я решила позвонить гадалке. А кому еще?
— Приемная прославленной на весь свет гадалки, — ответили там.
— Здравствуйте. А могу я с ней поговорить по телефону?
— Можно записаться на онлайн-прием.
— Да, давайте запишем меня на онлайн-прием. Я не знала, что так можно. Знала бы, не поехала бы в первый раз.
— Тогда Вы не познакомились бы с хозяйкой особняка, и не поехали бы присматривать за домом.
— А Вы откуда знаете? — удивилась я.
— Гадалка сказала. Говорит, содрала деньги ни за что, даже гадать толком не пришлось. Само Ваше появление здесь, в приемной гадалки, привело к судьбоносной встрече и повороту в судьбе. Мы добавили эту историю на сайт.
— Ясно. Так когда у нее есть окошко?
— Сегодня. Сейчас, минут через семь. Посетительница выйдет, и можно будет сразу набирать.
— Через семь минут?
— Ровно. Иначе она уйдет кофе с коньяком пить, от этого я уже не смогу ее оторвать.
— Хорошо.
Я засекла время и посмотрела в окно. К Павлу Сергеевичу и Люсе подходили какие-то другие люди, с зеленью, мясом и овощами в корзинках, но Павел Сергеевич не торопился забирать продукты. Он что-то с увлечением рассказывал, поминутно показывая на окна особняка.
Как только семь минут истекли, я снова набрала номер гадалки.
— Переключаю, — сказала девушка с приемной, даже не удостоверившись, что это я.
Долгое время в трубке трещало. Наконец, гадалка ответила.
— Не представляю, чем я могу тебе помочь, — сказала она сходу, не успев выслушать меня, — я что, по-твоему, в картах увижу имя и биографию этой девушки с фотографии?
— Ну, хотя бы посмотрите ее историю. Она умерла? Эта она — призрак особняка?
— А, ну это я могу. Сейчас, жди. Карты выкладываю.
Я послушала шелестение карт.
— Ну, что я вижу? Вижу, что умерла молодой, и душа ее переродилась в новое тело.
— Это в какое же?
— Мне откуда знать? Я что, гадалка? — она прыснула.
— Не понимаю, за что я Вам плачу.
— За разговорчики. Ладно, подожди.
Она снова зашелестела картами.
— Карты говорят, она была хозяйкой дома. Хранительницей очага. И всё. Только и делала, что ухаживала за домом, больше ничем не занималась, крайне скучная мадам. Больше мне добавить нечего.
— За этим домом?
Гадалка вздохнула.
— Да. Здесь, на карте таро, написан адрес. Совпадает.
Я распрощалась, предварительно намекнув на скидку и получив категоричный отказ, перевела деньги и задумалась. Нужно было больше информации. Павел Сергеевич сказал: вернулась. Если ее душа переродилась, как сказала гадалка, если ее душа во мне, она не могла появляться здесь в предыдущие семь лет. За окном Павел Сергеевич всё еще ораторствовал. Я вышла послушать.
— …моя покойная жена, — закончил он фразу и, по всей видимости, свой рассказ, когда я подошла.
— Мне бы хотелось послушать с самого начала, — сказала я.
Толпа застонала.
— Может, сначала заберете мясо? — спросил мясник, — и я пойду уже? Другие смотрители особняков тоже ждут.
— Подождут, — отрезал Павел Сергеевич, — это важно. Слушай, запоминай, им тоже перескажи.
Рассказ Павла Сергеевича.
— Въехали мы, значит, в дом семь с половиной лет назад, зима была. И заселились в дом. В первую же ночь жена моя, Василиса, разбудила меня из-за фигуры в белом, с бледным лицом, которая заглядывала в комнату. Как только я поднял голову, фигура юркнула в коридор и послышался быстрый топот ног. Я сказал Василисе, что она боится нас больше, чем мы ее, перевернулся на другой бок и заснул. Василиса привалилась к моей спине и тоже засопела. Потом около недели фигура не появлялась. В следующий раз мы увидели ее вечером, не ночью. Хоть солнце уже ушло (зимой темнеет рано), часы показывали четверть девятого вечера. Фигура в белом, или, как мы с Василисой начали ее называть, призрак особняка, слонялась по коридору. Я закричал, увидев ее, и фигурка, испугавшись, скрылась в дальних комнатах. Василиса сказала, что призрак особняка, наверное жила здесь когда-то, а, если это так, избавиться от нее невозможно, даже если побрызгать углы святой водой. Но попробовать стоило. Мы набрали святую воду в сельской церкви с бутылочку из-под газированной воды и попрыскали в доме. В каждый угол. Но фигурка продолжала появляться раз или два в неделю. Должно быть, она жила здесь, и даже святая вода на нее не подействовала, как и сказала моя покойная жена.
Павел Сергеевич осмотрел присутствующих.
— Всё запомнили? — строго спросил он, — или еще раз?
— Запомнили, запомнили, — испуганно зашумели селяне.
После этого Павел Сергеевич принял у каждого продукты и отпустил восвояси.
Его рассказ для меня мало что прояснил. Гадалка, и та рассказала больше. Единственное, что мне оставалось, это поговорить с самой девушкой-призраком. Я решила ее подкараулить.
Для тех, кто не знает, как привадить в дом призраков: рок-оперой. Я нашла эту информацию в интернете. Для такого случая вторая бутылка вина из винного бара хозяев особняка не помешала бы. В ожидании я посмотрела телевизор без звука, попивая вино, затем мне стало скучно, и я снова отправилась в библиотеку. Рок-опера лилась из телефона, вино разлилось по телу приятной волной, эта библиотека со старинными книгами была как в сказке, и я решила протереть корешки книг. Когда последняя книга встала на место, уже начало рассветать. Посмотрев в окно, за которым распелись соловьи, я обратила внимание на запыленные стекла и решила их помыть. В блеклом свете раннего рассвета, сидя на подоконнике, я увидела Павла Сергеевича, стоявшего вдалеке у своего домика неподвижно и беспечно помахала ему рукой. Забыв, что он снова может спутать меня с призраком особняка. Пришлось вспомнить, когда он заорал. Я соскочила с подоконника и кинулась в свою комнату, зарывшись в постель. Я ждала, пока сердце прекратит колотиться, и незаметно для себя заснула.
Спала я до полудня, проснувшись и позавтракав, сразу же направилась в библиотеку домывать окно. Фотографию своего двойника я вынула из фотоальбома, чтобы вставить в рамку. Выглянув, я снова увидела в саду толпу жителей села, собравшихся в кружок вокруг Павла Сергеевича, который увлеченно что-то рассказывал, показывая на окно библиотеки. Весь день я наводила чистоту. Меня уже захватил процесс уборки, это оказалось сплошным удовольствием.
Призрак особняка не посещала дом, несмотря на многочисленные рок-оперы, которыми я ее всеми силами приваживала. Иногда Павел Сергеевич меня видел по ночам, принимал за призрака особняка, кричал, грозил ружьем, и всякий раз рассказывал селянам, принесшим свежие продукты, об очередном появлении фигурки.
Первой всегда приходила Люся с отборными куриными яйцами.
— Привет! — махала она нам рукой издалека.
И всякий раз жадно спрашивала:
— Сегодня ночью была?
— Полночи в
