ударов, поражения, морального подавления?
Что?
Я что-то вижу.
Свет из паутины грусти.
Неужели я что-то слышу?
Эти сонаты смелости идти.
Вперед! Мои ноги-в пути.
Я понял, что с грузом грусти и бездействия далеко не уйти.
Если душа, как музыка, хочет получить удовольствия,
Мечты, цели и любви,
Не Хочу оставаться на том берегу страдания
Мертвой стикса реки.
Вот я грязный, вонючий,
К мечте бегущий.
Я так рад! Переборол себя. Поднялся с колен.
Теперь я не попаду грустный тлен.
Да, конечно. Будет больно.
Не получится Все сразу.
Все, хватит! Довольно!
Я не вернусь к начальному абзацу.
Даже ты, кто читает эти строки,
Внутри боль свою не держи,
А лучше встань
И улыбнись.
Крикни от всей души:
На пролои! Добьюсь своей мечты!
Цикл веры
Почему все так?
Когда верующий человек
Во время перемен, ударяющих сомнений, просто так,
Верит и нарушает каждый век,
Не поднимая своих синих век,
Потому что кому-то это надо,
Овечье пугливое стадо.
Как скажешь, так и будет.
А Кто сильнее станет? Придет
Новый пастух-стадо поведет.
Слабый медленно закопается,
И память о нем уже разлагается.
Но история — другой вектор внимания возьмёт.
Легенды о них уже слагаются.
Снова появится тот, кто свою веру в будущее принесёт.
Шестьдесят пять
Вот это да!
Я перед зеркалом увидел себя.
Такой молодой, радостный,
Как цветок прекрасный.
Но со временем приходят года.
Старость, как болезнь, Обволакивает всех всегда.
Радости в зеркале больше нет.
Морщины растескаются, грустный тлен.
Но все же мне шестьдесят пять.
А я, как ребенок, шагаю гулять.
Неважно, сколько вам лет,
Если вы пустоголовый, радостный дед.
Девушка загадка
Вижу тебя.
Думаю, какая ты загадка.
Это не просто кубик-рубик,
Сложивший логический тупик.
Каждый признается, что за неделю так легко.
Влюбить в себя. Так просто.
Мне так увлекательно тебя исследовать-разгадывать,
Что я сам себя стал забывать.
А возможно, сам угодил в сети, как муха,
Которая страшится безудержно.
Как ты опасна!
Безумно загадочна,
Виктория. Звучит как победа.
Возможно, я не вылезу из паучьего плена.
Больная любовь
Желаю одного-романтики.
Которая выйдет за все грани.
Но все всегда идёт наоборот.
Я разбойник, а она — Золотой грот.
Как тут же украду её чувство(а)
Во мне тут же становится пусто(а).
Мне совершенно их не жаль.
Для меня все: вешалка или грязная шаль.
А если отдалась?
В первый день.
То она очередная шваль.
Но тут я ощутил безграничную стену.
Простую девушку.
Не перелезть не разбить.
Её мне не разлюбить.
Не могу найти ключей от двери.
Её красота тянет разбить её. Петли.
Какая недоступная
Такая уникальная
Кажись, я сам теперь в плену.
Не признанный в её любви, подо льдом. Тону.
Но только так я могу чувствовать, любить.
Без ответа, себя погубить.
Сапфира
Обожаю безумною болью в груди.
Прокляла меня. Довольна ли ты?
Теперь по ночам страдаю.
К холодному озеру прийти мечтаю,
Где встретил тебя,
Сверкающая, полярная звезда.
Одинокая леди-льдов.
Мне не разбить твоих оков.
Осмелившись, я направился туда,
Где во сне манила,
звала,
ждала меня.
Замерзший,
от без ума влюбленный,
В холодной метели окутанный,
Я нашёл тебя.
Сапфира моя,
Клянусь! Остаться в плену навсегда.
Только сердце моё растопи,
А лучше-дурака полюби.
Не нужны
Сегодня никому не интересно.
В стихах. Стало скучно и тесно.
Много появилось великих.
Ещё больше стало забытых.
Но что же теперь делать поэтам?
Нести чепуху?
Может, найти другую тропу?
Не буду я смотреть на моду, по датам.
Лучше останусь писателем-водолазам.
Буду радоваться, чужими стихами, сказками.
А не делится в Интернете сторисами. С эскимосами.
Буду плавать. На глубине своего сознания.
А лучше с людьми. Чтобы было взаимопонимание.
Если честно, Зачем мне вы?
В будущем модным не будем. Нужны.
Гордыня
Ты считаешь себя лучше меня?!
Не делай из меня глупца!
Я выше всех вершин,
Величественнее женщин и мужчин.
Сама мать природа
Боится меня.
Моя ярость, несущая в никуда.
Все, что прогибается,
На мёртвое дно опускается.
Просящие помощи отправляются туда.
Ведь я сама-гордыня.
Все любят меня,
Всех свожу с ума.
***
Танец орудий. Пение боли.
Бьются солдаты. До последней крови.
Теперь никому не спастись.
Отец, лучше за всех помолись.
Были молоды, глупы
Стою между потоками людей.
Бегущих от бытовых идей.
Как Краб. Ждущий приливов морей.
В надежде не утонуть. От плохих мыслей.
Меж бушующей моря толпы.
Я увидел, как расцвели мои цветы.
Солдаты, друзья, сыны. Вернулись с войны.
Теперь я знаю, как Мы были молоды, глупы.
Ловушка Солипсиста
Мой мир — всего лишь точка.
Не уходящая в никуда,
Но знай, я один
Единственный Бог из мысленных глубин.
Анатолий Курбаткин
***
Этот пыл не называй судьбою,
Легкодумна вспыльчивая связь-
Как случайно встретился с тобою,
Улыбнусь, спокойно разойдясь.
Я и ты пойдем своей дорогой
Распылять безрадостные дни,
Только нецелованных не трогай,
Только непогрешных не томи.
И ничто души не потревожит,
И ничто ее не бросит в дрожь-
Кто любил, уже тот любить не может
Кто сгорел, того не подожжешь
И так осталась ты одна.
И что ты думала душой,
Когда мне делала страданья?
Теперь осталось ты виной:
Своей души-свое изгнанье.
Хотя жила ты и одна,
В жизни испытала немало,
Но что-то в душе всколыхнулось со дна,
И ты узорничить надо мною стала.
Теперь ты хвалилась,
И душу свою,
Немного тайком проклиная,
Но покорности нет, и я ухожу,
И говорю: "пока, до свидания".
Прошу я тебя: за мной не гонись,
Будь ты верна своему мужу,
Время придет, и ты покорись,
Ведь жить, Зоя, так нужно.
Сколько бед и горя принесла
И хотела, чтобы жизнь не изменилась.
Ты только, Зоя, оглянись,
Вот поэтому так и случилось.
Здравствуй, Зоя дорогая,
Решил судьбу нашу решать
О нашей скорбной с тобою жизни
Последний раз по вспоминать.
Я тебя нечем не обидел
Не обругал, не обозвал,
И к одному лишь я стремился,
Чтоб сдержать наш интервал?
И что хорошего хотела,
