Радоваться и надеяться на то, что у любимой внучки будет прекрасное и светлое будущее.
Глава 2. Интерлюдия I
— ХАХАХАХАХАХА! Глупец! Нет смысла притворяться мертвым. Я вижу в тебе жизнь. ХАХАХАХАХА! — поняв что раскрыт, лежавший в луже крови мужик попытался провести выпад мечом прямо из лежачего положения, и сильно удивился когда острие его клинка раскололось словно хрупкое стекло после встречи с грудью старика. А в следующий миг тишину напуганного леса нарушил треск рвущейся ткани и ломающихся костей, под аккомпанемент предсмертного хрипа неудачливого воина.
— Слабак — озвучил свое мнение об убитом закутанный в плотный балахон старик, вытаскивая из его грудины свою ладонь, которую он использовал вместо оружия. Слизнув с пальцев кровь из раздавленного сердца, он недовольно поморщился и простым бытовым плетением почистил испачкавшийся рукав и руку. После чего повторно озвучил свой вывод — Неодаренный слабак. Совсем бесполезный.
Но на этом он не остановился и создав длинную костяную иглу, принялся бродить меж деревьев, проверяя всех убитых «на вкус». Точными уколами пронзал всем сердца и затем, облизывая острие своего оружия, каждый раз выносил один и тот же вердикт — «Бесполезный», при этом прямо на ходу ведя небольшую просветительскую лекцию для своего единственного, скрывающегося в кустах зрителя.
— Ты сейчас, наверное, думаешь что война закончилась и можно было бы их пожалеть. Вот только враги всегда остаются врагами. Даже если они договорились о мире, их злость все равно никуда не ушла. Это не простые бандиты, каковыми они себя хотели показать. Это бойцы регулярной армии, просто прикрывающиеся образом лесных татей. И если они зашли на нашу территорию, то фактически разрешили охоту на себя — короткая пауза чтобы проверить очередное тело и все тот же вывод — И вообще! За свою долгую жизнь я повидал очень много грязи и подлости. На моей памяти это уже третья война и суммируя общее мнение о них… могу сказать что они никогда не заканчивались. Это постоянное противостояние всегда в нашей крови. Перемирие может быть на бумагах или в человеческих умах, а на деле, война шла, идет и будет идти всегда. Она будет идти вечно. Ну или по крайней мере до тех пор, пока в мире не останется меньше двух людей.
Еще одна проверка и на этот раз итог был иным. Облизнув окровавленную иглу старик довольно встрепенулся и сказал довольное «Одаренный! Неплохо». После чего присел на корточки и просто пробил мертвецу грудину пальцами.
— Молодость очень наивна, поэтому ты просто не понимаешь, что с врагами нужно поступать только так и никак иначе. Либо ты его убиваешь сейчас, либо он убивает тебя потом. Жизнь не дает иных вариантов. Поэтому, если хочешь жить, никогда не затягивай с уничтожением своих врагов. Это мое самое главное правило, которое я нарушил лишь единожды. Но то было исключением. Этот враг был настолько мне ненавистен, что у меня не хватило сил чтобы сдержаться. Я просто сильно искалечил того кто решил испортить мне жизнь, а затем с наслаждением наблюдал за тем как он весь свой остаток жизни мучается от боли и беспомощно увядает, лишившись связи со своим даром. Ох. Как же было приятно следить за агонией его последних дней жизни — старик отвлекся от своей уже мертвой жертвы и посмотрел в сторону кустов в которых были видны лишь блестящие из-за света луны глаза молчаливого наблюдателя. Он поймал его взгляд, задержал и лишь после этого поинтересовался.
— Осуждаешь? Если есть какие-то свои мысли, то выскажи их сразу. Я готов послушать чужое мнение… очень изредка. Так что пользуйся этим прекрасным моментом, пока у меня хорошее настроение.
— Да нет. Пока ваше мнение не противоречит моему. Я тоже очень хочу убить всех своих врагов и желаю чтобы вы укрепили меня в этом стремлении — честно признался наблюдатель и неуверенно пошевелился в кустах, показывая что какие-то возражения или вопросы все же имеются.
— Говори уже, не тяни. Вижу же, что все же хочешь мне возразить — старый маг очень хотел развлечь себя, втянув собеседника в какой-нибудь долгий спор. Вот только ни кто не собирался потакать его странным, в антураже ночного леса, желаниям.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да нет. Практически все вами сказанное в той или иной степени стыкуется и с моими убеждениями. Только вот… Никак не могу понять, зачем вы едите его сердце? Я почему-то сомневаюсь что оно может быть вкусным. Особенно в сыром виде. Неужели вам это нравится? — после такого вопроса раздосадованный старик даже сплюнул недожеванный кусочек. Затем зачем-то осмотрел зажатый в руге орган и наконец-то прояснил ситуацию.
— Ну конечно же это НЕ вкусно и НЕ приятно! — кажется даже с легким негодованием воскликнул маг и зачем-то кинул обкусанное сердце в сторону тех самых кустов — Это нужно для того, чтобы использовать один запрещенный и уже забытый навык, который я освоил лет сто назад. Поедая плоть убитого менее часа назад мага, можно напрямую воздействовать на его стремительно распадающийся дар. И если сделать все быстро и правильно, то можно поглотить крохотную частичку его резерва и, как бы, прирастить ее к своему. Навсегда. При чем это касается не только магических, но и жизненных сил. Отчасти именно поэтому я так долго живу. Врагов у меня было немало и большинство из них мне удалось попробовать на вкус — старик широко улыбнулся и в свете луны блеснули его идеально белые и кажется даже немного острые зубы — Ну а говоря про сердце… По большей степени не так уж и важно какой орган или часть тела поедать. Глаз, мясо, печень, ухо — тут главное чтобы хоть несколько кусочков попало в желудок. Это необходимо для создания прямой связи с энергетической системой убитого. Распадаясь при смерти, она становится многократно более податливой и при приложении определенных усилий позволяет отсечь от себя один или несколько крохотных кусочков. Ну а потом идет довольно непростой и долгий процесс ее приживления к своему резерву, который может затянутся от одного дня и до пары месяцев. Все зависит от опыта и собственного контроля силы. В целом, ничего там сложного нет. Просто довольно нудная рутина которая отнимает часть внимания и сил.
— Вы так и не объяснили, почему берете именно сердце. Это дает какое-то преимущество… относительно остальных органов? — тихо проговорил наблюдатель, при этом даже не пытаясь скрывать своего сильного интереса к данной теме.
— Да нет. Я же говорил, что нет никакой разницы. Просто… это в большей степени символизм, нежели что-то иное. «Съесть сердце поверженного врага» — согласись, это звучит куда звучнее и лучше чем «Откусить кусок от его задницы». Да и привык я как-то уже к этому варианту, за столько-то лет.
— Понятно — донеслось короткое из кустов, вот только даже по блеску глаз собеседника маг понял, что его любопытство еще не удовлетворено полностью. Поэтому, подумав немного, он все же предложил.
— Если хочешь, могу и тебя обучить этому навыку. Думаю, ты его быстро освоишь.
— Было бы неплохо — сразу же согласился наблюдатель — У меня уже есть несколько врагов, у которых я очень хочу забрать не только жизнь, но и что-нибудь еще. По возможности.
— Отличный ответ! — оценил слова подопечного старик и громко рассмеялся, вероятно радуясь тому, что не прогадал с выбором своего последнего ученика — ХАХАХАХАХАХА! ХАХАХАХАХАХА!
Конец интерлюдии.
Глава 3. Спустя восемь лет
— Я уже был один раз в столице. Сейчас проедем мимо этой огромной деревни, заедем воооон на тот холм и оттуда уже будет видно академию. Она находится на небольшом отдалении от столицы, поэтому сам город мы не увидим. До Сагеста по этой дороге еще часа два пути, а до академии магии раза в два меньше. Так что, считайте что мы уже практически приехали — хвастался своим знанием единственный парень в карете перед двумя ехавшими с ним девчонками. Точнее, попутчицы было три и Сария, к неудовольствию молодого человека, игнорировала весь их треп. Она на протяжении практически всего пути практиковалась в разного рода медитациях, вкупе с и без того идеальным контролем силы, удерживая в воздухе и заставляя летать сразу два небольших листка бумаги.
