Все было предусмотрено, однако Сергей не мог избавиться от мысли, что он что-то упустил в своих расчетах и предположениях. Причем это "что-то" было главным.
Конечно, риск есть риск. Мозг после выключения реактора переходил на питание от аккумуляторов. Заподозрив неладное, он может успеть подать команду на включение реактора, и тогда… тогда последует взрыв, который уже нельзя будет ничем предотвратить, так как связь Мозга с реактором будет нарушена. Место расположения аккумуляторных батарей было известно, как и расположение кабелей, связывающих Мозг с реактором. Однако не было уверенности в том, что не существует еще одна, а может быть, и две резервные аккумуляторные батареи где-то в глубине. Сергей несколько раз проигрывал с СС намечаемую акцию и каждый раз убеждался, что ему не хватает каких-то секунд. Эти секунды могут быть роковыми. Мозг успеет включить реактор.
"Что же делать? – спрашивал он себя. – Оставить все как есть?" Это был не лучший вариант. Расчеты, проведенные СС, явно говорили о том, что в этом случае взрыв неизбежен. Он только отдаляется на неопределенное время. Сколько? Год? Два? Сто лет? Тысяча? Месяц? – СС не могла ответить на эти вопросы. "Надо еще раз все обдумать. Должно быть другое решение… Надо снова поставить себя на место титанов, понять их, войти в их образ… образ врага… Образ врага", – повторил он и начал набирать программу вызова СС, но, не закончив, отключил компьютер и встал из-за пульта связи. "Пожалуй, СС этого не решит". Он вышел из здания и направился по дороге, ведущей в рощу амброзии.
СХВАТКА (продолжение)
Гневу и возмущению Кибелы, казалось, не было предела.
– Ты… ты… – она задыхалась от ярости, – ты смеешь мне предлагать такое?!
Глаза ее метали молнии, которые могли бы запугать кого угодно, но не Сергея, пережившего встречу с Уранией. Здесь он рисковал только собой, гнев же Урании мог обрушиться на Землю, что было страшнее. Поэтому он спокойно возразил рассерженной владычице этого мира:
– Пойми, Кибела, другого выхода нет! Это единственный разумный выход. Ты должна согласиться.
– Никогда!
Внезапно Сергей почувствовал, что теряет сознание. Все поплыло перед глазами, потом наступила тьма. Когда он очнулся, прекрасная богиня исчезла, а над ним высилась оскаленная громадными клыками голова Пифона. Как ни странно, вместо ужаса он почувствовал досаду и усталость. "Прием не нов. Как легко женщина может превратиться в чудовище, если затронуты ее главные интересы, и она настолько могущественна, что может стать действительно чудовищем. Женщина прекрасна в своей слабости, но как только вместо слабости приходит сила и мощь, она перестает быть женщиной и превращается в зверя. Вероятно, Пифон – еще не предел…"
– Сейчас не время для таких аттракционов, Кибела, – устало произнес он, присаживаясь на выступающее из почвы корневище дерева. Он вынул из кармана чистый носовой платок и отер лоб от проступившего пота. Затем аккуратно сложил его, убрал в карман и взглянул снизу вверх на раскачивающуюся на высоте трехэтажного дома голову змеи. – Нет времени. Надо срочно принимать решение. Взрыв может произойти и через тысячу лет, и через тысячу минут. Ты это понимаешь, так зачем же… – он чуть было не сказал "дешевые трюки", но воздержался, щадя самолюбие Кибелы, – столь милые превращения. В другой раз я с удовольствием посмотрю на них, а сейчас надо заняться делом. Лучше подчинить эмоции разуму. Поэтому, если хочешь продолжить разговор, прими свой прежний облик. Он тебе более к лицу и, я надеюсь, больше отвечает внутреннему содержанию. Съесть меня ты всегда успеешь, но сначала надо решить, что делать с титанами.
Обратное превращение произошло мгновенно. Змея исчезла. Кибела выглядела теперь несколько растерянной и обиженной, как всякая женщина, которую уличили в глупости.
– Ты разве ничего не боишься? – недоверчиво спросила она и покраснела от сознания неуместности своего вопроса.
– Почему нет? Боюсь! – честно признался Сергей и, не удержавшись, добавил: – Больше всего боюсь глупцов. Давай договоримся на будущее. Я прекрасно знаю, с кем имею дело. Не думай, что я забываю, когда вижу тебя в столь прекрасном облике, что ты можешь мгновенно превратиться в громадного мохнатого паука, лягушку или змею. Меня это не испугало и даже не удивило.
– Ты сказал, не удивило… Как это понять? Разве ваши женщины могут превращаться в змей? – сделала удивленные глаза Кибела.
– В переносном смысле – да! Но вернемся к делу. Если у тебя есть альтернатива моему предложению, то давай ее обсудим. Если нет, то принимаем мой план или оставляем все на волю случая.
– Но они потребуют гарантий!
– Тебе придется их дать!
– Разве недостаточно моего слова?
Сергей сожалеюще развел руками.
– Но почему?
– Тебе надо бы явиться им в образе мужчины. Кто же верит слову женщины?.. – он рассмеялся. – Извини за шутку, но если говорить серьезно, то там, где идет речь о жизни и смерти, слова недостаточно. Нужны более весомые гарантии.
– Но я же тебе верю!
– Это другое дело. Можно верить слову друга, но слово врага, даже бывшего, имеет малый вес. Бывший враг может обмануть и потом представить свой обман как военную хитрость.
По-видимому, он попал в самую точку, так как Кибела вздрогнула и слегка покраснела. Сергей понял, что в ее планы входила возможность такого обмана. "Могущество, – подумал Сергей, – не только развращает нравственно, но и притупляет ум. Всесилие одиноко, оно замкнуто само на себе… Ни соперников, ни друзей…"
– Хорошо! Я согласна! – после некоторого молчания решилась Кибела. – Я сразу же приступаю к своей части плана и буду держать тебя в известности о его выполнении.
– Ты все помнишь?
Кибела внезапно рассмеялась.
– Вот ты и попался! Забыл, кто я, и говоришь со мной, как с женщиной!
– Действительно! Но ты должна понять и меня. Когда я вижу столь прекрасный облик, милая Кибела, то это вполне естественно. Скажу больше. Хотел бы навсегда забыть, кто ты, и видеть тебя такой и только такой, – он полушутливо, но в то же время почтительно поклонился Кибеле и, набравшись смелости, осторожно взял за кончики пальцев ее руку и припал к ней губами. Кибела позволила ему это сделать. Рука ее была мягкой и теплой.
– Ты можешь забыть! – тихо сказала она.
На следующее утро он получил извещение Кибелы, что может приступить ко второй части нового плана.
Облачившись в скафандр, Сергей вошел в пещеру. От поставленных у входа бункеров остались только обломки. Осторожно, чтобы не разорвать ткань легкого скафандра, он протиснулся боком между острыми концами искореженной конструкции и вошел внутрь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
