еще можно черпануть Силы. Да и потрясенный гибелью своего родного мира, этот
молодой полубог, спас от преждевременной гибели не один мир, сотворив свое
опять же, не понятно кем, навееное Заклинание. И тем самым, открыв себе
возможность, черпать в самой плоти Вселенной. Великая Сфера, как бы признала
его своим, и открыла доступ.
Но опять же, как, находясь на грани смерти, суметь высвободить такие
различные Силы? Еще и меня обязать выполнить задание? И… и умереть как
обычный смертный. Почему эта Сила, что всегда хранила и направляла, не
прикрыла тебя парень? И в чем же твой секрет самозваный хранитель, я же
помню тебя тогдашнего, перепуганного и заикающегося мальчишку?
5
Древний Дракон, по слухам иногда выступавший в роли оппонента Творца,
наконец-то умерил свою ярость, и уже более спокойно сказал то ли сам себе, то
ли всему Большому Миру:
- Да, не смотря ни на что, мне будет не хватать его, хоть встречи наши и
были так редки.
Он оборвал все мысли, сделал мощный гребок крыльями, и исчез в
появившейся красноватой мгле...
Часть первая
Глава первая
Обездоленные
***
Темно-зеленый дракон развернулся, выполняя мысленный приказ
полковника, и вновь устремился к Вратам, ведущим в Весту. Картус не смог
бросить своего предводителя, не смотря на повеление. Все что нужно, он передал
и Киану, хотя бедняга Хальман чуть не надорвался, от бешеных перегрузок, и
теперь стремился успеть обратно на поле боя. Но, едва они вылетели из врат, тут, же нарвались, на магический удар. Не успевший набрать высоту Хольман,
кубарем рухнул вниз, едва не грохнувшись о землю. Полковник, тоже едва, не
вылетел, и, наверное, тут бы ему и настал конец. Но в последний миг, полет не то, что, удалось выровнять, а, по крайней мере, притормозить падение.
С трудом, оправившись от удара, Хольман понесся туда к ущельям
Унгората, где последние воины еще вели бой. Полет вышел какой-то дерганный,
неровный, дракона бросало из стороны в сторону, он то и дело терял высоту, но
эта неловкость, спасала им жизни, ибо бьющие с земли молнии, и сгустки
плазменного огня, не попадали в цель. Неуверенный полет, превратился в
отчаянную атаку - разъяренный дракон полыхнул огнем, и пошел в пике, поливая
пламенем, вражеские массы, растянувшиеся по всей равнине, перед холмом.
Картус разрядил последний кристалл, и когда с кончика копья сорвался пучок
тонких извивистых молний, метко бросил его, в явного предводителя, остроухих.
От магии творимой здесь, сейчас, наэлектризовано трещал воздух, и волны
от разрядов то и дело прокатывались над полем боя. В какой-то момент,
полковник узрел как темные массы Мрака, закрыли горизонт, и начали
приближаться, охватывая мир. Их подхватил вихревой поток и куда-то поволок.
Последовала серия вспышек, раскаты грома, и затем сознание полковника
поглотила темнота.
Потом Картус, как не пытался, не мог вспомнить, сколько времени минуло, с
тех пор, как израненный Хальман едва вынес его полуживого, в этот незнакомый
мир. А затем носитель, полковника околел, и убитый горем Картус, захоронил
останки своего боевого друга, внутри глубокой пещеры.
В душе осталась лишь пустота и великая печаль от утраты. Казалось бы,
столько столетий его род «Дракиров» был лишен своих верных, высоко парящих
друзей. И вот лишь с приходом нового кагана, дракиры вновь получили
возможность подниматься в небо на своих практически неутомимых, летунах. А
теперь.… Теперь всего этого не стало. Как не стало и Весты, и кагана, и друзей, с
боевыми товарищами, пути домой.
Закидав камнями драконью упряжь, и свои доспехи, в одной лишь кольчуге,
и мечом за спиной, Картус покинул горы, и двинулся в долину. Там он встретил
свой первый караван, остановившийся у колодца, наполнить бурдюки водой. Люди
6
встреченные полковником, ни чем не отличались от племен Хрутара, разве что
все были светловолосы и бледноваты кожей. Жестами, объяснив охране, что
хочет переговорить с хозяином каравана, Картус вынул свой меч и, воткнув в
землю, стал ждать. Вскоре появился, толстый купец, в дорогих одеждах, он
пришел в сопровождении двух высоких воинов, облаченных в кожаные доспехи, и
шерстяные плащи. Сумев при помощи жестов убедить купца, проверить его,
полковника, боеспособность. Тот жестом указал на воинов, которые уже сбросили
плащи и обнажили кривые ятаганы. Выдернув свой темно-синий клинок, полковник
быстрым, текучим движением атаковал первого воина, одновременно нанося удар
ногой под дых, второму. Еще несколько секунд схватки, и все окончено. Оба
охранника, сбивчиво дыша, лежат на земле, выпавшие из их рук ятаганы валяются
неподалеку. Так Картус и получил, свою первую работу.
Первое время, он ходил с этим караваном, затем, попав в большой город, и
чтобы обеспечить себе более-менее, нормальное существование, стал
наниматься, в охрану других караванов. Или сопровождал семьи знатных людей,
пока один из таких сопровождаемых, не предложил ему возглавить охрану своей
крепости. Тоска стала мучить его чуть меньше, он увлекся новыми заботами и
Диарой - дочерью Лорда Хинрада. Жизнь пошла совершенно по иному руслу, но
Картус верил и ждал своего часа…
…Оминув закованных в железо пару выживших носорогов, тысячник, во
главе уцелевшего десятка, ворвался в пеший строй эльфов и их союзников.
Уклоняясь от летящих стрел, рубя направо и налево, они заставили
перворожденных дрогнуть. Ибо, учитывая свое бессмертие, остроухие, ох, как не
хотели гибнуть. Затем в его памяти остались, только громкий раскат грома, и
серия вспышек, и уже покидая пределы мира, Харей ощутил удары копий по крупу
коня, а потом досталось и ему, самому...
Выхваченный из схватки, Харей очутился на берегу моря, другого, чуждого
для него, мира. Вначале он опешил, уселся на камень, и долго ошарашено крутил
головой, и пытался унять сумятицу в мыслях. Раны на теле и голове не давали
сосредоточиться - на нем ведь не было знаменитых темно-синих доспехов, что
носили легионеры, и наездники на датаридах. Он так бы, наверное, и истек кровью
на морском берегу, не обнаружь его, морские скитальцы, высадившиеся
пополнить запасы пресной воды.
В смутном кровавом тумане он увидел нескольких воинов в кольчугах,
странного плетения. И сквозь грохот в ушах различил чужую речь. Что-то
прохладное ему лили на лицо, обтирая тряпицей, затем перевязали и куда-то
понесли. А придя в себя, Харей видел только ясное синее небо, парящих чаек и
альбатросов в нем. Да еще слышал скрип. Скитание начиналось…
…Маленький отряд, ведомый Менгафаром, с набега налетел, на конных
воинов Сил Света, Им не помешали не выставленные копья, ни стрелы,
пускаемые из-за спины конников, эльфами-лучниками. Ведь последний в жизни
порыв, делает человека быстрее и неуязвимее. На ходу, подхватив пилум, кого-то
из погибших легионеров, Менгафар метнул его в предводителя всадников. Затем
выхватил меч, и, прикрываясь круглым щитом, обрушил серию ударов, на
зазевавшегося противника. Тут над головой громко громыхнуло, глаза ослепила
яркая вспышка, и он, выронив щит, закрылся рукой, продолжая отмахиваться
мечом. Конь послушный управлению только ногами, скакнул в сторону и …
Все завертелось, поплыло, в ушах грохот, в глазах туман, очередной скачок
