три человеческих роста.
Сварог двинулся следом, а рядом с ним почтительно семенил мэтр Лагефель, с навыком опытного музейного смотрителя пустившийся в объяснения:
– Надобно вам знать, юная дама, что это сооружение являет собою как хранилище определенных знаний, так и некий центр управления многими, так сказать, аспектами и областями жизни нашей страны…
– Можно потрогать? – спросила Яна, не оборачиваясь, держа ладонь возле фиолетового шара, состоявшего под прозрачной оболочкой из множества шариков помельче, а те – из скопища вовсе уж крохотных, и так далее, до предела, за которым человеческий взгляд бессилен.
– Разумеется, это не опасно…
Она осторожно прикоснулась кончиками пальцев к фиолетовой поверхности, гладкой, блестящей и теплой, как янтарь, который долго сжимали в руке. Погладила безукоризненный шар.
Сварог с сожалением подумал, что так и не нашел времени пока изучить это устройство – хотя понадобилось бы совсем немного времени, учитывая некоторые способности, коими он владел.
– Можно посмотреть, как это работает? – спросила Яна.
Мэтр Лагефель вновь вопросительно воззрился на Сварога, и Сварог вновь легонько кивнул. Управитель легонько коснулся пальцами фиолетового шара, отмеченного бледно-золотистым значком. Десятка три шаров плавно разлетелись в стороны, словно на невидимых рычагах, повисли в прихотливом беспорядке, открыв проем в рост человека, а за ними, внутри, лениво колыхавшиеся струи белого тумана – всего-навсего, как Сварог уже знал, нечто вроде двери, открывавшейся с помощью довольно простенькой руны. Каковую Лагефель тут же и начертил в воздухе.
Туман моментально рассеялся, открыв небольшое помещеньице в форме цилиндра с янтарно-желтой поверхностью (стены сплошь покрыты неярко светившимися алыми, синими и зелеными квадратами с загадочными знаками, буквами алфавитов Аугел и Дарант, рунами и цифрами). Свободно разместиться там мог лишь один человек – ну разумеется, личная королевская игрушка, рассчитанная на одну персону, как рассчитан на одного любой королевский трон. Разумеется, у иных королей есть и супруги-королевы, но предшественник Сварога таковой не обладал. Да и в случае с венценосной супружеской парой трон все равно не бывает двухместным – для каждого ставится свой, отдельный.
Сварог лениво думал об этих неведомо почему пришедших в голову глупостях, пока Яна, деликатно просунув внутрь голову, разглядывала пульт управления. Наконец она, не оборачиваясь, констатировала:
– Но ведь это, получается, обычный компьютер? Лагефель удивленно воззрился на Сварога. Тот тихонько сказал:
– Эта юная дама разбирается в сложной технике, мэтр…
– Разумеется, – поклонился в спину Яне Лагефель. – Можно, конечно, назвать это устройство самым обычным компьютером… вот только задачи он решает не вполне обычные, поскольку его содержимое и возможности касаются исключительно того, что свойственно лишь Хелльстаду…
– Хотите сказать, что таких компьютеров нет и там? – спросила Яна и, так же стоя к ним спиной, показала указательным пальцем вверх.
Лагефель ее понял. И твердо сказал:
– Могу вас заверить – такого нет и за облаками. Они там не умеют многого из того, на что способен наш государь, владелец сего устройства…
– В опалу когда-нибудь попадете за беззастенчивую лесть, – шепнул ему на ухо Сварог.
– Мне думается, государь, красивых девушек просто необходимо поражать, – таким же деликатным шепотом ответил Лагефель. – И потом, я совершенно прав в своих утверждениях… Не так ли?
– Можно мне что-нибудь нажать? – спросила Яна.
После неизбежного обмена взглядами Лагефель пожал плечами:
– Только под моим наблюдением, юная дама. Если позволите, я буду стоять у вас за спиной…
Сварог тоже придвинулся к проему, и они с мэтром стояли плечом к плечу в немного неудобной позе.
– Просто прикоснуться пальцем? – спросила Яна.
– Да, – сказал Лагефель, внимательно смотревший через ее плечо. – Быть может, вам будет интересно совершить своего рода путешествие по Хелльстаду с помощью системы наблюдения? Здесь есть прекрасные уголки, где еще до Шторма отдыхали наши предки, там стоят сохранившиеся с той поры здания… Или вы пожелаете взглянуть на здешних чудищ? То, что сейчас ночь, не имеет никакого значения…
Яна прервала его:
– А что означает этот значок?
– Отсюда открываются пути опять-таки к путешествиям… но совершаемым уже самим человеком. Оттуда ведут коридоры в самые разные места на Таларе, и не только…
– Можно нажать?
– Пожалуйста…
Яна прикоснулась кончиком указательного пальца к алому квадрату с буквой «ро». Вертикальный участок стены перед ней, полоса шириной в локоть, от пола до потолка, вмиг покрылась россыпью новых знаков, букв и цифр. Пальцы Яны запорхали посреди этой абракадабры – слишком быстро, слишком уверенно, так что они оба спохватились не сразу… Новая россыпь разноцветной абракадабры, еще одна, мэтр Лагефель, побуждаемый толчком Сварога, подался вперед, пытаясь мимо Яны протиснуться в тесный «стакан»…
И охнул, согнувшись, схватившись за живот, так, в скрюченном положении и вывалившись спиной вперед Сварогу под ноги. Яна, азартно манипулировавшая со светящимися знаками, крикнула:
– Не мешайте, граф! Это безопасно…
– Опять? – рявкнул Сварог, у которого ее капризы сидели в печенках. – Я и сам не разбираюсь…
– Зато я разбираюсь, – отрезала Яна. – Не мешайте!
Лагефель, коего юная императрица столь решительно и безжалостно обезвредила не самым хитрым приемом рукопашного боя, постанывал на полу. Бесцеремонно ухватив его за жесткий, шитый золотом воротник, оттащив в сторону, Сварог ринулся вперед, твердо решив так же вытащить за шиворот юную сумасбродку наружу и с максимальной дипломатией объяснить ей, как положено вести себя в гостях юным особам, пусть даже коронованным…
Он опоздал на какой-то миг. На месте покрытой знаками полосы вдруг образовалось словно бы окно в иной мир – там стоял ясный солнечный день, там, совсем близко к проему, росли зеленые деревья с толстыми стволами и доносился пронзительный крик какой-то птицы. Яна решительно сделала один-единственный шаг – и сразу оказалась на той стороне, под деревом, отскочив от проема подальше, обернулась со спокойным, даже веселым лицом, махнула Сварогу:
– Я ненадолго, правда!
И тут же загадочный проем исчез, вновь появилась янтарного цвета стена с россыпью иероглифов. Сварог остался стоять, разинув рот.
Весь ужас происшедшего доходил до него медленно – словно неспешно нагревался на слабом огне кирпич, – но все же он понял вскоре свое идиотское и печальное положение: императрица Четырех Миров, Высокая Госпожа Небес исчезла неведомо где, черт знает куда заброшенная компьютером Хелльстада, – быть может, к нашему миру тот кусочек леса не имел никакого отношения. Одна. Неведомо где. И ведь что-то она знала, знала! Вполне осмысленно, целеустремленно искала что-то…
– Мэтр, вашу мать! – рявкнул он так, что эхо рванулось носиться по залу, отскакивая от колонн и стен.
Лагефель, страдальчески кривясь, пытался подняться на ноги. Тем временем Сварогу пришел в голову более простой выход – и он, одним рывком оказавшись внутри янтарного стакана, положил на стену
