Противное дребезжание будильника на столе заставило меня вздрогнуть и проснуться. Не открывая глаз, я зацепила в памяти ускользающие обрывки сна, мысленно потянулась за ними и восстановила в памяти свой прекрасный сон. Улыбнулась и открыла глаза. Лучи яркого весеннего солнца пробивались через неплотно прикрытые занавески, весело искрились на люстре и отражались от неё солнечными зайчиками на ковёр. Из ящика приоткрытого шкафа наполовину свешивался носок. На столе остались не убранные вчера учебники и письменные принадлежности. Всё в комнате было таким привычным, но при этом таким скучным по сравнению с той же комнатой в моём сне, что моё прекрасное настроение сразу куда-то улетучилось. Захотелось завыть с тоски.
Я села на кровати и машинально по привычке сложенными в щепотку пальцами постаралась вызвать свет. И опять, в который уже раз, резко остановилась, не впитав магическую энергию и не доведя заклинание до логического завершения. Силовые магические линии возле меня присутствовали, я их вполне чётко ощущала. Но каждый раз при попытке присоединиться к магическим линиям я ощущала следы сложного следящего заклинания. Это заклинание опутывало каждую линию магического поля надёжным невидимым коконом, и не было никакой возможности почерпнуть энергии, не сообщив при этом непонятному наблюдателю: «тут живёт человек, способный колдовать!». Кто и с какой целью поставил эту хитрую ловушку на магов, мне было неведомо. Но, судя по чрезвычайной сложности следящего заклинания, этот неведомый наблюдатель намного превосходил меня по силе и способностям. Почему-то я была уверена, что этот неизвестный охотник враждебен по отношению к любым магам и смертельно опасен. Мне совершенно не хотелось с ним встречаться.
Но как мне хотелось колдовать! Это был просто нестерпимый зуд, наверное, схожий с ломкой у наркоманов. Уже почти год прошёл с того дня, как мы вернулись из Эрафии домой. Это был крайне тяжёлый для меня год. Временами я думала, что не выдержу без магии. Бесчисленное количество раз я порывалась, несмотря на уверенность в опасности подобного действия, воспользоваться своими способностями. Но каждый раз всё же сдерживала себя и уговаривала саму себя немного подождать. Я, как заключённая в тюрьме, считала дни до окончания учебного года, после чего мы с друзьями опять отправимся в Эрафию — мир, где я снова смогу почувствовать себя полноценной.
За стеной раздался плач ребёнка, а спустя несколько мгновений через приоткрытое окно я смогла разобрать гневный голос тёти Полины из соседней квартиры:
— Сергей, опять ты разбудил Егорку! Ну что за наказание, я его полночи не могла уложить, лишь под утро только-только вместе с ним уснула!
Сергей Воронин что-то говорил в своё оправдание, но он находился далеко от окна, и его слов было не разобрать. Маленький Егорка заливался истеричным визгом, как будто его резали. Я поморщилась, не могу слушать детский плач, меня просто трясёт каждый раз. Я подошла к окошку и закрыла ставни. Сразу стало тихо и хорошо.
Странное дело — я обожаю соседских малышей, люблю с ними играть, кормить с ложечки или даже просто наблюдать за Петькиной младшей сестрой Валентиной или Егоркой, братиком Сергея. И малыши тоже всегда радуются моему появлению. Валентина так вообще воспринимает меня как вторую маму. Но стоит любому из карапузов зареветь — всё, мне хочется закрыть руками уши и бежать без оглядки. Почему так происходит, сама не знаю. Видимо, пока ещё морально не готова любить детей даже капризными. Можем, когда-нибудь в далёком будущем, сама уже на месте их родителей я и смогу перебороть себя. Но пока не могу.
Я привела себя в порядок, позавтракала и сложила портфель в школу. В коридоре раздался звонок — это мои друзья зашли за мной, чтобы всем вместе идти на занятия. Петька привычно взял мой портфель, и мы вслед за Сергеем стали спускаться на улицу. Двинулись кратчайшей дорогой напрямик через городской парк. Вообще-то место было нехорошим — заросшие глухие аллеи, пустые пивные бутылки и использованные шприцы на асфальте. Вечером я бы побоялась одной идти через это пользующееся очень дурной славой место. Но солнечным утром, да ещё и вместе с надёжными друзьями можно было не опасаться неприятностей и идти напрямую.
На своём привычном месте, как и всегда, стояла бабка Никитична со свежими, ещё даже горячими семечками. Пузырь традиционно купил у соседки кулёк семечек и отсыпал нам с Сергеем. Наша пожилая соседка заметно сдала за последний год. Зимой она сильно болела и не появлялась на улице, но весной оживилась и снова находила в себе силы при хорошей погоде выходить в парк. Но на рынке в Лесу Между Мирами мы её больше не встречали, хотя и были там несколько раз после возвращения из Эрафии.
Как только я подумала о Лесе Между Мирами, так сразу захотелось опять там побывать. Место действительно очень красивое, чистое и совершенно безопасное. Лес Между Мирами стал нашим излюбленным местом отдыха, куда мы втроём частенько ходили в выходные порыбачить или просто позагорать. Для меня же Лес Между Мирами был интересен ещё своими необычными свойствами — там я не могла никак воспользоваться существующими магическими энергетическими линиями. Эти линии были, причём весьма мощные, но подсоединиться к ним для наполнения заклинаний силой не получалось, энергия ускользала от меня, словно вода через неплотно сложенные пальцы. Пользоваться этой энергией могли только маги из числа Серых Пограничников.
Мы даже познакомились с одним из Серых Пограничников, лесным эльфом по имени Тилион. Эльф был достаточно молодым на вид, так что я была удивлена, узнав, что наш новый знакомый разменял уже шестую сотню лет. И хотя Сергей Воронин говорил, что общался уже с этим эльфом и раньше, но я впервые познакомилась с Тилионом, когда он вместе с парой других Серых Пограничников преградил нам дорогу после нашего выхода из Эрафии в Лес Между Мирами. Этот эльф потребовал, чтобы Петька оставил тёмное кольцо на хранении в форте Серых Пограничников или вернул сильную магическую вещь обратно в Эрафию. Нам разрешили даже унести это кольцо на Острова Фаэри, но только не брать к себе домой. По поводу клинков Сергея у пограничников тоже были замечания, но их пронести всё же можно было, заплатив пошлину.
Мы совещались совсем недолго — возвращаться в Эрафию нам не хотелось, в мир Острова Фаэри мы ещё ни разу не ходили и не стремились, наслышанные об его опасности. Так что мы выбрали вариант оставить пока кольцо и мечи на хранении в замке Серых Пограничников. Правда, Петька пытался спорить, доказывая всем собравшимся, что не может снять тёмное матовое кольцо со своего пальца. Тогда один из Серых Пограничников, явно сильный маг, провёл над странным артефактом ладонью, и кольцо без малейших усилий удалось снять. Это сняло последние возражения, и мы отправились в Форт, чтобы оставить вещи на хранении. За хранение пришлось заплатить, и весьма немало, но у Серого Ворона деньги имелись.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
