– Что я могу для вас сделать? Скажите.
– Вы уже многое сделали для меня, очень многое.
Александр от неожиданности вздрогнул, услышав голос с легкой хрипотцой. Видимо, шок сковал ее, и теперь, немного придя в себя, девушка вновь обрела возможность разговаривать.
– Но ведь что-то случилось?
– Да. У вас нет сигарет? – Огромные глаза посмотрели на него пьяно.
– Вот. Пожалуйста. – Он протянул ей пачку «Парламента».
Арина затянулась и поежилась. Тонкие пальцы, французский маникюр, нежная бледная кожа. Изящный изгиб шеи. Красивая девушка вошла в жизнь Александра, но он не имел права на нее смотреть так, как смотрел сейчас. Случилась беда, и в первую очередь он должен помочь.
– Расскажите мне, если посчитаете нужным, конечно.
Девушка затушила окурок о тарелку, которую он ей принес вместе с сигаретами.
– Мой муж убил нашего ребенка. – Она сказала как отрезала.
Александр непонимающе заморгал и ошарашенно на нее посмотрел.
– Его посадили? Или это и был тот мужчина, что кричал вам издали?
– Нет, его не посадили. – Арина затянулась второй сигаретой и начала стряхивать пепел. – И это был именно тот человек, который кричал мне.
– Вы подадите на него в суд?
– Нет. Это невозможно. Он убил еще не родившегося ребенка, я узнала об этом случайно. Он просто подсовывал мне траву якобы от нервов. А на самом деле провоцировал выкидыш. И он не в курсе, что я узнала об этом. Ему показалось, будто я психанула, увидев его любовницу. Только о ее существовании мне известно было до этого.
– Вы рассказываете ужасные вещи! Почему вы живете с таким человеком?
– Я просто его любила. – Огромные глаза начали наполняться слезами. – Ведь иногда человека любят ни за что. Просто любят. – Арина затушила второй окурок и налила себе еще водки из бутылки, которая стояла около нее на журнальном столике.
– Что вы думаете делать?
Девушка, выпив стакан водки до дна и закусив хрустящим огурцом, устало потерла глаза:
– Знаете, уж это слишком, сначала узнать о любовнице, потом спустя месяц узнать о таком. – Губы женщины скривились. – Вы знаете, а я начала пить, каждый день, когда потеряла своего ребенка. Просто каждый вечер, мне казалось, что станет легче. Но это не так, нельзя заглушить боль алкоголем, можно ее лишь отодвинуть. На время.
– Вы правы, нельзя залить боль. Вы так только губите себя.
Вдруг Арина резко вскочила на ноги:
– Скажите, а зачем мне жить? У меня был муж, который, я думала, меня любит, но это ложь! Я могла иметь ребенка, но меня предали, растоптали, убили человечка, который так и не появился на свет, сделали подлость. Вы спрашиваете, что я буду делать? А я не хочу ничего делать, я хочу закрыть глаза, и чтобы по милости Бога мне не пришлось их открыть вновь, лишь бы не вспоминать и не выносить эту боль!
От такой пылкой речи девушка закашлялась и начала медленно оседать на пол.
– Мне слишком больно, – прошептала она. – Не знаю, почему я вам все это говорю.
Александр подхватил ее и перенес на диван. Через несколько минут она спала.
Пробуждение оказалось тяжелым, как будто ударили молотком по голове. Арина поморщилась, открывая глаза, но свет в комнате был настолько ярким, что ослеплял до боли. Она с трудом перевела взгляд на стены, потолок – незнакомая обстановка: просторная комната, минимум мебели, огромный телевизор на противоположной стене. Она была не дома, не у себя дома. Постепенно она вспомнила о событиях минувшего вечера и ночи. Жуткий озноб охватил тело. Слезы начали душить, вырывая из груди стоны. Женщина отчаянно заломила руки. Ее жизнь сузилась до размеров этой комнаты. Она была в скорлупе, загнана в угол, словно животное на травле. Комната поплыла перед глазами, черные мошки-точечки закрутились в бешеном темпе. Сознание начинало уплывать от нее. Ноги стали ватными, и она беспомощно глотнула воздух, словно рыба, выброшенная на сушу.
– Тихо, тихо. – Мягкий тембр голоса постепенно ее приводил в чувство. – Вот так! Вам надо поесть, у вас кружится голова от выпитого спиртного, наверняка вы за последние сутки ничего не ели.
– Я вообще давно ничего не ела. – Арина еле шевелила губами.
– Вот тем более. – Черные глаза склонились над ней. Мужчина внимательно посмотрел на нее. – Я не хочу, чтобы вы погубили себя! Понимаете?
– Кто вы? – Девушка схватила Александра за руку.
– Я тот, к кому вы вчера сели в машину. Вы помните?
– Да, да. – Арина рассеянно посмотрела по сторонам. – Извините.
– Ночью у вас была высокая температура. Вы бредили, я вызывал «скорую».
– Наверное, я немного простыла.
– Что самое удивительное – нет, у вас поднялась температура от пережитого шока. Вам прописали полный покой. Постельный режим.
Мужчина прошел и задернул тяжелые темно-синие шторы. Теперь Арина смогла его разглядеть, свет не бил так в глаза. Высокий, стройный, одетый в черные джинсы и черную водолазку. Интеллигентное симпатичное лицо, прямой нос, волнистые темные волосы, легкая небритость придавала шарм. Девушка изучала усталое лицо. Но глаза снова закрывались, и причиняла боль воспаленная роговица. Прошло какое-то время, девушка пребывала в небольшом забытьи, дремала. С кухни доносились изумительные запахи. Впервые за многие дни Арина захотела есть, желудок предательски заурчал. Она попыталась сесть на диване, но голова опять закружилась.
– Вам надо лежать и набираться сил. – В комнату вошел Александр, неся на подносе поджаренную колбасу и яичницу, йогурты и свежую выпечку. Он подкатил журнальный столик поближе к дивану и поставил поднос. Сам сел на полу напротив Арины.
Девушка приподнялась на подушках и слегка улыбнулась:
– Скажите, как вас зовут?
– Александр, а вас?
– Арина.
– У вас красивое имя и очень вам подходит.
– Спасибо. – Девушка смущенно ковыряла вилкой содержимое тарелки. Проглотив несколько кусочков, она подняла на мужчину глаза. – Чем вы занимаетесь, расскажите мне немного о себе.
– Ну а что говорить, я хирург-пластик, делаю красивыми лица и тела, если надо, конечно.
– Здо-о-рово! – протянула Арина и опять далеко унеслась в своих мыслях.
Завтрак они продолжили в полной тишине.
Огромный круглый стол и множество стульев во–круг ожидали собрания совета директоров. Посередине во главе стола сидел Эдуард, напряженно глядя в одну точку. Полина Сергеевна в полнейшей тишине раскладывала бумаги для проведения собрания. Яркое солнце пробивалось сквозь жалюзи, играя бликами в светлых волосах молодого мужчины. Он забарабанил по дубовому покрытию и поправил галстук – сейчас предстоит очень важное решение. Вернее, он уже решил, что ему надо, осталось лишь уговорить остальных учредителей и начать проект. Секретарь через десять минут сообщила, что все подъехали и можно начинать. В конференц-зал начали стекаться люди в костюмах, среди них были две женщины. Все расселись по своим местам. Эдуард встал, улыбнулся всем присутствующим, обнажив ровный ряд белоснежных зубов:
