числе и Снейп, изумленно уставились на него. Чтобы Сириус Блэк - стопроцентный гриффиндорец - простил слизеринцам какой-либо грех, да еще изрек нечто философское... Северус не знал, как реагировать. Вместо этого, он опустил голову и посмотрел на бледное лицо Гарри Поттера, не замечая суеты, царящей вокруг - учащиеся во главе с Драко устраняли возникший в зале беспорядок и, по возможности, помогали пострадавшим товарищам. Почтительное расстояние, на котором все держались от Гарри, говорило красноречивее всяких слов.
Через некоторое время двери в Большой зал открылись, заставив всех непроизвольно вздрогнуть, ожидая худшего. Раздался дружный вздох облегчения, когда вошел директор с палочкой в руке. Сейчас Альбус выглядел ещё более растерянным, чем когда уходил. Он знаком позвал преподавателей, и те собрались вокруг Северуса и Гарри.
- Нет никаких признаков нападения, - произнес Дамблдор громко, так, чтобы его мог услышать каждый в зале. После этих слов, у многих словно упал камень с плеч. - Я послал Кровавого Барона в Хогсмид, чтобы осмотреться, а Хагрид и несколько воинов из Уинтерленда обыскивают территорию замка. Это явление затронуло не только Большой зал, оно распространилось на весь Хогвартс - есть несколько раненых. Два человека упали с высоты - к счастью никто не умер, но есть несколько переломов.
- Что относительно защиты? - поинтересовался Ремус.
Альбус покачал головой:
- Она не была нарушена.
- Ни Темный Лорд, ни его Пожиратели смерти не в состоянии были бы начать атаку прямо сейчас, - заявил Северус.
- Знаю, - согласился директор, очевидно придя к тому же самому заключению, что и сам зельевар чуть раньше. - Но я изменил защиту, чтобы она сигнализировала о приближении демонов. Я не могу препятствовать вторжению их Старейшины, но буду предупрежден, если вблизи появится нечто подобное. Пока всё относительно спокойно, - Дамблдор не стал добавлять, что все эти меры мало что могут им дать - расстроенные лица волшебников говорили, что тем и без объяснений все ясно.
- Мы должны переместить раненых в больницу, - произнёс Альбус. - Минерва, отправляйтесь в Министерство по каминной сети. Расскажите им, что произошло, и разузнайте, что им известно. Возможно, у Люциуса есть какие-нибудь идеи относительно происходящего.
Слова директора дарили всем силу и уверенность - от известия, что замок в безопасности, на душе у Снейпа стало гораздо легче. Но физически он оставался настолько слаб, что позволил Люпину подхватить на руки Гарри - у него не хватило бы сил на это. Видя, что зельевар не в состоянии самостоятельно подняться, ему на помощь поспешили Сириус и Рон. Так, впятером, они отправились в больничное крыло, в то время как остальные преподаватели выводили из зала студентов своих факультетов.
Несколько часов спустя Северус сидел около постели Гарри в лазарете у Помфри. Он выпил перечное зелье, которое сделало его гораздо бодрее; упадок сил уже не чувствовался так остро.
Два слизеринца-семикурсника лежали в соседней палате, привязанные к кроватям. Утечка магии у них была более серьёзна, чем у Снейпа - им понадобится несколько недель, чтобы полностью восстановиться. Никто даже не подумал напоить их перечным зельем, чтобы ускорить процесс.
На других кроватях лежали многочисленные раненые из Уинтерленда. Самая серьезная рана была у караульного, упавшего со стены замка - он сломал обе ноги. С костеростом ему на выздоровление понадобится несколько часов. У остальных были незначительные ушибы и растяжения. Удивительно, но все они остались в больнице. Северус подозревал, что воины ждали пробуждения Поттера - их воспоминания были идентичны рассказам студентов. Они видели, как их король стоял перед ними, чувствовали, как он коснулся их, окликнул по имени. Все викинги верили, что Гарри их спас. Будучи преданными Мальчику-который-выжил, они не хотели оставлять его теперь.
Зельевар, расположившись в кресле, наколдованном директором около кровати, крепко сжимал кулаки, не разрешая себе снова взять Гарри за руку. Сейчас мадам Помфри проводила полный осмотр мальчика с помощью разных причудливых медицинских устройств и попросила, чтобы его не трогали, пока она работает. Ремус, Сириус, Рон, Гермиона, Чарли, Драко и Альбус находились поблизости, с волнением ожидая результатов.
Убрав последний из своих инструментов - диковинное хитрое изобретение, которое, по словам Гермионы, было похоже на маггловскую взбивалку для крема - Поппи некоторое время сосредоточенно вглядывалась в бледное лицо Гарри, а затем перевела озадаченный и хмурый взгляд на волшебников, с трепетом ожидающих медицинского заключения.
- Он находится в стабильном состоянии, - сообщила мадам Помфри. - Как и ожидалось, налицо сильнейшее магическое истощение, что явилось серьезным стрессом для всего организма. С этими проявлениями я смогу справиться, они обратимы. Но меня беспокоят неустойчивое состояние его магического ядра и странный уровень мозговой активности.
При этих словах Северус побледнел, чувствуя, как тревожно защемило сердце. Если Поппи заинтересовалась мозговой активностью, то имеют место повреждения головного мозга - как в случае побочного эффекта от круциатуса.
- Ты хочешь сказать... - начал он.
Но колдомедик прервала его.
- Нет. Сам мозг не поврежден, но невозможно считать воспоминания, составляющие индивидуальность Гарри. Соответствующие области девственно чисты, словно у новорожденного или после тотального обливиэйта. Иными словами, он может пользоваться памятью, но не делает этого, словно нечто блокирует связь личности с телом.
- Вы имеете в виду, что он ничего не будет помнить, когда проснется? - спросила Гермиона в ужасе.
Но Поппи снова покачала головой.
- Ну почему же? Воспоминания можно вернуть. Но он не проснётся вообще, если его мозг не начнёт функционировать как обычно. Его тело находится в коме, но мозг, как будто бы в своеобразном анабиозе.
- А что не так с его волшебным ядром? - спросил Альбус.
Женщина вздохнула.
- Тоже очень странная ситуация. Оно перестало нести в себе личный магический отпечаток своего обладателя, теперь больше напоминая энергию могущественного волшебного артефакта. Я бы сказала, что отчасти, оно стало похожим на защиту замка - сила и мощь, абсолютно стихийные, бездушные, неживые. Я не знаю, что делать с этим.
- Огни горят, но дом пустой, - задумчиво проговорила Гермиона.
