на Катанге в радости на электроснах и душе у них больше не получалось.
Каспер гоготал и плакал одновременно, но непонятно было, вызваны ли эти слёзы расстройством, что люди погибли, или от того, что долгожданных женщин привезли не в целости и не в сохранности.
— Мы тут сиськи две недели собирать будем! — Каспер находил на камнях человеческие останки, громко бранился, бурно смеялся и потом опять бранился.
— Хорош орать! — Джона возмущало, как ему приходилось сменить офицерские балы на топкие болота в компании бандитов.
— Привыкай к простому народу, брат. Мы такие всегда. У нищебродов культпросвета нет.
— А то я не знал. Господи, я так боюсь найти в обломках Кэрри.
— От чего ж?
— Да поломало меня. С ней было бы поспокойней. Глядишь, быстрее каторга пройдет.
— Не об этом речь. Солдатик, ты почему поверил, что она бы полетела к тебе?
Джон не ответил. Тогда его приятель, дабы прервать нервозную тишину, а может, желая избавить человека от иллюзий, безнадежно заявил:
— Из этой академии, похоже, никто не уйдет. Всё, амба!
Джон не захотел развивать эту тему, поэтому ускорил шаг.
Выживших в тот день нашли аж две с половиной: одну из трёх порубило пополам, но в медицинском автоклаве её вовремя подлатали, превратив в диковатого киборга. Девушки, как выяснилось из допроса, были каторжанками, высланными из Близкого круга куда-то к черту на рога. Надзиратель предложил им остаться.
Тотчас пошли кривотолки, что на двести девяносто мужчин (столько осталось после болезней и аварий) приходилось всего две женщины и «одна вторая», что этого мало и, вполне может быть, скоро случится психо-бунт.
5
— Мы тебя о многом просим? — кричал на Надзирателя бородатый двухметровый Оли. — Я ковыряюсь с утра до ночи в горах, разведал хренову кучу полезного дерьма. Сколько это в кредитах? Ага, много! И мне за то, что беспробудно ломаю спину, не могут прислать девок!
— Пожалуйста, успокойтесь. Откуда в вас столько ненависти и злобы? — растерянный Отец стоял между Оли, Надзирателем и женщиной, избитой до полусмерти.
Часом ранее в баре кто-то шепнул Оли, что его Алисия наставила рога. Двухметровый бородач, сидя на вершине горы, безвылазно командует геологической разведкой: множество дронов, как нюхачи, искали для Терра-Империум драгоценные руды. На Алисию покусились, да и она от обилия внимания тоже расцвела.
Увещевания Отца про то, как им следует переносить невзгоды и избавляться от греха, были отброшены с порога и растоптаны благим матом.
Надзиратель очень мягким тоном написал шелковое письмо в столицу, с просьбой прислать хоть каких-нибудь колонисток, пока не стало слишком поздно. Ответ пришел через месяц. Сначала было высокопарное извинение перед Надзирателем, так как письмо застряло между Альфа Центавра и Большим Псом: кто-то из бездарных мелких чиновников, у которых, как известно, амбиций больше, чем вся галактика, посчитал донесение наглой дезинформацией или «идиотской шуткой, вредящей геополитическим интересам Терра-Империум»: утверждается, что проблема с психо-бунтом решена давно, поставлена жирная точка. На второй странице, в одной строчке и тоном мямлящего и бесстрастного человека, значилось сожаление из-за гибели людей в катастрофе звездолета. Также сообщалось, что геополитические интересы Главного круга в отношении Катанги изменились, никакой гражданской администрации на планете не предвидится и Надзирателю отныне велено «соблюдать основное право в тех объемах, в каких это реалистично без угрозы волнений и саботажа на производстве». В конце сказано, что ждать новых колонисток не следует, но добыча остро востребованных материалов должно продолжаться в прежнем темпе.
— Что бы это могло значить? — спросил Гаррисон.
Надзиратель, пивший бренди, тихо присвоенный из первоначальных запасов, возбужденно заговорил.
— Получается, мне вдуплили всю власть без каких-либо средств реализации. Ты охранные боты видел? — он указал граненным стаканом в сторону закрытых дверей.
— Видел.
— Я провел, ик, инвентаризацию. У них нет патронов, запчастей и чертежей для воспроизводства.
— Как так? — Гаррисон ужаснулся от мысли, что их защищают летающие болванки.
— Ой, да что ты хочешь? Меня записали в штат колонии за день до отправки, нарисовали на погонах звезду полковника, ик, и пожелали удачно дрючиться на каторге. Когда я должен заниматься всем сразу? Ты, брат, и то лучше знаком с нашим положением. До сих пор всё держится на угрозах и обещаниях. Ты знаешь, что будет, если они узнают правду.
— А что же с требованием колонистов? — спросил Гаррисон.
— Ты про баб?
— Про женщин, — мягко поправил Гаррисон. — Отец не справляется с… садистскими наклонностями некоторых личностей. Психо-бунт, о котором предупреждали в предполетном инструктаже, видимо, несколько более реалистичный сценарий, чем предполагалось. Я просмотрел данные последних медосмотров. Характеристики психического состояния колонистов выглядят грустно. А прошло всего-то три года! Похоже, деформация от рассечения дает о себе знать.
— Как-то доводилось служить в Дальнем Круге, пятый инженерный полк, может, слышал про нас. Вроде сослуживцы были закоренелыми вояками, а вели себя, как наши изгнанные. Если не дать надежду этим дятлам, то вскоре зверье примется рвать глотки. В списках только двое с красивой биографией, остальные беспредельщики, убийцы, ренегаты, воришки, насильники, сомнительные дельцы и спекулянтики. Сдается мне, что случайности в этой лотерее неслучайны.
Гаррисон задумался, насколько всё-таки справедлив День преображения в Терра-Империум.
— Мне не нужен психо-бунт, — сказал Надзиратель. — Тебе, кстати, тоже. Вижу, метишь в генералы, выслуживаешься… Да не бузи, не обижайся! Психо-бунт станет черной меткой на нашем обратном билете. Как только выполним все поставленные задачи, запрошу замену. Как тебе идея служить на Юпитере?
Надзиратель допил бренди, громко поставил на стол стакан.
— Баб нужно достать. Этим письмом нам развязали руки, понимаешь? Короче, займешься делом немедленно. Только молча! Отцу не говори ни в коем случае. Я поговорю с ним лично, когда придёт время.
Гаррисон удивленно посмотрел на Надзирателя, но тот даже бровью не повёл.
— То есть как достать? Это же человек, а не товар.
— Зелень, учись молча. Дам контакт. Свяжешься с человеком по моей линии. Её шифруют под технический канал для корректировки нуль-порталов, риск почти нулевой. И будь предельно осторожен.
За окном послышался шум, отвлекший от разговора.
6
Рассеченные, находясь под градусом и накаляясь от разбушевавшегося Оли, устроили в одной из казарм некое подобие схода.
— Значит так, ребятушки. От двух папашек ждать манны небесной мы будем ждать вечность. Пошел третий земной год, как нас кинули, обманули, выбросили, как утиль, на планету без всякой надежды. Обещанного три года ждут, говорят, ну так вот, время прошло. Что такое Катанга, как не каторга, а мы её каторжники, так?
— Так! — крикнула толпа.
— У меня, ребятушки, есть предложение — либо взять дело в свои руки, либо надавить на шею Надзирателю
