ту пальцами по голове.
— Болит. Встать не могу — сознание начинаю терять.
— Может, всё-таки, выпьешь, «драгоценную» таблетку?
— Нет, пока лежу — всё нормально.
— Ладно, — она улыбнулась и коснулась её лба носом.
Осмотрев приветливый взор Саши, играющих детей и спящую Яну, она заметила:
— Где Сеня?
— Ушёл к бункеру, — равнодушно ответила Таня.
— Пройтись?
— Нет, зачищать его пошёл.
— Что?!
Наташа не успела ничего, кроме как взглянуть в лицо Тане, как вдруг, неожиданно для большинства, тяжело дыша, прибежала Валя:
— Ладно, Наталья. Ты выиграла. Я не успею за вами… Фух! Так ещё и устала…
— Привет, Валя, — чуть усмехнувшись, сказала Таня.
— Ну как ты, беда ты моя? — ласково обратилась Валя, плюхнувшись на грунт рядом с постеленной палаткой, на которой лежала Маркиза.
— Говорит, что Арсений ушёл бункер чистить от пауков! — взволнованно произнесла Наташа.
— Чего?! — усталость у той быстро пропала.
— Ну, а как я могла его остановить, Валь? — развела руками Таня: — Он меня закидал аргументами и своим твёрдолобием и ушёл.
— Шудхэр (бурятский: Чёрт)! Я ему дам! — Валя сразу поднялась.
— Нет, Валя, — ей преградила путь Наташа, — я быстро к нему прилечу, знаю, где бункер.
— Зай (бурятский: хорошо), — чуть подумав, ответила Валя, — дай ему хорошего подзатыльника, а то мальчик заигрался…
— Валь, зря ты так. У него что-то своё. Он не останавливается только по тому, что у него есть цель, к которой он будет стремиться до конца.
— Ну, у него действительно есть такая черта, — согласилась Таня.
— Хренью он занимается, — ответила Валя, сев и уложив к себе Таню на живот: — Не может он подождать всех и обсудить, блин!
— Так вот, что он имел ввиду, — резко открыла глаза Таня, чуть напугав Валю: — Он сказал, что никто не заинтересован в плане! Блин! Ё моё! Он имел ввиду, что для вас важнее «здесь и сейчас», а для него «завтра». Чёрт! Так сразу и не поймёшь! Загадки, блин, он загадывает!
— Ну да, а как иначе? — спросила Валя: — Важно «здесь и сейчас».
— Блин, — тихо улыбнулась Таня, — а он, Валя, всегда наперёд делает, разделяя дела на небольшие составляющие.
— Какая сейчас составляющая? — саркастически спросила она: — Что мешает сделать это всем вместе? Почему это столь необходимо?
— Такая, что о безопасности детей и жилища сумеете позаботиться ты, Наташа и Саша, помощь людям полностью проводят ребята, он там не нужен. А когда парни вернуться — неясно. Вот он чувствует себя нормально, вот и пошёл доделывать то, что начал, чтобы время не тратить потом.
— Глупо и сложно, — проворчала Валя, закрыв той рот ладошкой: — Он смерть свою найдёт. Чувствует себя хорошо! Ха! Классно!
— Ладно, вы спорьте, а я полетела, — усмехнувшись, сказала Наташа, после чего взлетела.
***
Искать сталкера ей долго не пришлось, ибо тот не прятался. Когда она его увидела, то тот был на той самой расчищенной открытой поляне перед воротами в бункер. Вокруг валялись сгоревшие свернувшиеся тушки пауков, осколки от бочек, от места взрыва ещё виднелся след и парочка мест, куда разлетелись большие объёмы топлива. Приземлившись, она увидела спокойный взгляд парня, который через мгновенье ушёл вниз, обратно в блокнот, в котором сталкер что-то писал карандашом.
— Ты пришла меня останавливать? — спокойно спросил он: — Вправлять мне мозги? Переубеждать? Хватать и нести обратно?
— Нет, — усмехнувшись, сказала Наташа, присев.
— А зачем? — спросил он, закончив писать: — Проведать меня? Убедиться, что я ещё жив.
— Да, — улыбнулась она, — и поддержать.
— Хм, очень мило с твоей стороны, — произнёс он, сняв с погона автомат и сняв того с предохранителя.
— Сень… — немного ехидно обратилась она.
— Я за него, — ответил он, посмотрев на драконницу.
— Может ещё раз всё обдумаешь?
— Не понял.
— Посуди сам. Неэффективно идти зачищать логово мелких паразитов с огнестрельным оружием.
— Поможешь? — чуть-чуть посмеявшись, спросил он в шутку.
— Сень, — она подошла и положила ладошку ему на плечо, — ну давай подождём остальных. Вместе мы за один заход всё выжжем.
— А когда остальные вернуться? — скептически посмотрел он на неё: — Через час? Два часа? День? Теперь у вас всё ровно, как и у нас, несётся непредсказуемо и быстро. Наташ, у вас куча дел и работы, раз уж ваши мальчики решили помочь жителям. На это времени у них нет. А если и есть время, то сил не будет.
— Тогда, может, ты подготовишься получше.
— Как можно подготовиться получше? Варианты?
— Я сходу не придумаю.
— А я не смог придумать за несколько часов.
— Потому что, ты не с кем не советовался.
— Чего ты хочешь, Наташ? — немного брезгливо, спросил он.
— Хочу, чтобы мы сели и вместе всё обсудили.
— Да нечего обсуждать, — утвердительно ответил он, хоть и сел на то же место, где был до этого.
— Точно?
— Точно.
Наташа тяжело вздохнула, посмотрела на невозмутимый взгляд сталкера, после чего обратилась немного сочувствующим голосом:
— Сень, знаю, что тебя мне не переубедить, но хочу, чтобы ты знал: мы все тебя любим, дорожим. За эти дни ты стал для нас членом семьи. Но ты не замечаешь или не хочешь этого замечать, поскольку для тебя, похоже, давно стали важны реальные дела, которые влияют или меняют действительность, а не чувства, которые испытывают друг к другу живые, но посмотри на себя… Что будет, если ты останешься совсем один? Для чего ты будешь жить? Для дела? А кому это дело будет адресовано? Для идеи? И что это за идея, где никого нет, кроме тебя? Для себя? Не поверю я в это. Ты не эгоист. Давно бы это почуяла. Я это к чему говорю, Сень? Просто подумай, что будет, если ты не вернёшься оттуда? — она указала на бункер: — Как мы это воспримем? Что будет с нами? Что будет с твоими друзьями в Кемерово? И как это может повлиять на ход истории?
— Ну ты загнула…
— А что? Про эффект бабочки слышала. Что, если это — то самое? Что, если мы в будущем на всё повлияем? Где сейчас может быть подобное? Такое, как наша недавно заключённая дружба? — она указала на себя и гордо вытянула шею.
— Судя по последним моим исследованиям в разных областях на разных военных точках — где угодно.
— Тем не менее, я бы не стала так рисковать, имея хотя бы один такой шанс из миллиарда, — гордым голосом произнесла она, после чего встала, развернулась и направилась на центр полянки, демонстративно раскинув крылья.
— Подожди меня здесь, — сказал парень в тот момент, когда драконница расправила крылья для прыжка, — через десять минут вернусь.
— Нет, дорогой, — протянула она, — либо ты сам по себе, либо я иду
