Дело было в мужчине, которого преследовали неудачи в любви, мужчине, который отыскал смысл бытия в том, на что остальные просто не обратили бы внимания. Мужчине, который помнил легенды и взял под своё крыло глупых мальчишек, хотя благоразумнее было бы пройти мимо. И он продолжал бороться.
Дело в женщине, хранившей тайну, надежду на будущее. Женщине, которая отыскала истину раньше других. Женщине, которая отдала свою жизнь, а затем вернула её. Она продолжает бороться.
Дело в мужчине, у которого отняли всю его семью, но он выстоял в своём горе и продолжал защищать тех, кого мог.
Дело в женщине, которая отказывалась верить, что неспособна помочь, неспособна Исцелить страждущих.
Дело в герое, который готов был каждым словом доказывать, что никакой он не герой.
Дело в женщине, которая не склонилась, как бы сильно её ни били, и чей Свет сиял для всех, кто её видел. Включая Ранда.
Дело было в них.
Он видел это снова и снова в разворачивающемся перед ним Узоре. Ранд шагал сквозь эпохи и века, проводя рукой по светящимся лентам Узора.
— ТАКОВА ПРАВДА, ШАЙИ’ТАН, — сказал Ранд, делая новый шаг вперёд, разведя руки, сплетая расходящийся вокруг них Узор. — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ПОБЕДИТЬ, ПОКА МЫ САМИ НЕ ПРИЗНАЕМ ТВОЮ ПОБЕДУ, ВЕРНО? СУТЬ ЭТОЙ БИТВЫ — ВОВСЕ НЕ ПОБЕДА В СРАЖЕНИИ. ИЛИ ПОБЕДА НАДО МНОЙ. СУТЬ В ТОМ, ЧТОБЫ СЛОМИТЬ МЕНЯ. ИМЕННО ЭТО ТЫ ПЫТАЛСЯ СДЕЛАТЬ СО ВСЕМИ НАМИ. ИМЕННО ПОЭТОМУ ТЫ ПОРОЙ ПЫТАЛСЯ УНИЧТОЖИТЬ НАС ВСЕХ, ТОГДА КАК ИНОЙ РАЗ ТЕБЯ, ПОХОЖЕ, ЭТО НЕ ЗАБОТИЛО. ТЫ ПОБЕДИШЬ, ЕСЛИ СЛОМИШЬ НАС. НО ЭТО ТЕБЕ НЕ УДАЛОСЬ. ТЫ НЕ СМОГ.
Темнота содрогнулась. Ничто покачнулось, словно сами небесные своды дали трещину. Тёмный издал негодующий крик.
Внутри пустоты Ранд продолжал двигаться вперёд, и темнота задрожала.
— НО Я ВСЁ ЕЩЁ МОГУ УБИВАТЬ, — бушевал Тёмный. — Я ВСЁ РАВНО МОГУ ЗАБРАТЬ ИХ ВСЕХ! Я — ПОВЕЛИТЕЛЬ МОГИЛ. ВЛАСТЕЛИН БИТВ ТОЖЕ МОЙ. В ИТОГЕ ВСЕ БУДУТ МОИМИ.
Ранд шагнул вперёд, вытянув руку. Весь мир уместился в его ладони, и в том мире континент, и на том континенте поле битвы, а на том поле два тела на земле.
* * *
Мэт бился, рядом орудовал мечом Тэм. К ним присоединились Карид со Стражами Последнего Часа и Лойал с огир. Сражались армии десятков стран и национальностей, многие присоединились к ним уже во время атаки через плато.
Противник превосходил их втрое.
Мэт бился, во всё горло выкрикивая на Древнем Наречии:
— Во имя Света! Во имя чести! Во имя славы! Во имя жизни!
Он сразил одного троллока, другого. Полдюжины за несколько мгновений, но ему казалось, что он сражается с прибоем. Стоило свалить один тёмный силуэт, как на его месте тут же возникал другой. Троллоки двигались в темноте, освещаемые редкими фонарями и горящими стрелами, торчащими из земли.
Среди троллоков не было единства.
«Мы можем их разбить, — подумал Мэт. — Мы должны их разбить!» Вот он, шанс. Поднажать сейчас, пока шаранцы не пришли в себя после гибели Демандреда.
* * *
— СЫН СРАЖЕНИЙ. Я ЗАБЕРУ ЕГО. Я ЗАБЕРУ ИХ ВСЕХ, СОПЕРНИК. ТАК ЖЕ, КАК ЗАБРАЛ КОРОЛЯ ПУСТОГО МЕСТА.
* * *
Кровь и проклятый пепел! Что это за пустота у него в голове? Мэт обезглавил очередного троллока и, прикрываемый Каридом и Стражами Последнего Часа, смахнул со лба пот.
Мэт чувствовал поле боя даже ночью. На нём было ещё много троллоков и шаранцев, оно ими просто кишело.
— Их слишком много! — прокричал Арганда где-то поблизости. — Свет, они нас сомнут! Нужно отходить! Коутон, ты меня слышишь?
«Я могу, — подумал Мэт. — Могу выиграть эту битву». Армия может справиться с численно превосходящим противником, только Мэтту нужен подходящий момент, удобный случай. Как удачный бросок костей.
* * *
Ранд стоял над Узором и смотрел на павших, на мир, который, казалось, покинула последняя надежда.
— Ты недостаточно внимательно смотрел. И кое в чём ошибся. Ты крупно просчитался…
* * *
В расщелине скалы съёжился загнанный в угол одинокий мальчишка. Ужас с когтями и клыками — словно сам Тёмный обрёл плоть — подкапывал его убежище, тянулся к нему острыми как ножи когтями и уже рвал его кожу.
Испуганный, плачущий, окровавленный мальчишка поднёс к губам золотой рог.
* * *
Мэт прищурился. Кипевший вокруг бой вдруг словно потускнел.
«Ты крупно просчитался, Шайи’тан», — раздался шёпот Ранда в его голове.
И, словно вырвавшись на свободу из головы Мэта, этот голос стал отчётливо слышен каждому на поле боя.
«Ты ошибся в том, кого столько раз пытался убить, — говорил Ранд. — В том, кто потерял своё королевство, в том, у кого ты отнял всё…»
Шатаясь, залитый кровью из раны в боку, последний король Малкир, поднялся на ноги. Лан вскинул вверх руку, в которой, схваченная за волосы болталась голова Демандреда, главнокомандующего армий Тени.
«Вот этот человек, — прокричал Ранд. — И он продолжает сражаться!»
Мэт почувствовал, как замерло поле боя. Все застыли на месте.
В этот момент раздался приглушённый, но мощный звук: одна долгая, искристая, всепроникающая, звонкая нота. Песнь рога — чистая и прекрасная.
Однажды Мэту уже доводилось её слышать.
* * *
Меллар присел рядом с Илэйн, прижимая к её голове медальон, который не позволял ей направлять.
— Всё могло быть совсем по-другому, моя королева, — произнёс он. — Тебе следовало быть полюбезнее.
Свет. Какая же мерзкая у него ухмылка. Разумеется, он заткнул ей рот, но она не доставит ему удовольствия увидеть её слёзы.
Она должна найти способ выбраться. Нужно сбросить медальон. Разумеется, ещё останется направляющий. Но если ей удастся избавиться от медальона и ударить быстро…
— Какая жалость, что твоя маленькая Капитан-Генеральчик не дожила, чтобы на это полюбоваться, — продолжил Меллар. — Глупышка. Думаю, она на самом деле вообразила себя легендарной Бергитте. — Илэйн услышала тихий отдалённый звук. Земля содрогнулась. Землетрясение.
Она попыталась собраться с мыслями, но могла думать лишь о том, что Бергитте всё это время была права. Очень возможно, что детям ничего не будет грозить, как и предсказывала Мин, а сама Илэйн погибнет.
Вокруг, словно души умерших, от земли поднимался клубящийся белый туман.
Меллар внезапно напрягся.
Глядя на него снизу, она моргнула. Из груди Меллара вышло что-то серебристое. Это было похоже на… наконечник стрелы.
Выпустив из пальцев нож, Меллар обернулся. За ним, над собственным обезглавленным телом, расставив ноги, стояла Бергитте Серебряный Лук. Она вскинула своё блестевшее, словно только что начищенное серебро, оружие и выпустила стрелу, за которой, казалось, вился хвост из света. Наконечник вонзился в голову Меллара, опрокинув предателя наземь. Следующая серебряная стрела сразила Повелителя ужаса прежде, чем тот успел что-то предпринять.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
