– Мой господин, – на пороге кабинета почти бесшумно появился дежурный офицер службы воздушного наблюдения, одетый в плотный брезентовый плащ, – корабль князя Маттера войдет в зону через три минуты. Западный пост принял его семафор.
– Я понял, – Ланти вскочил, схватил со стола перчатки с высокими раструбами, – благодарю вас. Объявите полный сбор наземной швартовочной команде.
– Машины уже разогреты, – вытянулся офицер. – Люди ждут у ворот главного укрытия.
Господин Ланти пробежал мимо почтительно пригнувшегося офицера, скатился по лестнице со второго этажа командной башенки и выскочил на летное поле. Ветер уже растерял свою утреннюю злость, поэтому лопасти большого указателя скорости потока, укрепленного на решетчатой мачте неподалеку от поста исчислителей погоды, вращались совсем не так стремительно, как полчаса назад, когда комендант, раздраженный похолоданием, затребовал себе сводку давления и влажности.
С запада доносилось басовитое гудение двигателей огромного воздушного корабля: сам он пока не был виден из-за леса. Ланти бросил привычный взгляд на конус-ветролов, потом на указатель скорости и нахмурился. Многим другим капитанам он, пожалуй, отказал бы в посадке, но князь Маттер Лоттвиц-Лоер – дело другое. Его «Даамир» – едва ли не самый мощный корабль во всей Пеллии. И уж точно – самый дальний, ведь всем известно, что князь Маттер ведет дела за Восточным Океаном, а пересечь такое расстояние способен не всякий пароход, что уж говорить о воздушных судах.
Ланти едва успел проверить готовность швартовщиков и выставить сигнальщика с его яркими флагами, как над лесом показался громадный заостренный нос «Даамира». Как предполагалось, корабль шел очень низко, буквально над самыми вершинами многовековых деревьев. Снизу его удлиненный гладкий корпус был выкрашен в матово-черный, верхняя же часть, как знал комендант, сверкала ослепительным серебром.
В лучах солнца блеснули гнутые стекла нижней ходовой рубки, и Ланти показалось, что он видит за пультом управления самого князя – высокого, стройного и стремительного, несмотря на седые нити в короткой аккуратно подстриженной бородке.
«Даамир» заходил на швартовочную площадку главного укрытия очень чисто, а для такого ветра – практически идеально. Зализанные каплевидные короба третьего и четвертого моторов лишь раз качнулись на осях ориентации, доворачивая острую корму с плавниками воздушных рулей, и вот из носа воздушного корабля выстрелили два толстых каната, тотчас же пойманные десятками рук. Следом за носовыми были схвачены и кормовые. Еще несколько секунд – канаты были заведены в кольца барабанов, задымила, запыхтела машина, притягивая воздушного кита к земле: господин Ланти перевел дух и поднял в приветствии обе руки. Как он и предполагал, сигнальщику работы не нашлось.
Князь, как всегда, выскочил из ходовой рубки первым.
– Ваша команда – выше всяких похвал, дорогой Ланти! – Он быстро обнял коменданта, потом повернулся в сторону и коротко поклонился швартовщикам, которые ответили ему восторженным ревом. – Впрочем, – продолжал князь, возвращаясь к коменданту, – я бы очень удивился, если на Гэтиссе что-то пошло наперекосяк… однако вы что-то невеселы, Ланти? Какие-то неприятности? Опять дети?..
– Я немного обеспокоен, господин князь, – господин Ланти распахнул куртку и сдвинул на живот небольшую кожаную сумку, что висела у него под левой рукой на ремне. – Вам срочное послание, которое курьер вручил мне лично в руки… Послание это, как я понимаю, – из Серебряного Покоя.
– Это наверняка от одного моего старого друга, – Маттер успокаивающе улыбнулся, но в глазах его комендант ясно разглядел холодные искорки тревоги. – Друга детства, я бы сказал.
Он взял в руки плотный сероватый пакет, прошитый красной ниткой, рассмотрел печать и повернулся к Ланти:
– Дружище, одолжите-ка мне дежурную машину? Мне срочно нужно в столицу. Штурману моему передайте, чтобы он пополнил объем несущего газа до нормы, заправил топливный, проверил двигатели и держал команду здесь. Под рукой. Эх, не везет! Похоже, я уже немного опоздал, будь оно все проклято…
Глава 2
Серо-голубой экипаж коменданта с рычанием взял подъем на холм Эстро, свернул налево за фонтаном и вскоре остановился в десятке шагов от солидного двухэтажного особняка, недавно перестроенного согласно моде новой эпохи. Водитель, юноша в ладно сидящей на нем форме Королевского Воздушного Флота, выскочил на брусчатку, скрипнул тяжелой пассажирской дверцей:
– Вот тебе на стаканчик, парень. – В ладонь ему упала серебряная монета, и князь Маттер, схватив прямоугольную сумку с плетеными кожаными ремнями, быстро зашагал к ступеням подъезда.
Двери особняка распахнулись раньше, чем князь поднялся на последнюю ступеньку: очевидно, кто-то увидал его из окна. Крупный, благообразного вида дворецкий склонился перед гостем в низком поклоне.
– Мы давно ждем вас, ваша светлость…
– Господин граф, я надеюсь, у себя?
– Ему сейчас докладывают о вашем прибытии.
Сбросив на руки слуге свою длинную кожаную куртку, Маттер споро взбежал по лестнице. Хозяин уже стоял на пороге своего кабинета. Они обнялись как старые друзья.
– Ты подзадержался, – сказал Дериц.
– Обходили шторм, да еще и опять проблемы с одним из двигателей, – Маттер подошел к письменному столу, налил себе в стакан фруктовой воды из графина, быстро выпил. – Этот поход оказался неудачен: я не получил того, что хотел, только потратил деньги и надолго испортил себе настроение… впрочем, это не важно. Пока мы ехали, я успел прочитать твое послание, и сдается мне, что ты снова выложил далеко не все, что знаешь об этом деле. Не так ли?
– Веришь, я написал почти все, что знал на тот момент. Сейчас появилось еще кое-что. Обстоятельства, которые, возможно, немного упростят нам задачу.
Граф Дериц опустился в свое рабочее кресло, взял со стола длинный серебряный карандаш, повертел его в пальцах, собираясь с мыслями.
– Господин Терсио никак не занимал меня в последнее время, – заговорил он, – потому что мне он представлялся персонажем довольно серым, а вокруг, особенно в столице, вполне хватает более пестрых птичек. Северные наши соседи, засылающие шпионов едва не сотнями, запутавшиеся банкиры, которые с радостью готовы послужить нашим конкурентам… Однако теперь придется раскручивать именно его. Старик Ларне, – Энгард пристукнул карандашом по столешнице и отбросил его прочь, – недвусмысленно предложил мне принять меры относительно принца Инго – и логика в его предложении есть. Но поступить так – значит обгадиться на веки вечные, и то, что пугает старого маразматика, не должно пугать Серебряный Покой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
