- Мой ответ - нет! Найди себе куклу из имеющихся сорока двух. Если начнешь давить на моих родителей, то лишний раз докажешь, насколько являешься гнилым ничтожеством. Трусом и мальчиком, у которого отобрали игрушку. В следующий раз имей совесть лично обратиться с предложением к потенциальной любовнице.
Мать прервала мое пылкое обращение, жестко схватив за руку.
- Катя, прекрати! - развернула лицом к себе, чтобы показать взглядом, насколько она зла.
- Нет, не прекращу!
- Я вырвала руку, потому что чертовски больно от ее ногтей, и молчать далее я не намерена. - Я читала о нем. В его собственности сорок две куклы. Сорок две мертвых женщины!
- Ты с ума сошла после той истории. Это роботы, Катерина! Роботы! Механические роботы, обтянутые кожей и наполненные кровью!
- Девочки, давайте все дружно вздохнем и попытаемся успокои… - папа очень наивно посчитал себя способным угомонить двух раздраженных женщин, но бесполезно останавливать поезд на полном ходу. Единственно, мой голос из уважения к отцу все же стал потише:
- Это убитые люди, мама! Ты, как глухая и слепая. Неужели, вы не видите очевидных вещей!? Все куклы были когда-то обычными людьми и, если бы не помощь одного парня, то я бы тоже могла стать одной из них!
Мать устало замотала головой, отказываясь верить моим словам, и указала пальцем на дверь:
- С тобой бесполезно разговаривать. Поднимись в комнату и подумай над нашим разговором без эмоций.
О, отлично, когда аргументы закончились, мать прибегла к детскому методу воспитания. Запереть ребенка в комнате. Правда, она забыла о том, что ребенку двадцать с лишним лет. Я с удовольствием воспользовалась предложением сбежать в комнату, где нет повелительного тона и где дожидался Мистер Макс.
Родители не понимали, до сих пор пребывали в мире иллюзий касательно производства кукол. Как же два взрослых человека могли быть настолько наивными и не видеть вокруг себя? Сомнительно. Или постойте. Должно быть знали и принимали, покуда имелась возможность жить на богатой половине!?Предатели!
Я шарахнула ручкой двери об стену, влетая в свою комнату и вспоминая, как выдумала историю своего исчезновения и последующего чудесного возвращения. История сшита белыми ниткам, при желании потяни за одну и гнойный нарыв вскроется, но родители тактично не делали этого. Теперь же всё встало на положенные места, по какой причине не дергали. Все они знали. Знали из какой задницы я выкарабкалась благодаря Джокеру, но молчали дабы сохранить положение в обществе.Загнанным зверем я нервно несколько раз протоптала большой ворсистый ковер. Вперед-назад. Капкан прочно захлопнул острые клыки, не давая мне успокоиться. И я поняла, что настал момент, что-либо делать со своей жизнью. Сколько можно плыть по течению и быть амебой? Не для того, выбиралась из лагеря Смерти, чтобы на воле стать куклой богатого недоноска. Больше никто не заставит меня насильно трахаться! Лишь я сама буду выбирать партнера для секса и уж явно не за деньги.
Вот только все громкие мысли забились в уголок, и я вместе с ними остановилась, прекратив бессмысленно ходить назад-вперед. Одна здравая мысль с опозданием озарила. Мать твою за ногу. Из-за чего я громко и еще несколько раз ругнулась матом. Только что в собственном доме я опрометчиво на эмоциях поведала матери и отцу секрет о создании кукол. Существуется простая, известная всем истина: богачи находятся под неустанным контролем со стороны государства. Не приведи Бог ляпнуть что-то против политиков. Про них либо хорошо, либо никак, также, как о мертвых, но в данном случае не они будут мертвыми, а ты, если ляпнешь глупость. Специалисты по прослушке обязательно покажут это видео Румынскому и тогда мне - свидетелю страшных дел в стенах лагеря смерти - не жить.
Предательница
Прежде подобных мыслей не возникало, но сегодня отчетливо поняла, что являлась ненужной свидетельницей темных делишек Бонифациев и Вацлавов и до тех пор пока я молчала - пребывала в безопасности, но сейчас я ляпнула, не подумав. Логично, если сию секунду за мной выслали спецов с целью убрать мешающую муху.
Времени не оставалось на лишние думы, поэтому закинула в спортивную легкую сумку вещи первой необходимости, в том числе документы. Попрощалась с Большим Максом, пообещав когда-нибудь забрать его к себе. На цыпочках благополучно спустилась по лестнице, тихонько, как воришка. Позор какой. Тайком убегала из собственного дома.
Надела кеды для удобства передвижения, потянула дверную ручку ииии… За один шаг до свободы позади услышала разочарованный, уставший голос матери:
- Ты предсказуема…
Голос раздался со стороны темного зала. Боковым зрением я определила силуэт матери, сидевшей на диване с очередной порцией виски. Сегодня ее главной задачей оказалось, как можно сильнее напиться, тем самым забыв про непутевую дочь.
- Учти одно - уйдешь и забудь дорогу домой. Один раз в жизни мать попросила о чем-то, а ты…
- Я не стану шлюхой для богатого папика. Проси о чем угодно, но не об этом.
- Твой побег смешон. Румынский из-под земли тебя достанет. Не удивлюсь, если после твоего оскорбления, он уже спешит к нам.
- Я не сбегаю, а съезжаю! Не выбрасывайте мои личные вещи, позднее их заберу.
Уже почти шагнув в проем двери, в последнюю секунду я замешкалась, разрываемая внутренними противоречиями, ведь из-за гордости возможно подставляла родителей и это пугало. Страх, что самоуверенный чиновник навредит родителям, все же червем разъедал душу. Но… Но я не могла пойти против принципов. Раз приняла решение, то не в моем характере отступаться от цели. Некогда предаваться меланхолии и обливаться горькими слезами.
Бросив заключительный взгляд в зал, увидела, как на диване царственно восседала мама, прокручивая между пальцами ножку бокала. Приняв мой отказ за жестокое предательство, она не пожелала на прощание посмотреть на дочь. И я тоже разочарованно отвернулась, взявшись за ручку.Последний шаг на улицу дался особенно тяжело, словно из меня щипцами медленно вырывали куски мяса. Один за одним. Очень больно. Принятое решение рикошетом отлетело и в меня.Стараясь игнорировать зудящее под ребрами чувство под названием грусть, по телефону быстро заказала билет на автобус. Легче всего затеряться в самом крупном
