И вот мы втроем ходили, ходили все дни по городу, болтались, болтались. Не знали, куда себя пристроить. Вернулись как-то домой. Я и говорю Левке:
— Ладно, Левка! Иди к себе в комнату или займись чем нибудь на кухне: Чапай думать будет. Если что придумаю, позову.
Взял я с горя свою любимую книжку «Белое безмолвие» Джека Лондона, лег на кровать и стал в двадцатый раз читать про золотоискателей. И тут меня будто на пружине подбросило. Я вскочил с места, дверь в коридор открыл:
— Эврика,[4] Левка! На носках — ко мне!
Левка за дверью, что ли, стоял — сразу вырос передо мной, как лист перед травой.
Набрал я горсть земли из цветочного горшка и приказываю:
— Ешь землю!
— Сам ешь! Что я, дурак, что ли, землю есть?
— Не рассуждай! Сейчас ты мне начнешь клятву давать. Я буду говорить, а ты за мной повторяй и каждое слово заедай землей.
— Тогда ладно, — согласился Левка.
— Говори: «Я, Лев Гомзин, известный также под кличкой Федор Большое Ухо, торжественно клянусь»… теперь заешь землей… «клянусь, что все, что сейчас услышу, буду хранить, как самую страшную священную тайну…» Ешь землю… «И если паче чаяния…» Ешь! «И если паче чаяния…»
— Я уже ел на этом слове! — закричал Левка.
— Ешь! Клятва требует… «И если паче чаяния попаду в руки врага и меня будут пытать и издеваться надо мной, отрезать голову или вырывать язык, — ничто не заставит меня выдать сей тайны, ибо она принадлежит не мне, а также товарищам моим». Теперь, Левка, ешь!
— Я уже все съел…
— Возьми еще, только из другого горшка, чтобы мама не заметила. А теперь опять повторяй за мной: «И еще я, Левка Гомзин, он же Федор Большое Ухо, клянусь во всем слушаться беспрекословно своего старшего начальника Василия Молокоедова».
После клятвы Левка облизал с ладони грязь и сразу стал ко мне приставать, чтобы я открыл ему свою тайну.
— Сначала Димку позови!
— Ну, вот еще! Я зря, что ли, землю ел? Димка еще нисколечко не съел, а я уже две горсти…
— Не рассуждай! — взял я его за ухо, так как имел теперь право делать с Левкой что угодно. — Беги за Димкой.
Вот тогда-то я и раскрыл ребятам тайну. Сказал, что хватит собирать алюминиевые ложки, получать несправедливые выволочки. Лучше, пока нет занятий в школе, мы поедем добывать золото, а на золото будем покупать танки.
У ребят, конечно, засверкали глаза. Димка спросил: «Куда поедем?» А Левка даже и спрашивать не стал — ударил шапкой об пол и заорал: «Поехали!»
Мы-то с Димкой понимали, а он, глупый, не понимал, что это не такое пустое дело, чтобы — раз! раз! — и поехал. К этому надо подготовиться: ведь добывать золото — не то, что есть землю из цветочного горшка.
Но тут пришла с работы моя мама и разогнала всех по домам.
Я долго не спал, а когда, наконец, заснул, то увидел во сне пустыню Великого Безмолвия,[5] ездовых собак и большие золотые самородки.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Я уточняю маршрут. Человек без переносицы. Снаряжение экспедиции. По сигналу «крик сойки»… Собачий бунт.
Утром, уходя на работу, мама поцеловала меня и попросила быть умным. Это она намекала на то, чтобы я вел себя хорошо, не висел на трамваях и не цеплялся за машины. И как же немного надо от такого мальчишки, как я, чтобы все признали его умником!
Я подумал: «Когда-нибудь, может, и мама поймет, что я умнее, чем она считает», — и стал готовиться к экспедиции.
Прежде всего, нужно было решить, куда вести ребят. Когда-то очень много золота добывали прямо у нас за городом. В лесу и до сих пор везде желтеют шурфы и отвалы, но золота там никто больше не ищет. А километров за восемьдесят от нас есть Золотая Долина, и дядя Паша (он геолог, эвакуировался из Ленинграда, а живет у нас за стенкой в порядке уплотнения. — В. М.) рассказывал, что эта долина разворочена старателями до того, что по ней нельзя ни пройти, ни проехать.
Лучше всего нам отправиться туда. Не может быть, чтобы старатели все до дна из Золотой Долины вычерпали: хоть немного золота да осталось, а может быть, и самородок где завалялся. А ведь если найти самородок, то, наверно, сразу целый танк купить можно. А если два самородка — два танка. А если — три?
Вот здорово будет! Придем мы к нашему директору, бухнем на стол самородок и скажем:
— Смотря как понимать долг! Одни задачки про путешественников решают да пятерочки за них получают, а другие (это мы, Димка, Левка и я. — В. М.) настоящие путешествия делают, золото ищут и танки для Красной Армии покупают.
Хотел бы я посмотреть, что скажет после этого Николай Петрович!
Я взял карту Советского Союза из учебника географии для седьмого класса и пошел к дяде Паше. Но он был не один. В комнате сидел еще этот тип в черных роговых очках, который вечно торчит у дяди Паши и разговаривает про геологию.
— Дядя Паша, — попросил я, — покажите мне на карте, где находится Золотая Долина.
— Эх ты, географ! — засмеялся дядя Паша. — Разве на такой карте ее найдешь? Тут даже наш город не обозначен.
Карта, конечно, была неважная. Я и сам замечал, что на ней все больше Рязани да Казани, Вязьмы да Клязьмы, а вот Холмогоров и то нет. А ведь в Холмогорах Ломоносов родился.[6]
Дядя Паша достал из шкафа большую-большую карту и расстелил ее на столе. Я даже глазам не поверил: наш город на этой карте — в самом центре, как столица нашей Родины Москва.
Даже улицы и то заметны, и большущими красными буквами написано: Острогорск.
— А Золотая Долина вот где, — начал показывать дядя Паша. — Видишь речку? Это — Зверюга. Ты не гляди, что она маленькая. Только на карте она такая. Зеленая полоска вдоль Зверюги и есть Золотая Долина.
Я внимательно посмотрел на карту и сразу наметил маршрут: так делали все золотоискатели, прежде чем отправляться в путь.
— Дядя Паша! — все-таки спросил я, чтобы окончательно уточнить маршрут. — Значит, чтобы попасть в Золотую Долину, надо идти от нас на север?
— На север.
— Так прямо на север идти и идти?
— Так и идти. А ты не в Золотую ли Долину собрался?
— Нет! Это мы с Димкой поспорили. Он уверяет, что Золотая Долина от нас — на юг, а я говорю — на север. Выходит, он мне проспорил пять перышек.
Этот, который в очках, сначала почему-то ерзал на стуле и впивался в меня глазами, как шпион какой-нибудь, а тут даже рассмеялся:
— Нет, Паша, это — не Пржевальский! И чему только их в школе учат?
Я обиделся, но промолчал.
Не нравился мне этот тип!
Чтобы вы знали, как он выглядит, я вам его сейчас опишу. Представьте себе толстую чурку с глазами. Лоб у нее маленький и сразу, без всякой переносицы, переходит в здоровенный массивный нос, похожий на молоток без ручки. А под молотком начинаются губы, и эта чурка моментально сходит на нет, и начинается шея. Получается лицо без переносицы и без подбородка.
Это и есть голова Белотелова. И чего дядя Паша с ним связался? Ну и пусть этот очкастый тоже ленинградец.
Ленинградцы разные бывают.
Но хоть Белотелов и думал, что нам далеко до Пржевальского, мы все равно стали готовиться к экспедиции.
Прежде всего нам нужны были собаки. Все золотоискатели, о которых писал Джек Лондон, ездили только на собачьих упряжках.
Это дело мы поручили Левке: по собачьей части сильнее его никого не было.
Два дня Левка ходил весь истерзанный собаками и наконец повел нас в недостроенный дом на нашем дворе. Там, в подвале, у Левки уже было столько разных псов, что их хватило бы на десять упряжек: дворняжки, лайки, сеттеры, пинчеры, таксы, овчарки и даже китайский мопс.
— Ты жалкий чечако![7] — воскликнул Димка. Он тоже почитывал Джека Лондона. — Видел ли ты золотоискателя, который ездит на мопсах?
Я тут же приказал Левке всю благородную шваль выпустить, а для дворняжек и овчарок приготовить упряжку. Потом мы вернулись с Димкой домой и составили список необходимого снаряжения.
СПИСОК СНАРЯЖЕНИЯ ЭКСПЕДИЦИИ В. МОЛОКОЕДОВА, Д. КОЖЕДУБОВА И Л. ГОМЗИНА В ЗОЛОТУЮ ДОЛИНУ Инструменты и инвентарь
Мешочки для хранения золота[8]…………… 12 штук
Сковородка[9]…………… 1 штука
Лопатка обыкновенная или заступ…………… 1 штука
Чашка чайная для размеривания муки…………… 1 штука
Бич для погонщика собак…………… 1 штука
Большие иглы, чтобы шить и штопать мокасины…………… 6 штук
Нож большой, охотничий[10]…………… 1 штука
Компас…………… 1 штука
Ложки столовые[11]…………… 3 штуки
Топоры охотничьи…………… 3 штуки
Продовольствие
Хлеб…………… 2,5 килограмма
