— Определенно не ты. Я не хочу повторения того, что было на втором дне рождения Энди, — Чарли быстро напоминает Лексу, — Ты свободна на обед, Адриана?
Чарли отвлекается на то, что Лекс обхватывает ее за талию.
— Снимите комнату, ребята. Сухое соитие на публике неприемлемо, — простонала я.
Честно говоря, иногда с ними так неприятно находиться рядом. Можно подумать, что мой брат — подросток.
— Я снимаю комнату в одиночестве, так как у меня есть два самых больших хуя, которые только есть на этой земле, — жалуется Лекс.
— Правдивая история, — Чарли смеется, — Итак, обед?
— Ага. Я только попрощаюсь с Энди.
Я подхожу к тому месту, где Энди играет с другом: — Эй, пух-медвежонок, мама сейчас пойдет на работу.
Он перестает играть с блоками и снова прижимается ко мне. Это длится недолго, так как Амелия трогает меня за плечо.
— Тетя Ри-ана, посмотри на мой мяч. Энди, пойдем играть со мной в мяч?
— Ты хочешь поиграть с Амелией? — шепчу я на ухо Энди. Он слегка кивает.
Амелия тянет Энди за собой, не давая ему выбора, кроме как последовать за ней. Я смотрю, как они уходят, пока Энди не останавливается и не бежит обратно ко мне, словно что-то забыв.
Его большие голубые глаза смотрят на меня, и я знаю этот взгляд. Я видела его несколько раз. Это взгляд, который заставляет мое сердце биться ненормально, потому что слова, которые он собирается сказать, — это слова, которые останутся со мной на очень долгое время, если не навсегда.
— Мама, папе пришлось остаться на работе. Небеса снова были очень заняты.
Мое сердце погружается в темную бездну, разбиваясь во все стороны, когда реальность его слов ложится тяжелым грузом на мой разум.
— Да, Энди, очень занят, — отвечаю я, отодвигая прядь волос, закрывающую его лицо.
Он убегает, а я с тяжелым сердцем иду к выходу, оставляя своего ребенка позади.
Вторая глава
В одиночестве в ресторане, ожидая Эрика и Чарли, я пытаюсь занять себя игрой в Candy Crush. Это худшая игра на свете, уже около двух месяцев я пытаюсь пройти один и тот же уровень. Я проклинаю Рокки за то, что он послал мне этот чертов запрос через социальные сети, вызвав эту нелепую одержимость.
Десять минут спустя Эрик и Чарли все еще не пришли. Я бросаю свой телефон на стол в расстройстве, скрещивая руки в нетерпеливом ожидании.
Ненавижу опоздания.
Это время в одиночестве не идет мне на пользу, сегодняшние события оставили меня в самом тяжелом состоянии. Это первая из многих вех, которые Энди будет отмечать без Элайджи. Выпускной, свадьба — список можно продолжать бесконечно.
Я до сих пор вспоминаю его крещение, просьбу моих родителей, чтобы Энди не жил в «лимбе», если что-то случится. Затем последовали его первые шаги, первый день рождения. Каждый из этих моментов приносил боль и радость, и все они сливались в одну эмоцию.
Как он посмел так поступить с нами! Мне хочется кричать.
Я не подписывалась на такую жизнь. Я родилась и выросла в типичной американской семье. У меня были папа и мама, которые были лучшими родителями, о которых только может мечтать девушка. Мой брат был типичным спортсменом, любящим, умным старшим братом, который защищал свою младшую сестру. Девочки любили его, и моя лучшая подруга тоже.
Мы были семьей, любящей телевизионные ситкомы. Более типичной семьи, чем мы, быть не может.
Потом я встретила этого парня — Элайджу Джина Эванса.
С первой минуты знакомства я поняла, что он — мой будущий муж. И что с того, что мне было всего семнадцать и я была девственницей? Он был великолепен, и нам было хорошо вместе. Элайджа наполнил мою жизнь множеством счастливых воспоминаний, и только после первой вспышки рака я поняла, как быстро он может быть отнят у нас. Элайджа боролся изо всех сил, а мой брат боролся еще сильнее, чтобы сохранить ему жизнь. После того как битва была выиграна, я ни разу не подумала, что болезнь вернется, и, что самое важное, я ни разу не подумала, что мой муж перестанет бороться. Даже когда он согласился попробовать ЭКО, чтобы зачать ребенка.
Временами я злюсь на него, на Бога, на всех. А иногда я просто продолжаю жить, как могу.
Снова взглянув на время, я отправляю Эрику сообщение с большим жирным «Где ты, блядь, находишься?». Из всех людей он знает, что я из себя представляю, и, зная Эрика, он придумает какую-нибудь жалкую отговорку.
Выпустив трубку, я занята письмом, которое мне прислал покупатель, о моей предстоящей весенней коллекции.
Открытие бутика в Лос-Анджелесе — это лучшее, что я могла сделать для нас с Энди. Я закрыла свой магазин в Бруклине не из-за расстояния, а из-за воспоминаний об Элайдже.
Возвращаясь к дизайну и моде, я нахожусь в своей стихии, и это отвлекает мой разум. Кроме того, мне нужен доход. Лекс, будучи Лексом, предлагает погасить мою ипотеку, но я не хочу быть благотворительной организацией.
Поскольку план Элайджи заключался в том, чтобы бросить нас, я собираюсь сделать так, чтобы никому больше не пришлось обеспечивать моего сына. Между детским садом и мамой, я могу заходить в бутик несколько раз в неделю, и я наняла трех младших девочек, чтобы они управляли магазином, когда меня нет рядом. Бизнес процветает. Знаменитости в Лос-Анджелесе хотят носить мои модели. На красной дорожке уже появилось несколько моих популярных моделей. Спрос начинает расти, поэтому по ночам, когда меня мучает бессонница, я работаю над своими моделями.
У меня есть план — движения вперед.
До того дня, когда он вошел в мою жизнь.
Джулиан Бейкер.
У меня есть ужасная привычка быть проповедником судьбы для окружающих. Знаете, все эти «о, так должно было случиться, что ты оказалась в нужном месте в нужное время», — чушь собачья.
Да, я тот самый надоедливый друг.
И все же, в силу своих обстоятельств, я отгородилась от этого. У меня был слабый день, год, фактически вся жизнь, в ту ночь, когда я причинил себе вред. Я никогда не забуду этот момент, боль от потери Элайджи даже сильнее, чем в тот день, когда я потеряла его в больнице. Ради своего сына я знала, что мне нужна помощь, только не от кого-то из моих близких.
Сделать этот первый шаг было очень трудно. Мне пришлось обратиться к совершенно незнакомым людям. Я не ожидала, что он окажется именно там. Я имею в виду, действительно, Вселенная, что это за хрень?
Сначала я не знала, что это он. Не желая никому смотреть в глаза, я стыдливо сидела, прикрывая свои открытые раны, стыдясь и смущаясь, что прибегла к этому, зная, что у меня есть сын, которому я нужна. Во второй раз я подумала: «К черту все. Я здесь, чтобы разобраться в своей жизни. Эта поганая карта, которую мы с Энди разыграли, была «разыграна специально». Это была ночь, когда я показал миру свои ошибки. Шрам за шрамом, украшавшие мои запястья, напоминали о том, во что превратилась моя жизнь, и, блядь, как же я была зла.
В тот же вечер он впервые заговорил, и впервые я смотрела на группу и не могла поверить, что он там. Конечно, я узнала его, хотя, как и я, он был побит. Этот некогда яркий и красивый мужчина больше не освещал комнату. Он выглядел бледнее, чем я его помнил, но определенно более грустным. Его руки и тонизированное телосложение заставили драг-квин рядом с ним задыхаться, как сука во время течки.
Ладно, возможно, я не была настолько невосприимчива к его внешности. Я серьезно, даже в своем жалком состоянии он все еще владел комнатой со своим лихим лицом. Борода придавала ему суровый вид, но это только усиливало его сексуальную привлекательность.
Я знала, что произошло с Чарли, после того как Лекс и Чарли сильно поссорились из-за этого инцидента, в результате чего Чарли позвонила мне посреди ночи в слезах. Как обычно, мой незрелый брат не смог обуздать свою ревность, и потребовалось несколько серьезных ударов по заднице, чтобы заставить его увидеть общую картину — его жена и ребенок были спасены.
Нелегко было вспоминать мой разговор с ним в ту ночь…
