столиком посередине, и детская площадка, заваленная сейчас снегом, и хоккейная коробка, освещенная прожекторами. В коробке гоняли шайбу пацаны. Слышался скрежет коньков и азартные крики немногих болельщиков. Сразу видно — дом не простой. Гэбэшница заглушила движок, вышла из-за руля. «Дворники» снимать не стала. Двор под охраной, а местные обитатели, видать, народ слишком солидный, чтобы тырить по мелочи.
Кивнув мне, Телегина направилась к подъезду. Я побрел за нею, только сейчас вспомнив, что чемодан со всеми пожитками оставил как раз у доцента Цыпкина. Вот же блин. Мне теперь после душа и переодеться-то не во что! Вслед за Ольгой Михайловной я поднялся на второй этаж. Она открыла дверь квартиры, пропустила меня внутрь. Меня встретила тишина. Ни дети, ни собаки, ни кошки не кинулись под ноги. Присутствия мужа тоже не ощущалось. Впрочем, последнее меня не слишком волновало.
— Разувайтесь и проходите! — сказала хозяйка. — Пальто и шапку можно вот в этот шкаф пристроить.
Я скинул ботинки, открыл шкаф, вынул плечики, повесил на них пальто, а шапку забросил на полку. Потом помог снять пальто Телегиной, после чего она, смущаясь, попросила помочь ей снять сапоги. Ножки у гэбэшницы оказались выше всяких похвал. Да и вообще, когда Ольга Михайловна осталась без верхней одежды, я увидел, что она еще совсем молода и очень даже симпатична. За всей этой сегодняшней суматохой мне даже не пришло в голову ее разглядывать. А посмотреть было на что. Экие фемины служат в госбезопасности! Не только — Фроси…
— Вы, наверное, душ принять хотите? — спросила она.
— Я бы — с удовольствием, — пробормотал я. — Да вот чемодан мой с вещами остался у доцента!
— Ну это дело поправимое, — усмехнулась хозяйка квартиры.
Подошла к телефону и набрала номер.
— Телегина! — сказала она в трубку. — Как у вас?.. Молодцы!.. Ведите ее, только осторожнее… Если смежники на горизонте появятся, объясните им, что к чему… И еще, пошлите кого-нибудь на квартиру доцента Цыпкина… Да… Пусть возьмут у него чемодан Данилова и привезут ко мне. Все. Спасибо!
Положив трубку, гэбэшница сказала мне:
— Ну вот, скоро привезут ваши вещи.
— Спасибо!
— Проходите в гостиную, — сказала она. — А я посмотрю, что у меня есть из еды… Вы голодны?
— Не то слово!
Она ушлепала на кухню, а я — в гостиную. Ничего особенного в этой комнате не было. Все по-советски. Диван. Пара кресел. Торшер между ними. Журнальный столик. Телевизор на тонких ножках. Тумбочка с магнитолой. Мебельная стенка, соединившая в себе и сервант с хрусталем, и книжный шкаф. Люстра с висюльками. На полу ковер. А на стенах эстампы и гравюры под стеклом. В общем — обычный интерьер не бедного, но и не слишком зажиточного советского интеллигента начала восьмидесятых годов.
Чтобы занять себя, я взял из шкафа первую попавшуюся книжку, сел в кресло. Дернул за шнурок, который включает лампочку под абажуром торшера. Для уюта. Открыл книгу. Это был роман Льва Толстого «Воскресенье». Начал читать. И меня тут же стало клонить в сон. Резкий звонок выдернул меня из дремы. Книжка лежала на коленях. Я хотел было встать, но во всем теле разлилась такая вялость, что лень рукой шевельнуть. Я слышал, как хозяйка открыла входную дверь, и с кем-то коротко переговорила. Дверь захлопнулась…
— Принесли ваш чемодан, — выдернула меня из дремы Ольга Михайловна. — Вы как, сначала поужинаете или примете ванну?
От авторов:
Друзья! Стартовал «Курсант 12»! Попаданец в СССР Андрей Петров стал лучшим специалистом в Союзе по поимке серийных убийц. В новом томе он продолжает бороться с неуловимым Литератором, убивающим по мотивам книг известного писателя детективов Светлицкого.
Читайте прямо сейчас: https://author.today/work/330930
Р. S. Кто еще не читал цикл, на первый том сегодня хорошая скидка: https://author.today/work/203823
Глава 2
— Сначала душ, — кивнул я, вставая с кресла.
— Вы можете расположиться здесь, — сказала Телегина. — Диван раскладывается, постельное белье и все необходимое я вам дам. Кстати, вы на сколько дней приехали в Москву?
— Десятого уезжаю.
— Вот и живите до десятого, — неожиданно заявила хозяйка, наверное хотела держать меня в поле зрения.
Что ж… Я не против, мы же, вроде, по одну строну «баррикад».
— Я вас не стесню? — из вежливости осведомился я.
— Нет. Вы же видите, я живу одна.
— Спасибо!
— Не за что. Вымоетесь, приходите на кухню, будем ужинать.
— Хорошо!
Я притащил из прихожей свой чемодан, вытащил из него свежее белье, треники, футболку и тапки для домашнего ношения. Захватив белье, я направился в ванную.
— Там я повесила синее в белую полоску полотенце, — сообщила хозяйка из кухни.
Я заперся в ванной. В комнатке оказалось окошко, выходящее на кухню. Без занавесок, но почти под самым потолком. Такие окошки часто встречались в советских квартирах. Ходили легенды, что они созданы специально для того, чтобы при взрыве газа стену кухни не вынесло, а лишь выдавило стекло. Бред, конечно, скорее всего, ради экономии света они застройщиком предусмотрены, а не для борьбы с туберкулезной палочкой (тоже городская легенда), которая, якобы, в темной влажной среде себя неплохо чувствовала.
Залез под душ и тщательно с наслаждением вымылся, потом постирал бельишко и носки. Мне еще здесь жить, а запас невелик. Сине-белое полотенце я действительно отыскал. Вытерся. И теперь был готов к ужину в компании сотрудницы КГБ. Впрочем — не привыкать. С некоторых пор я только и делаю, что ем и даже выпиваю с людьми из этого весьма серьезного ведомства. Тем более, что и сам в каком-то смысле имею к нему отношение. Хотя с большим удовольствием занимался бы с пацанами и девчонками в секциях и в школе. Ведь даже поездка в столицу, которая представлялась мне безалаберным времяпровождением, обернулась шпионским детективом.
Войдя на кухню, я обнаружил, что Телегина тоже переоделась. Теперь она была в домашнем халатике, который оказался ей очень к лицу. И вообще, глядя на Ольгу Михайловну трудно было поверить в ее одиночество. Не припрется ли завтра какой-нибудь майор отношения выяснять?
У хозяйки квартиры были темные волосы, сейчас собранные в косичку, карие глаза, немного скуластое лицо, прекрасно оформленный бюст, насколько можно видеть благодаря неплотно запахнутому на груди халату. В ее внешности сквозило нечто восточное, но скорее всего, доставшееся от достаточно далеких предков.
Ужин оказался скромным. Яичница
