впитал с серьезным лицом и, довольный подобным раскладом пошел наносить добро миру с помощью ирьениньзуцу.
***
Глава 4. Дивиденды ирьенина.
Работы было много! Клиентов кидали на операционные, как бройлеров на конвейере. Трафик D-ранговых живых батареек высасывал из последних всю чакру. Бедняги. Младшим ирьенинам, даже по разу, сверх нормы, приказали съесть чарко-пилюли. Однако, даже так (под сомнубулное настроение коллег ирьенинов), наплыв не клановых льготников Конохи наш совет Хьюга не смог урезонить.
Шесть срочных операций ранга B, пятнадцать C, замена печени с переливанием крови важной шишке из клана Сарутоби и целая куча переломов от гражданских шиноби. Ампутации – не считал. И этот аврал, со своим «Каге буншином», я разгребал в личный мать его отпуск.
- Кьюби! – Мой голос полный раздраженного шипения, просвистел в потолок ординаторской. – Ты - сука! Угробил кучу людей и… Мой, Биджев, Отпуск! Тупой выкидыш десятихстого. Во имя Рикудо! Когда мне теперь отдохнуть дадут? – На мой раздраженный спич Акайо и Джиро Хьюги – оба ирьенина С ранга, что заряжались у «батареек», ехидно хмыкнули, а после, сочувственно похлопали по плечу. Акайо добавил.
- Держитесь Ичиро сан. Такэо сама и вы с Рейкой сан, всех наших уже подлатали. – Акайо возвел глаза к потолку, а затем по памяти перечислил. - Осталось двое Учих, одна Курама, три Яманака и девять Акимичи. Еще есть два Сарутоби и пять Узумаки. Но, последние в крайне плохом состоянии. Кого выбираете?
- Держи. – Распечатал с тату правого предплечья свиток. А затем, аккуратно, передал Акайо дорогущее, доставшееся мне от бабули Минами «медицинское хранилище для пленников» времен второй МВШ. – Людей Узумаки временно упакуйте в этот стазис фуин. – На что Джиро с удивленной рожей уставился на оный, а я тише продолжил. - Думаю, из рук Шинигами, может, вытянем их с помощью Такэо сама. Клан Узумаки давние союзники. От них и так крохи остались. S ранговый ирьенин увеличит их шансы.
- Этим Узумаки повезло. Особенно, со свитком и нашими ирьенинами! – Записал очередность моих операций Джиро – троюродный брат из побочной ветви. – А по остальным? Кого выбираете Ичиро сан?
- Яманак возьму, и если сил хватит Кураму. Не хочу с Учихами возиться. – На последнюю фразу Джиро с Акайо понимающе переглянулись, а затем последний тяжко вздохнул и сказал.
- Ичиро доно. Все знают, что вы лучший специалист по глазам. Учихи отказались от палаточной госпитализации Конохи. Они вас запрашивают.
- Ясно, что отказались от госпитализации, ха-ха, «бесплатной»! – Вырвался невольный хмык. - Их шаринганы мгновенно бы потеряли. Пересадка, она такая, кто-то может и умереть, особенно если бесплатно! – Уточнил. - У обоих, по одному глазу, левый и правый? – Я уже понял, что девчонка Ито Учиха все-таки передала «Хьюга-бандероль» своим главнюкам.
- Совершенно верно, Ичиро доно. Первый это – Исаму Учиха – сын старейшины. Он попал под раздачу Кьюби при возвращении с патруля. Потерял правый глаз.
- А следующий кто? Силовик? Или тоже, принц какой-нибудь важный?
- Да, силовик - Рюу Учиха. Хиаши сама приказал, что бы его вторым, после Исаму Учиха прооперировали.
Ясно. Политика! Опять под шумок, что-то мутят. Обмозговав ситуацию, я взял у Джиро почти «голую» карточку Рую Учихи. Отметил, что возраст и чакро-резерв СЦЧ не указаны.
- Этот? – Вспоминая, пощелкал пальцами. - Сорокалетний который? Джонин, А ранговый, с запущенной глаукомой? – А затем пришлось задать неприятный но важный вопрос. - Как обычно, со свидетелями оперирую? Их двое будет, во время операции?
- Да. На оба вопроса. С ними будут Аканэ Учиха – она ирьенин D ранга и Такаши Учиха – страж наблюдатель.
- … Ну, раз Хиаши сама приказал, то пора за работу. Джиро, пойдешь со мной, будешь страховать. От всего.
- Да, Ичиро сан.
К обеду я закончил с Учихами и Яманаками. Вылечил Аюми Курама черепномозговую и спас ее правую ногу. Женщине повезло, имела все шансы остаться калекой. (Двадцатипятилетнюю вдовушку, что дружила со мной и строила глазки, я само собой приберег). Затем, выслушал (в том числе и ее), благодарности. Час на еду и легкий сон. А затем, снова… в бой!
Лишь в два часа ночи, когда мы с Рейко сан «заштопали» всех клановых, только тогда постоянный приток безбилетников Конохи пошел потихоньку на спад. Спасибо нашим цешникам, тоже хорошие специалисты! Хоть и гражданские, но по большому счету, девочки - умницы.
И вот, к девяти часам мы закончили. Наш госпиталь снова включил посменный режим.
- Слава Рикудо! Я этого очень ждал!
Здравствуй сон.
***
Шаг 2
Глава 5. Ветер над Конохой
Свинцовые тучи разродились мелким противным дождем.
Кап… тиньк… кап… тиньк…
Капли забарабанили по кладбищенским тропинкам и множеству рядов свежих надгробий. Длинная очередь медленно двигалась к последнему пристанищу четвертого Хокаге. Молодого и… мертвого героя. Шиноби, куноичи и гражданские люди, казалось, вся Коноха сегодня оделась в траурную вуаль. Люди скорбели в тишине, и цветами провожали родственников с друзьями в чистый мир. При этом, многие, задумчиво глядели на небо или же… на могилы.
Из всех родных, я задержался на кладбище дольше остальных соклановцев. Глава разрешил скорбеть еще целый час. Поверьте, это достаточно щедро, особенно, когда шиноби не хватает в Конохе, а вокруг аврал с кучей «сверхсрочных» миссий. Но хрен с ними, делами, мне сейчас есть что взвесить и осмыслить, а еще, помянуть погибших родных.
Смерть и, четыре могилы… как символично, и до мерзости иронично! Шого (удачливый), Фудо (неповоротливый), Юко (полезная) и Мицуки Хьюга (аристократ). Четыре имени, два из них очень близки.
Юко – сестренка. Я помню тебя с раннего детства. Смотрел за тобой, как растешь, распускаешься, словно красивый бутон… ожидая любимую, невесту, жену, в твоем милом лице. А Мицу был надежным другом и двоюродным братом. Был. Были. И этим!!! Биджу! Все сказано! Вчера они еще жили! Дышали! Общались. НО! Все. Они. УМЕРЛИ!!!
Ошибка, сука, аппарата руководства, на высшем, ублюдочном, уровне. Информация засекречена. Печальная песня начальников спета. Конец.
Тикусёмо (Сукины дети)! Вот как ТАКОЕ возможно? Почему? Криворукий Минато со своим аутистом Учихой… всю Коноху в дерьме утопили! Фанатики. Всем, отсыпали счастья, и сбежали как крысы! Один сразу зашкерился,
