Нг тихо вскрикнула, и Джи Р. поспешно запечатал ей рот ладонью. И ощутил ее дрожь.
— Делайте, как я скажу, — предупредил он, — и выйдете отсюда живой. Попробуете что-нибудь выкинуть — и вам конец.
— Не волнуйтесь, — заверил детектив Дэн Лусерн мистера Шиозуки. — За эти годы мне пришлось иметь дело с восемью случаями захвата заложников и в каждом удалось решить дело миром. Мы вернем вашу сотрудницу живой и невредимой.
Шиозуки кивнул и отвел глаза. Ему следовало распознать знакомые признаки в поведении Джи Р.-7. Если бы директор догадался, что творится с его подопечным, и приказал вколоть ему успокоительное, ничего этого не случилось бы.
— Соединитесь со смотровой, — попросил детектив, показывая на видеофон.
Шиозуки через плечо Лусерна набрал на клавиатуре три цифры, и экран ожил. Тут же стало ясно, что Джи Р. все еще держит скальпель у горла Нг.
— Алло, — начал Дэн. — Меня зовут детектив Дэн Лусерн. Я здесь, чтобы помочь вам.
— Вы здесь, чтобы спасти жизнь доктора Нг, — поправил Джи Р. — И если сделаете все, что я скажу, обязательно спасете.
— Ладно. Что вы хотите, сэр?
— Для начала называйте меня «мистер Ратберн».
— Договорились. Договорились, мистер Ратберн, — согласился детектив. И с удивлением увидел, как сброшенную кожу затрясло от волнения.
— Еще раз, — прошептал Джи Р.-7 так, словно услышал сладчайшую в мире мелодию. — Повторите еще раз.
— Что мы можем сделать для вас, мистер Ратберн?
— Я хочу поговорить со своим роботом.
Шиозуки снова перегнулся через Лусерна и нажал кнопку, отсекая звук.
— Мы не можем этого позволить.
— Но почему? — удивился Лусерн.
— В контракте передачи сознания особо подчеркивается недопустимость любых контактов со сброшенной кожей.
— Мне плевать на мелкий шрифт, — отмахнулся Лусерн. — Я пытаюсь спасти жизнь женщины.
И, снова включив звук, извинился.
— Простите, мистер Ратберн.
Джи Р.-7 кивнул:
— Я вижу стоящего позади вас мистера Шиозуки. Он наверняка заявил, что мое желание невыполнимо.
Лусерн не сводил глаз с экрана.
— Да, тут вы правы. Но не он здесь командует. И не я. Это ваше шоу, мистер Ратберн.
Ратберн слегка расслабился. И даже немного отвел скальпель от шеи Нг.
— Это уже похоже на дело. Ладно. Ладно, я не хочу убивать доктора Нг, но придется это сделать, если через три часа вы не доставите сюда меня-робота, — объявил он и уголком губ бросил доктору: — Отключайте связь.
Перепуганная Нг протянула руку. Поле видимости заполнили тонкие бледные пальцы с золотым обручальным колечком на безымянном.
И экран погас.
Джордж Ратберн — силиконовый вариант — сидел в темной, обшитой деревянными панелями гостиной своего большого загородного дома в викторианском стиле. Не потому, что пришлось присесть: с некоторых пор он никогда не уставал. И не нуждался в мягкой мебели. Просто такова была привычка его прошлой ипостаси.
Зная, что может жить фактически вечно, если сумеет избежать аварий и несчастных случаев, Ратберн часто размышлял о необходимости приняться за освоение чего-нибудь грандиозного, вроде «Войны и мира» или «Улисса». Но вместо этого загрузил в наладонник последний детектив Бака Догейни и стал читать. Но успел дойти только до середины второй страницы, когда наладонник запищал, сигнализируя о входящем звонке.
Ратберн решил было поставить его на запись. После нескольких недель бессмертия ничто уже не казалось особенно срочным. Но вдруг это Кэтрин?
Он встретил ее в тренировочном центре, где оба привыкали к своим телам роботов и к собственному бессмертию. Ей исполнилось восемьдесят два, когда она избавилась от своего тела. Джордж Ратберн, пребывая в прежнем, ныне сброшенном панцире из плоти и крови, никогда не обратил бы внимания на женщину, настолько старше его самого. Но теперь, когда оба оказались в искусственных телах — он в золотистом, она в сверкающе-бронзовом, — между ними назревал бурный роман.
Наладонник снова запищал, и Ратберн коснулся иконки с надписью «Ответ»; нет нужды пользоваться стилусом: его руки больше не потеют и не оставляют следов на экране.
Сейчас он испытывал странное чувство, уже пережитое один-два раза со времени загрузки сознания: чувство глубочайшего удивления, которое раньше сопровождалось бы бешеным стуком старого сердца.
— Мистер Шиозуки? Не ожидал увидеть вас снова.
— Простите, что побеспокоил вас, Джордж, но мы… видите ли, у нас ЧП. Ваше старое тело захватило заложника здесь, в Парадиз Вэлли.
— Что? Господи…
— Он твердит, что убьет женщину, если мы не позволим ему поговорить с вами.
Джордж много недель подряд пытался убедить себя, что другой его вариант больше не существует.
— Я… э… должно быть, ничего такого не случится, если вы соедините его со мной.
Шиозуки покачал головой.
— Нет. Речь идет не о телефонном звонке. Он требует, чтобы вы сами приехали.
— Но… но вы сказали…
— Я помню все, что говорил во время консультаций, но, черт побери, Джордж, на карту поставлена жизнь женщины. Это вы бессмертны, а она, к сожалению, — нет.
Несколько секунд подумав, Ратберн все же согласился.
— Ладно, так и быть, приеду через пару часов.
Джордж Ратберн в теле робота потрясенно уставился на экран видеофона в офисе Шиозуки. Там был он сам, такой, каким себя помнил. Мягкое, хрупкое тело, седеющие виски, залысины на лбу, нос, который он всегда считал чересчур большим. Но все же это был он, и сейчас он творил немыслимое. То, чего Джордж и представить себе не мог. Держал скальпель у горла женщины.
— О'кей, — объявил детектив Лусерн, нажав кнопку громкоговорящей связи. — Он здесь.
Ратберн увидел, как человек на экране широко раскрыл глаза, очевидно, оценивая свое второе воплощение. Да, разумеется, первый вариант сам выбрал золотистое тело, но тогда оно было всего лишь пустым панцирем, без внутренних приборов и механизмов.
— Так-так-так, — произнес он. — Добро пожаловать, брат.
Ратберн, не доверяя своему синтезированному голосу, попросту кивнул.
— Спускайтесь в больницу, — велел Джи Р. — Идите на смотровую галерею, она над операционной. Я же отправлюсь в саму операционную. Так мы сможем видеть друг друга… и говорить, как мужчина с мужчиной.
— Привет, — сказал Ратберн. Он стоял на своих золотистых ногах, глядя в угловую стеклянную панель, выходившую в операционную.
— Привет, — кивнул Джи Р.-7, подняв глаза. — Прежде чем мы продолжим, мне потребуются доказательства того, что вы именно тот, за кого себя выдаете. Прошу простить, но… поймите. В этом сияющем обличье может оказаться кто угодно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
