Читаем без скачивания Сокрытый в Тени Крыла - Вадим Оришин

Неджи и Тен-Тен вернулись с осмотра, а Гай и Ли закончили опрос… бедные свидетели… Рок Ли набрал по десятку автографов со всех актеров, режиссера и половины съемочной группы. Команда собралась на корме.

— Неджи! Что удалось найти? — спросил Гай.

Какаши оставил ему право командовать, так будет правильно.

— Ничего, — уверенно заявил молодой Хьюга, — бой проходил не на корабле. Ни одной зарубки от куная или сюрикена. Ни одного следа от техники. Все чисто.

— Да, так и есть, — покивала куноичи.

— Хм… Съемочная группа говорит, что ничего не слышала. Хм, все они необычно крепко спали в ту ночь, даже режиссер Макино-сан крепко спал, хотя обычно по ночам часто встает попить и… эм, и все такое.

— Генджицу, — вынес вердикт Какаши.

— У нас нет квалифицированного медика, чтобы это подтвердить или опровергнуть, — заявил Неджи, но добавил, — однако это наиболее логичное объяснение. Но что случилось с командой? Они не могли все попасть под действие техники.

— Наруто-кун накануне объелся несвежей рыбой, — вставил слово Рок Ли, — и крепко спал под действиями лекарств.

— Вещи всех членов команды остались в их каюте, — добавила Тен-Тен.

Гай посмотрел на Какаши:

— Все это странно, мой давний соперник.

Какаши кивнул:

— Допустим, нападение было совершено в море. Тогда они либо двигались на своем корабле, либо где-то на берегу неподалеку у них есть лагерь.

— Брать медлительный корабль для похищения неразумно, — кивнул Гай, — после похищения нужно как можно быстрее доставить пленников в деревню. Значит, у них есть лагерь на берегу.

Какаши кивнул, и они с Гаем поняли друг друга.

— Так, команда! — Майто Гай встал в пафосную позу, и начал вещать, — Команда наших друзей взяла миссию на защиту великолепной актрисы Фуджиказе Юки! Мы не можем подвести их! Мы не можем посрамить честь Конохи! Поэтому…

Неджи выдохнул:

— Да, да, мы поняли, остается сторожить актрису. Я первый дежурю…

Он и Тен-Тен ушли, и только Рок Ли продолжал преданно конспектировать сенсея.

А Какаши отстраненно подумал, что хотел бы увидеть, как будут выглядеть Наруто и Сакура после обучения у Минакуро. Всплывшая в голове картинка сильной, как Хокаге-сама, и такой же самоуверенно и неуправляемой, как, например, Анко, а заодно и такой же наглой и грязно ругающейся… Заставила джоунина впасть в легкий ступор, пока его не растормошил закончивший пафосную речь друг.

— Идем. Обыщем побережье.

— М-м-м… Да, да, идем.

Глава 3/4

Уже порядком подзабытое ощущение открывающегося под ногами города. Шедший по улице молодой шиноби счастливо улыбался, понимая, как сильно ему не хватало этого ощущения. Истинную цену вещей понимаешь только тогда, когда теряешь их.

Птицы щебечут свои мелодии, а ленивый ветер уносит листья ввысь, играя ими словно он заправский паяц, жонглирующий острыми клинками. Солнце светит, но не слепит, а чуткое ухо шиноби может различить журчание ручейков, опоясывающих город. Говорят, сам Второй вывел их на поверхность, так же как и горячие источники. А люди…

Люди. Все всегда и везде упирается в них, м?

Когда прогуливаешься по улицам Конохи, закинув руки за голову, а идущие тебе на встречу девушки неосознанно улыбаются, и мужчины, держа на лице серьезную мину, могут улучить момент и весело подмигнуть, подняв настроение на весь день. Встречающиеся хмурые лица вскоре разглаживаются в этой атмосфере уверенного оптимизма.

— Коноха. Мне тебя не хватало! — признался паренек самому себе и всему селению одновременно.

Бродя между рыночных лавок, он жадно ловил последние слухи. У Саске родилась прелестная девочка. Правда, никто пока не знает, как ее назвали. Учихи секретничают. Чудаки! Инудзука Киба нашел в себе силы оправиться от потерь физических и духовных, и теперь вновь в строю, пусть и в качестве охотника-следопыта. Паренек ухмыльнулся, будучи совершенно уверенным, что это временное явление. Волк не усидит дома, как его не корми. А молодая красавица Футабе отшила очередного кавалера, и снова перед всей Конохой, будто пытаясь показать всем желающим — "не лезьте ко мне, хуже будет".

— Молодец, — одобрительно отозвался паренек.

Но в какой-то момент парень замирает, как вкопанный. На его лицо падает тень, мышцы сводит болезненным спазмом, ногти врезаются в кожу ладоней, а губы дергается, обнажая клыки. Лишь чакра остается спокойной. С каких пор сила подчиняется ему лучше, чем собственное тело? Он не знал ответа на этот вопрос. Он даже не задавал себе таких вопросов. Сидя в подземельях о таком думать желания нет, об этих изменениях. В один прекрасный момент приходит смирение и согласие с тем, что все изменения идут так, как того желают учителя. Они, подобно умелым кузнецам, куют из сырой заготовки нужное им орудие. И замерший от сдерживания собственной ненависти парень точно знал — он не изящная катана, и не тонкий стилет, о нет! Ему была придана форма викидзаши. Когда выковывали бритвенно острое лезвие как сырье взяли его потенциал, ударяя молотом боли и закалив в ненависти. Теперь оружие готово разить, требуется только умелая рука, что направит его.

Като. Мышцы расслабляются, а с лица нехотя сбегает гримаса злости. Парень убеждает себя — "я должен выслушать и этот слух".

— Да, он та-акой ка-а-авай был, ну, на церемонии! Мне подруга рассказала, он был явно доволен. Ну что ж поделать теперь, кто успел — того и муж, хаха.

— Еще бы ему не быть довольным. Принцесса клана. Но ты права… Като Яманака, кто бы мог подумать, да?

Оставив двух молодых женщин, болтающих и залившихся звонким смехом у прилавка овощей, ноги молодого шиноби несут его к клану умельцев покопаться в мыслях. Но почему так жжет в груди? Предатель заводит семью, живет полнокровной жизнью, он радуется! А его добрый дядя и славный Рьюго лежат в холодной земле. Это несправедливость! Так недолжно быть!

Уже у границы, где проходит черта разделяющая клановую территорию Яманака с основной частью города, парень заставляет себя остановиться. "Что я собираюсь сделать?" — спрашивает он у себя. Безусловно, девушка должна быть в курсе, кто ее избранник на самом деле. Она так же повинна! В его предательстве есть и ее вина! Да, и все же, все же…

— Я не могу ее просто убить, — тихо признает он.

Нет, попытаться можно, шансы на успех есть. Но так он только подставлю Данзо-сама, который и без того сделал для молодого шиноби очень много! Парень слишком отчетливо ощущал, сколько он задолжал Корню, и лично его главе. Он, как никогда, чувствовал себя погрязшем в долгах неудачником, которому выдали беспроцентный кредит, дабы он сумел свести концы с концами. Нет, подставить Корень у него нет никакого морального права.

Ярость на краткий миг прорывает хлипкую плотину контроля, и во все стороны расходится небольшой всплеск неоформленной чаркы. Оглядевшись, парень спешит ретироваться подальше, ведь нести ответ за потрескавшиеся стены домов и испорченную мостовую у него нет ни малейшего желания. Чтобы забыть о невольном акте вандализма, и заглушить мешающую наслаждаться городом кипучую ненависть, он заходит в паб.

Кабак явно держат для шиноби, взять хотя бы вывеску: "Дзютсу Отдыха!". Трактирщик, бывший шиноби без правой ноги и с шрамами по всему телу, держит тут пивнушку для своих. Молодой шиноби ухмыляется. Ему уже почти двенадцать лет, он убивал и видел смерть. По силам… ха, чунин? Берите выше! Не каждый джоунин с ним сладит. Но тут же приходит другая непрошенная мысль: "Тч, и все равно этого мало! С такими жалкими навыками мне не сразить Мина… Яманака!".

— Чего тебе, малец? Наставника ищешь небось? — лениво осведомился Мацуда, протирая стопки чистой тряпкой.

Как ни странно, никакого негатива от него молодой шиноби не ощутил, даже наоборот.

— Нет. — щуплый паренек аж поморщился от такого к себе обращения, чем явно насмешил старика. — Мне две стопки саке, будь так любезен.

— Мы не наливаем детям, извиняй. — мягко улыбнулся трактирщик, почесывая старый шрам на лбу, оставленный чакрамом одного ублюдка из Суны. У этого мальчика даже повязки на лбу нет, пришел сюда народ веселить.

Парнишка был зол на этого остолопа. Посетителей было мало в это время дня, но они уже начали коситься в сторону разыгрывающегося представления, и один даже крякнул, подавившись своим кислым вином, отчего красные ручейки, подобно крови, потекли по его рыжеватой бороде, теряясь там. И только тут до парня дошло, что отпустив его "подышать свежим воздухом" ребята из Корня как-то запамятовали выдать деньги. Или себе решили утаить, биджу их поймет. Глядя в пьяные глаза завсегдатаев, шиноби охватило раздражение.

— Господин. — он повернулся к трактирщику, пододвинувшись как можно ближе, так, что стул под его ногами опасно наклонился. — Вы напоите меня. Потому что я так сказал. — и продемонстрировал уже собиравшемуся выставить наглеца за дверь Мацуде, что было очевидно любому видящему в данный момент его насупленные брови и жесткую складку возле рта, знак АНБУ на руке. Не печать "Молчания" от Корня же ему демонстрировать.