Читаем без скачивания Кровоточащая чаша - Бен Каунтер

В данный момент Фаддей мечтал никогда не получать этого задания. Несмотря на то, что высшие цели Инквизиции были выжжены в его чрезвычайно живом уме, он все же оставался в конечном счете только человеком, и он осознавал тупик, когда видел его. Несколько доступных ему следов исчезли, и человек, сидящий сейчас напротив за неубранным столом, возможно был, как бы мрачно это не прозвучало, его последней надеждой.

— Я надеюсь, что не причиняю вам неудобств, — произнес Фаддей, который не видел причин быть невежливым вне зависимости от настроения. — Я осознаю всю важность работы, ведущейся здесь.

— Цифры не важны, — заметил адепт Дисс. — Я просто штампую бланки весь день.

Дисс до недавнего времени был крепким мужчиной, среднего возраста, но в хорошей форме. Сейчас же он забросил себя и начал набирать вес, но все равно выглядел более худощавым, нежели типичный обитатель планеты.

Фаддей приподнял бровь.

— Звучит так, будто имперские гроксовые фермы не слишком-то воодушевляют вас. Медиан Вринт будет разочарована услышать это.

— Если бы вы провели столько же времени, сколько и я, подводя баланс в этих книгах, вы бы знали, что Медиан Вринт едва умеет считать. Она может иметь своё мнение, но именно благодаря мне эта планета вовремя выплачивает десятину Администратуму.

Инквизитор улыбнулся.

— Вы говорите свободно. Большая редкость, уж можете мне поверить. Освежающе, в какой-то степени.

— Если вы прилетели сюда казнить меня, инквизитор, вы сделаете это вне зависимости от того, что я скажу. Если же нет, вы не станете тратить на меня патроны.

Фаддей откинулся обратно на спинку неудобного кресла. Проявив чувство такта, остальные адепты удалились из конторы до того, как инквизитор потребовал их выкинуть, так что единственным слышимым звуком было поскрипывание когитатора где-то в задней части этой комнаты с низким потолком. Пылинки плавали в тусклом свете заходящего солнца.

Контора была пристанищем для порядка тридцати адептов, каждый — за своим рабочим местом. Все стены и другие ровные поверхности завешены бумагами — статистические распечатки, схемы, таблицы, графические изображения множества типичных болезней, поражающих гроксов, и мрачные лозунги, напоминающие адептам о беспрестанном самопожертвовании, которое они должны совершать во имя Империума. Администратум старался поощрять и создавать одну и ту же атмосферу, вне зависимости от объекта своих интересов — будь то дворец или завод — и его адепты посвящали жизни труду, обеспечивающему существование Империума. Это была бесконечная вереница работы, без которой могла рухнуть макроэкономика Империума.

— Вы образованный человек, адепт. Немногие на вашей станции смогли бы узнать инквизитора по внешнему виду. Медиан Вринт, например, не смогла. Я слышал, как люди безрассудно клялись, что мы не существуем, или что мы сражаемся с темными богами и нам плевать на простых смертных вроде вас. Но вы, кажется, знаете несколько больше, нежели они? Я прав, консул?

Адепт горько усмехнулся.

— Счастлив признать, что я больше не ношу это звание.

— Я думаю, мы поняли друг друга, старший консул Иокант Галлиан Кревик Хлур. И вы знаете, зачем я здесь.

— Прошло много времени с тех пор, как кто-то обращался ко мне так. — Хлур, казалось, погрузился в воспоминания. — Я бы мог править целым сектором, если бы продолжал гнуть свою линию еще пару лет. Но я захотел слишком многого, и слишком быстро. Наверное, вам уже приходилось видеть подобное раньше.

— Вы понимаете, — продолжил давить Фаддей, не меняя тона, — что инквизитор Цур заочно приговорил вас к смерти.

— Я предполагал это, — отозвался Хлур. — Сколько людей уцелело?

— Очень мало. Капитана Трентия пощадили, но он никогда не будет командовать чем-то большим, нежели эскортное судно. Несколько офицеров низшего ранга, которых Цур посчитал слишком мелкой сошкой, неспособной на настоящую некомпетентность. Но большая часть выживших была казнена. Должен признаться, что, несмотря на то, что Цур не является самым находчивым из моих коллег, вы проявили большую находчивость, так долго скрываясь от него.

Хлур пожал плечами.

— Некоторое время я скитался с планеты на планету. Подделал кое-какие рекомендации, и ничем не выделялся, так что вопросов возникало мало. Когда меня, наконец, перевели сюда, я не собирался никуда улетать. Вряд ли кто-то догадается отправиться в поисках разыскиваемого преступника в эту дыру. По крайней мере, так я думал до вашего появления.

— Вы должны помнить, консул, что любое дело в Администратуме имеет обыкновение фиксироваться. След ваших бумаг был длинным и отрывочным, но у меня нашлись помощники, способные отследить его.

— Ясно, — сказал Хлур, выглядевший более уставшим, чем напуганным, как будто он ждал, что этот день когда-нибудь придет и хотел с этим покончить. — Испивающие Душу.

— Да. Испивающие Душу. В свете вашего сотрудничества, я позволю вам начать.

Чиновник откинулся назад и вздохнул.

— Это произошло три года назад, даты вам известны лучше, чем мне. В любом случае, мы были отправлены, чтобы захватить звездный форт Ван Скорвольдов. Существовала информация, что Каллисфен Ван Скорвольд обладает представляющим большую ценность ксеноартефактом. Наши специалисты влезли в несколько баз данных, и определили, что это было Копье Души.

— Реликвия Испивающих Душу?

— Она самая. Мы обнаружили легенду, что-то вроде поэмы, о том, как оно может сравнивать с землей города и убивать демонов и им подобных, и как они потеряли его, — Хлур выпрямился и оперся локтями о конторку. — Я жадный человек, инквизитор. Я амбициозен. Я должен был позволить Имперской Гвардии разобраться с этим, но я хотел закончить всё быстрее и чище. Я знаю, что должен был держать Испивающих Душу подальше от всего этого. Если бы я сделал всё как положено, это бы избавило нас от многих несчастий. Но, как я уже говорил, я жаден. Я имею в виду, что каждый чего-то хочет.

— Есть куда более тяжкие грехи, консул, — произнес Фаддей с налётом понимания, удивившим бы многих. — Вы позволили просочиться слуху о местонахождении Копья Души. Вы рассчитывали, что примчатся Испивающие Душу, ворвутся внутрь, подавят сопротивление, заберут искомое и улетят, оставив вам звездный форт на блюдечке. Так оно и было?

— Если бы это было так, я бы не сгребал помет гроксов остаток своей жизни. Но вам всё об этом известно.

— Что вы мне можете рассказать о Сарпедоне?

Хлур на мгновение задумался.

— Немногое. Я видел его лишь как изображение на экране, на мостике. С нами был корабль Адептус Механикус. Они телепортировали отряд в звездный форт и украли Копье из-под носа у Сарпедона.

Фаддей мог себе представить, как выглядел Сарпедон для группы флотских офицеров и адептов Администратума — командор Космического Десанта, псайкер, разозленный человек, горящий жаждой мести. Хлур был спокоен, поскольку готовился к финальному рандеву с Инквизицией все последние месяцы, но чувство страха, которое он испытал, впервые увидев Сарпедона, на мгновение прорвалось наружу.

— Вы смогли оценить его состояние? — настаивал Фаддей. — Его намерения?

Экс-консул покачал головой.

— Я хотел бы вам помочь больше, инквизитор. Он был в ярости. Он собирался убить любого, кто встанет у него на пути, но вы это и так знаете. Вы их так и не нашли, не правда ли? Потому-то вы и здесь. Не из-за меня.

Лицо Фаддея ничего не выражало.

— Испивающие Душу будут найдены, консул.

— Должно быть, вы находитесь в отчаянном положении, если положили столько сил на мою поимку. Я ведь лишь присутствовал там, всем руководил Цур, но и он, видимо, не смог вам помочь. Что же вы рассчитываете от меня услышать?

Хлур был по-настоящему проницательным человеком. Во многом он стал первым стоящим советчиком, которого Фаддей встретил за долгое время. Сложно запугать человека, уже готового к смерти. Он догадался о том, чего сам Фаддей не хотел признавать — след Испивающих Душу терялся. После разгрома в Поле Цербера, когда корабли предателей-космодесантников улизнули от Цура и боевого флота под номинальным командованием Хлура, улик практически не осталось. В Ордене Сарпедона оставалось меньше тысячи десантников, просто песчинка на просторах Империума, практически невидимая в бескрайней галактике.

Поистине, Хлур был последней зацепкой для Фаддея.

— Вы один из немногих уцелевших людей, имевших контакт с Испивающими Душу, — продолжил Фаддей. — Есть вероятность, что вы заметили нечто, ускользнувшее от внимания Цура.

Хлур улыбнулся почти триумфально.

— Только представить, что скромный адепт с агромира доставил столько сложностей могущественной Инквизиции. Я могу сказать вам лишь то, что вы и так знаете. Сарпедон никогда не сдастся. Он дорожит честью больше, чем жизнью, своей или своих людей. Он будет убегать, если вы заставите его, и будет сражаться несмотря ни на что, если его убеждения окажутся на кону. Это всё, что я знаю, но, по-моему, это и так общеизвестно.