Хмельницкий внимательно выслушал настойчивого парня и обещал разобраться, хотя он лично считал беспокойство напрасным. За Ольгой закреплен наблюдатель, а от него никаких сигналов не было, для успокоения нервов молодого человека он даст делу первый приоритет. Андрей скрипнул зубами, чувство опасности, нависшее над сестрой, вопило благим матом. Время, все упирается в эфемерную физическую величину, измеряемую отрезками жизни. Тарг! Пока подпол будет названивать по инстанциям, да согласовывать приказы и распоряжения, да озвучивать непонятные беспокойства подопечного, время будет потеряно, а его самого из подземелья не выпустят, если только к раковому свисту.
Андрей огляделся, опа! Магическое зрение сигнализировало об отсутствии в кабинете систем видеонаблюдения. Представители спецслужб свято хранили свои секреты. Решение пришло моментально. Синие глаза полыхнули потусторонним светом, от пронизывающего взгляда подполковник оцепенел, его лицо приобрело мученическое выражение. Людям свойствено испытывать боль во время жесткого ментального сканирования. Прошвырнувшись по памяти Хмельницкого, Андрей наложил на него одно хитрое магическое плетение, подчиняющее человека воле заклинателя. Минусом заклинания было то, что попавший под него на время превращался в безмозглого болванчика, живого зомби, способного выполнять только простейшие команды. Через пятнадцать-двадцать минут рассудок возвращался и человек приходил в себя, но ничего о прошедших событиях не помнил. Убить с помощью плетения, как и направить на убийство, было нельзя, правда, этого не требовалось. Андрей встал перед зеркалом, подозвал к себе плененного, сорвал с кителя бейджик и наложил на себя и несчастного куратора медицинского сектора чары иллюзии, или личины. Работа топорная, Ания бы за такую работу настучала по рукам и оборвала крылья, учительницей она была суровой и халтуру на дух не переносила, но вряд ли кто будет присматриваться к поменявшим обличья людям.
Подполковник Хмельницкий вызвался лично проводить посетителя до отведенных ему апартаментов, седой парень шел, уперев взгляд в пол и ссутулив плечи, придя в комнату, он тут же завалился спать, а куратор сектора направился к переходной галерее… Время пошло.
Благополучно миновав контрольный пост, подполковник зачем-то свернул к комнате техников, если бы дежуривший у мониторов видеонаблюдения был бы несколько внимательней, он бы увидел, что у силовика сменился цвет волос. На драконах иллюзии долго не держались, а воспользоваться визуальным пологом не давали многочисленные объемные датчики и датчики движения, которым полог был по барабану.
Время, через пару минут Хмельницкий очнется, значит, использовать его образ становится чревато, тем более что дальше будут посты со сканерами отпечатков пальцев и сетчатки глаз, а до лифтов надо добраться по возможности тихо. Вариант с подновлением личины отпадает. Волна чужого страха захлестнула Андрея, ярость и боль от потери кого-то близкого ударили по нервам. Тарг, да что там с Ольгой творится?! Держись, сестренка, я иду! Тут в комнату вошел техник в рабочей спецовке. Фортуна скупо улыбнулась драконьему оборотню.
* * *
Андрей затесался в группу рабочих, столпившихся у очередного пропускного пункта. Осмотрев себя в зеркальной поверхности бронестекла, он подновил чары морока и личины, тьфу-тьфу, лучше лишний раз перебдеть, чем получить неприятности со свалившейся иллюзорной маской возле какой-нибудь камеры видеонаблюдения. Так, нормально, лицо в меру уставшее, в меру небритое, комбинезон потерт, помят, штанина на правом колене взялась «пузырем». Еще раз осмотреться, нормально, хозяина фэйса несколько жалко, замучают бедолагу вопросами, а может, не замучают. К тому времени как Андрей покинет научный центр, глядишь, он и очнется, или какой-нибудь сердобольный коллега – Андрей глянул на бейджик – Ярослава Магариу заглянет в кладовку с лежащим на полу с блаженной улыбкой на лице мужиком, что, конечно, не желательно. Ничего, полежит, отдохнет, «взламывание» мозга бесследно не проходит, отдых парню необходим.
На наручных электронных часах, снятых с техника, весело отсчитывал время электронный секундомер, до срабатывания «закладок» осталось тридцать секунд. Стоит поторопиться и втиснуться в очередь, отработать надо чисто, если он доберется до шахты лифта, то можно считать, что дело выгорело. Осталось миновать пост, оборудованный устройствами считывания сетчатки глаз и отпечатков пальцев. Личина личиной, да только она не дает полного копирования и держится на нем не больше получаса…
Андрей бросил взгляд на часы, перешел на магическое зрение, провалился в боевой транс и сделал длинный шаг вперед. Время! Как часто сегодня он обращается к нему и следует за секундными стрелками.
Отсроченное заклинание сработало как швейцарский хронометр. За секундное существование конструкция плетения генерировала электромагнитный импульс, достаточный для вывода из строя электроприборов в целом секторе, коридор тут же погрузился во тьму, и доморощенный террорист ужом протиснулся в приоткрывшуюся пневматическую дверь, которая чуть не оттяпала ему пятки (при обесточивании двери автоматически закрывались). Ого! Пол ощутимо тряхануло, где-то что-то бабахнуло, видимо, с заклинанием он перестарался… упс. Бойцы на посту схватились за автоматы, среди техников поднялся ропот, люди ничего не понимали, так и до паники недалеко. Андрей пулей несся к лифтовой шахте, сейчас должно запуститься аварийное освещение, в голове само собой формировалось ударное заклинание. Щиты, как можно больше щитов на себя родимого, перед лифтом еще один пост, с ним придется работать грубо. Поворот, пост, в вооруженную охрану полетела очередь оглушалок, солдатики снопами попадали на керамический пол. Ударное заклятие с корнем вынесло двери лифта. Ого! Хорошо, что на траектории последнего «сюрприза» не оказалось людей, размазанные тонким слоем по стене они бы производили совсем неэстетическое впечатление.
Быстрей! Гадство, на верхних уровнях система электроснабжения не была обесточена и автоматика перекрыла шахту. Хрен вам! Бронелисты перекрывшей дорогу к свободе диафрагмы сорвало с направляющих. Погружение в астрал, удар, лепестки второй диафрагмы вывернуло наружу. Десяток свободных модулей-разведчиков унеслись наверх. Пара щитов запечатала бывшую лифтовую дверь. Не хватало еще, чтобы снизу в тебя зарядили из чего-нибудь огнестрельного. Щиты без подпитки продержатся минут пятнадцать – времени вагон. Разведчики сигнализировали об отсутствии опасности до самой верхней точки. Вперед, хватаясь за скобы, он быстро, отплевываясь от пота, как сумасшедший, перебирая руками и ногами, поднимался на первый наземный уровень. Когда до точки выхода оставалось десять метров, модули скинули информацию о встречающей «группе товарищей», отчего-то те были злы и вовсю бряцали оружием. ОГО! Двое из комитета по встрече установили у лифта взрывные устройства, люди в камуфляжах грамотно заняли позиции и предусмотрительно оставили себе пути отхода. На площадке перед зданием тарахтели две боевые машины пехоты, со стороны приземистого трехэтажного здания в сторону построек научного комплекса двигались несколько уазиков и бронетранспортер. Близнецы всемогущие, хор Александрова в полном составе, сейчас они сыграют ему похоронную. Хорошо их генерал Санин выдрессировал.
Андрей остановился. Похоже, он недооценил военных, а те извлекли уроки из первой встречи и были постоянно начеку. Засада, Тарг задери! Мужиков гробить не хотелось, но с «мягким» вариантом угробят его. Оглушалками тут не отделаешься, за дверью ждут настоящие зубры. Ах ты сморщенная гномья гузка, пока он оценивал обстановку, камуфлированные мужики дружно, быстро передвигая лапками, подались на выход. Здание списали с баланса, зарядов было гораздо больше чем два. Модули обнаружили еще пяток закладок. Когда они успели их установить? Живым его явно не выпустят. Как они узнали, что он будет пробираться именно через этот лифт? Андрей покрутил головой и выцепил взглядом глазок видеокамеры, направленной вниз на шахтный ствол, – вот и ответ, надо же так лохануться, проморгал, понадеялся на память Хмельницкого, хотя откуда тот мог знать обо всех контролируемых точках. Он скосил глаза в сторону двери, синеву белков заволокла поволока боевого безумия, губы драконьего оборотня изогнулись в предвкушающей злобной улыбке. Не хотят по-хорошему, будет по-плохому.
Маги норманнов называют это плетение «молотом Тора», убойная штука, но в исполнении того, кто не ограничен запасами маны, «молот» приобретает поистине запредельную мощь.
* * *
Майор Птоцкий и его подчиненные деловито подпрыгивали на месте, проверяя, чтобы нигде ничего не бряцало, не скрипело, не терло или шлепало по телу. Снаряжение и боекомплект в разгрузках не должны мешать передвижению. Десяток минут назад он отправил вторую группу к научникам, там возникла какая-то нештатная ситуация, как всегда шило в заднице возникает неожиданно, словно бы ниоткуда, и вынимать острый предмет отправляют его ребят из групп быстрого реагирования. Майор не успел дать команду на сбор, как Санин затребовал вторую группу. Благо бойцы постоянно находятся в режиме ожидания.
