– Ты думаешь?
– Конечно! Мне кажется, он просто наглый сынок богатенького папеньки. Еще неизвестно, зачем он вызвался спонсировать нашу экспедицию! Потом как счет предъявит… такой, что его проще будет где-нибудь прикопать, чем расплатиться!
– Эх, добрая ты, Таня! А может, он просто помогает? От чистого сердца?
– Но с грязными помыслами! Свет, ты к чему вообще этот разговор завела? – Я нервно прошлась по комнате и остановилась напротив разглядывающей меня подруги.
– Помнишь, что нам нагадала Галина Егоровна?
– Бабулька в диком макияже? – Моих губ невольно коснулась улыбка. Такое не забудешь! – И что?
– А тебе не кажется, что Владыка мог бы уже за нами кого-нибудь и отправить?
Я пожала плечами:
– Ну мог! А при чем тут этот вьюноша?
– А может, это кто-нибудь из Винлейна?
– Фу, Свет, это уже паранойя! Обычный земной нахал! И вообще! – Я села на табурет и оглядела пустой стол. – Есть охота! Интересно, где они бродят? Уже стемнеет скоро!
Тут, словно в ответ на мои слова, под окном зафыркала машина. Светка поднялась и выглянула в окно.
– Легки на помине.
Я подошла ближе.
Из старенького уазика первым выгрузился Федор и подхватил на плечо здоровенный новенький рюкзак. Затем показались и наши спутники. Решив не идти до потрепанной калитки, они пробрались через дыру в заборе и вслед за стариком зашагали к дому по заросшему бурьяном огороду.
– Ладно, не слушай мои бредни! – Светка проводила их взглядом, пока они не свернули за угол, и качнула головой. – И все же он какой-то… Ч-ш-ш! – Она приложила палец к губам.
Скрипнула дверь, и коридор заполнился топотом, шорохом и голосами.
– К тому же в таких горах много руды!
– Это верхний слой, а вот если копнуть поглубже!
– Ну и что ты глубже найдешь, кроме соолокков?
– Кого?
– Никого! Много ты, дед, понимаешь! Да я с отцом вот с таких лет на шахтах вкалывал! Я это не понаслышке знаю!
– А я это когда-то учил! Поэтому тоже знаю! Вернее, помню.
– Вот и я о том же! Все только на словах! А чуть коснись дела…
Мужчины ввалились в залу и, не замечая наведенного порядка, скинули на пол рюкзаки, тут же захламив половину комнаты. Мы со Светкой недобро переглянулись и мрачно уставились на новосозданный бардак.
– Так, мужики, где ваши старые рюкзаки? Сейчас припасы на всех поделим, и можно будет отдохнуть. – Федор окинул комнату ищущим взглядом и словно только сейчас заметил нас. – О! Девчонки! А чего это вы тут сидите, ничего не делаете? Сказал же, чтобы к нашему приходу был порядок и ужин!
– Порядок и ваше жилище, Федор, две совершенно несовместимые вещи, – фыркнула я.
– И ужин из воздуха нас никто готовить не учил! – поддакнула Светка. – Так что извиняй!
– Из какого воздуха? – поднял голову Крендин. – Не-е, я вегетариянством не страдаю! Тайна, на будущее! Я люблю, чтобы было мно-о-ого мяса!
– А вот я бы, на будущее, не советовал тебе с ней связываться, – продолжая разбирать рюкзак, насмешливо бросил Ван. – Вдруг отравит?
– Че-го?!! – Я огляделась и, не найдя ничего, с чем бы можно было пойти в бой, нервно подергала лавку.
– Не получится! – хохотнул Федор. – Вот именно поэтому я ее и прибил! Как только друзья из города приедут, так начинается!
– Чего начинается? – насторожился Крендин.
– Кидание лавками. – Разглядывая нас хитрыми глазами, он вдруг посерьезнел. – Шутки на хлеб не намажешь! Топайте, девки, ужин готовить!
– Ка-какой? – Светка от такой простоты даже стала заикаться.
– Вкусный! Все на веранде есть. И припасы, и мясо, и даже печка газовая! Вот если бы вы порядком занимались, по-любому бы все это нашли! – бросил хозяин и присоединился к парням, помогая разбирать рюкзаки.
– Н-да-а, до того островка грязи мы просто не доплыли! – Светка покачала головой и, махнув мне, стала пробираться к выходу.
Обнаружив за старым комодом спрятавшийся в углу маленький холодильник «Полюс», мы вытащили оттуда все, чего не коснулась вечная мерзлота, и сложили в здоровенную кастрюлю. Разбавили все это парой картофелин и морковкой, высыпали лапшу и рис и залили водой.
Следующей проблемой оказалось то, что газ на этой печке ни в какую не хотел зажигаться, со зловещим шипением улетая в воздух.
Раза с третьего, чуть не взорвав всю хибару нашего проводника, мы все же решили заменить фаерболы на зажигалку и пошли за помощью к хозяину.
Выслушав много «лестных» слов и полюбовавшись на расцветшую синими лепестками долгожданную ромашку, мы торжественно взгромоздили на конфорку кастрюлю и стали ждать.
В конце концов, примерно через час, решив, что суп-каша готов, мы торжественно внесли наше варево в комнату и водрузили на стол.
Парни, закончив укладывать рюкзаки, заинтересованно окружили кастрюлю.
– Тань, пойдем во дворе отсидимся? – шепнула Светка, поглядывая на голодных мужчин. – А то вдруг это есть нельзя?
– Что хотели, то и получили, – буркнула я. – До сих пор газом воняю! Нашли повара!
Федор важно выставил на стол миски и, открыв кастрюлю, принюхался.
– Хм, пахнет съедобно! – Он зачерпнул ложку месива, подул, сунул в рот и задумчиво пожевал.
Мы со Светкой, не сговариваясь, заторопились проверить, «а выключен ли газ?», но следующие слова заставили нас остановиться:
– Гадость, конечно, страшная, но вкусная! Поэтому, мужики, налетай!
– А мы потом с этой гадости животом маяться не будем? – озаботился Ван.
– Ха, не, ну какова наглость?! – для порядка возмутилась Светка, благосклонно поглядывая на мужчин, выстроившихся в очередь за ужином. – Полдня пахали как лошади, накормили, а они еще и недовольны?!
– Не знаю, как ты, Свет, а я пошла есть! А то вон Федор уже скоро за добавкой соберется! Короче, еще немного, и нам грозит лечь спать голодными!
Спустя некоторое время, сытые и довольные, мы уселись кто где. В темноте, заглядывающей в окно, тихо шуршал дождь, а в комнате, освещенной тусклой лампочкой, потрескивали в печи дрова. И было так хорошо и спокойно, что совершенно не хотелось думать о неясном будущем и уж тем более о нем говорить. Пока наконец хрусталь тишины не разбил голос Федора:
– Ну-у… вроде все собрали. – Он поднялся с табурета и снял с красной плиты злобно свистящий чайник. – Кто хочет чаек, наливайте!
Вытащив один за другим все пять рюкзаков в коридор, он поднял стоявший у двери тихо звякнувший ящик и сунул его под стол.
– А это что, не пригодится? – Сидевший на шкуре у стены Ван лениво поднял на старика взгляд.
– Это? – Федор дальше задвинул ящик ногой и принялся разливать по стаканам бурую жидкость. – Да нет. Думаю, вряд ли.
– А чего ж тогда в магазине за это барахло Ван столько денег отвалил? – заинтересовался Крендин.
– Ну-у… думал, понадобится. – Федор пригладил бороду и шумно отхлебнул чай.
– А поточнее? – Ван, изображая само спокойствие, лениво поднялся.
Федор отставил стакан.
– Да потому, что не поведу я вас тем путем, которым хотел! И поэтому снаряжение брать не буду! Все ясно?
– Ясно! – Ван подцепил два стакана и уселся рядом с Крендином на пол. – Только, надеюсь, мы попадем именно туда, куда нужно?
– Попадете, – нехотя буркнул Федор и посмотрел ему в глаза. – В жир ногами вы попадете, если не будете слушаться меня! Я понятно объясняю? – И, не дожидаясь ответа, приказал: – А теперь топайте, кому надо, на двор, и будем спать ложиться! Завтра рано подниму!
Пока парни, воспользовавшись его советом, сбежали из дома, мы принялись стелить поверх шкур любезно одолженные хозяином стеганые одеяла, выуженные им из пристройки над печью. Получилась внушительная постель от стены до стены.
Кинув нам напоследок три большие подушки, Федор забрался на полати.
– Не ждите их, ложитесь!
– А мы что, должны с ними ночевать?! – возмутилась Светка и смущенно покосилась на входивших парней.
– Должны, но не обязаны, – фыркнул с печки хозяин и предложил: – Можете спать в коридоре или в сенях. Только там крыша прохудилась. Мокровато будет.
– Ага, давайте решайте. – Ван разулся и с усталым стоном улегся у дальней стены на заботливо сооруженное нами ложе. Засунув руки под голову, он оглядел нас насмешливым взглядом. – Надеюсь, что вы все же выберете веранду. Сон на свежем воздухе с привкусом газа… мм… что может быть лучше? А мы, так уж и быть, переночуем здесь.
