он повторяет вопрос, я знаю, что он предназначен для меня.
Я прочищаю горло, чтобы проглотить свои нервы.
— Да, — единственное слово, произнесенное едва слышным шепотом, и все же мне кажется, что я кричу в тихом коридоре. Почему он разговаривает со мной?
— Это хорошо.
Его глубокий голос эхом отдается в моем теле, и когда он больше ничего не говорит, я разрываюсь между желанием насладиться тишиной и снова услышать тембр его голоса. У дравийцев есть акцент, хотя они прекрасно говорят по-английски, и это завораживает, хотя и непривычно.
— Как у тебя дела? — я сжимаю губы после того, как непрошеный вопрос срывается с моих губ. Я действительно хочу вовлечь этого малознакомого мужчину в разговор? Несмотря на то, что мой отец находится за несколько галактик отсюда, фантомная боль от его трости все еще причиняет боль при мысли о том, что он станет свидетелем этого взаимодействия.
Кейд переводит свой лазурный взгляд на меня, его глаза широко раскрыты в неверии, как будто он не может поверить, что я только что добровольно заговорила с ним. На самом деле, я тоже не могу в это поверить. Из-за его затянувшегося молчания я начинаю сожалеть об этом.
Затем уголок его рта приподнимается в мальчишеской улыбке, от которой мои губы приоткрываются, а легкие сжимаются.
— Я в порядке, Элеонора. Спасибо, что спросила.
— Не за что, — хриплю я.
Когда мое лицо краснеет от смущения, а сердце болезненно колотится в груди, я начинаю думать, что мой отец поступил мудро, держа меня подальше от мужчин. Одной улыбкой Кейд околдовал меня, мое тело и загипнотизировал мой разум.
Однако меня больше беспокоит то, что моя греховная природа побуждает Кейда говорить со мной, когда он явно помолвлен. Это единственное понятное объяснение. Мой отец всегда напоминал мне, что именно Ева искусила Адама, а не наоборот.
Но, глядя сейчас на Кейда, я не совсем уверена, кто кого соблазняет…
Глава 2
Морган со стоном падает на одеяло и закрывает рукой лицо.
— Я так много съела, что, клянусь, сейчас лопну.
— Ты беременна, — говорит Лия. — Это ожидаемо.
— Да, но не в первом триместре. Если я не остановлюсь, то наберу столько веса, что доктору Кости придется делать инопланетную липосакцию. — Морган, опираясь на локти, осматривает меня критическим взглядом. — А еще у тебя есть Элеонора, которая ест порции размером с дом, и все равно до смешного худая.
Я пожимаю плечами.
— У меня всегда был высокий метаболизм. И тяжелая работа на ферме отца, конечно, помогала.
— Сучка, — шепчет Морган себе под нос, но ее глаза искрятся от смеха. — Я бы убила за такую фигуру.
— А я бы с удовольствием обзавелась твоей большой грудью, но мы не всегда получаем то, что хотим. — Взглянув на свою грудь, поджимаю губы. — Может, мне нужны инопланетные имплантаты?
Морган рассмеялась и покачала головой.
— Не уверена, что они здесь существуют. У дравианских женщин почти нет груди. — Скривившись, она посмотрела в сторону Химены. — Извини за это.
— Не думайте об этом, госпожа, — успокоила ее Химена. — Я вполне довольна размером своей груди. Это тебе она понадобится, когда дело дойдет до кормления, а не мне.
— Может быть, мне нужно уменьшить грудь? — Морган сжала одну из своих грудей, как будто это мячик для снятия напряжения.
— Уверена, что наш лидер не одобрил бы это, — заметила Химена с ухмылкой.
Лия закатила глаза.
— Расскажи нам о своей жизни на ферме, — попросила она, глядя на меня.
Глубоко вздохнув, тщательно подбираю слова. Думаю, она искренне хочет знать правду, потому что заботится обо мне, но также подозреваю, что из вежливости выпытывает информацию, надеясь, что я что-нибудь выдам.
— В основном я была очень занята, ухаживая за животными, — медленно говорю я. — Мой отец нанял работников, которые помогали сажать и выращивать урожай, но я с ними почти не общалась. Кроме всего, я собирала яйца, чистила стойла и меняла сено. Это была основная задача для того, чтобы животные оставались сытыми и здоровыми. Ничего особенного.
— Похоже, вы сыграли важную роль в долговечности вашего домашнего бизнеса, — подвела итог сказанному Химена. Она ободряюще улыбнулась мне, и это немного смягчило дискомфорт, который я испытывала.
Ненавижу говорить о своем отце в любом качестве, но в такие моменты просто усмехаюсь и терплю. Хотя бы для того, чтобы отвести от себя любые подозрения.
— Это просто работа, как и любая другая, — наматывая прядь своих волос на указательный палец, пожимаю плечами. — Животные были милыми, и я наслаждалась работой по большей части.
Взгляд Лии остановился на моей руке, и я мысленно скривилась. Она уже подмечает одну из моих привычек. К сожалению, я никак не могу от нее избавиться.
— Так ты думала о том, чтобы стать ветеринаром? — спрашивает Лия. — Это была твоя специальность в университете в Миссури?
— Никогда не ходила в колледж, — покачала я головой.
— Тогда как тебя похитили вместе с Макайлой и другими студентками? — Лия наклонилась вперед, прищурившись. — Где именно находилась твоя ферма?
— Черт, Лия, — возмутилась Морган, садясь. — Что это? Двадцать гребаных вопросов? — Королева бросила на меня взгляд и закатила глаза. — Не обращай внимания на мою лучшую подругу. Иногда она слишком много лезет в чужие жизни.
Лия вздрагивает и отводит взгляд от меня, подтверждая мою теорию о том, что она выпытывает информацию.
— У меня не было возможности поговорить с Элеонорой на «Фениксе», как у тебя, — заявляет она Морган. — И не думаю, что это назойливо, если ты искренне хочешь узнать кого-то получше.
— Все в порядке, — пытаюсь я сгладить ситуацию. — Ферма моего отца находилась на окраине территории университета, но, отвечая на твой вопрос, я не знаю точно, как меня забрали вместе со всеми. Я никогда не посещала кампус.
Несмотря на то что мне очень хотелось, хотя бы для того, чтобы убежать от отца, но он запрещал это делать. Последний раз, когда он поймал меня, я тайком пробиралась ночью, чтобы просто поглазеть на здания, и это привело к избиению, которое закончилось внезапно, когда я потеряла сознание.
То, что меня похитили инопланетяне, было лучшим, что когда-либо случалось со мной.
Возможно, я бы так не думала, если бы меня изнасиловали, но поскольку этого не произошло, останусь при своем мнении. Единственное утешение в том, что мое время в качестве чьей-то матки еще не началось. Когда это случится, возможно, я буду тосковать по Земле. Дилемма для другого дня.
— Ну, какова бы ни была причина, — говорит Лия, выводя меня из мрачных мыслей, — я рада, что ты здесь. — Она
