разгрузила пакеты с продуктами и они образовали на кухонном столе горку, выпавшую из рога изобилия, калькулятор в её голове прикинул так и этак. Вследствие чего родилась фраза, она же вопль души:
— И на какие же это шиши?!
Игорь Петрович в объяснения не вступал, решив отделаться улыбкой сфинкса, прочно поселившейся на его лице.
Супруга растерянно замолчала.
«Предстоящий Новый год будет черт знает каким», — с раздражением думала Нина, глядя на мужа.
Давно известно: как встретишь Новый год, так его и проживешь. Новогоднее застолье разительно отличалось от всех предыдущих, похожих друг на друга как братья-близнецы.
Игорь, обычно не в меру хлебосольный, совсем не следил за содержимым бокалов и тарелок. Он то и дело бросал нетерпеливые взгляды в сторону входной двери.
Нина, всегда сама предупредительность, тоже где-то витала мыслями.
Думала она исключительно о муже, что последнее время он сам не свой, отдалился от нее, все думает о чем-то или о ком-то. Не узнать его, как чужой стал. Чужой, значит не мой, а чей тогда? Мозг пронзила догадка: неужели пригласил с работы какую-нибудь дуру? И налилась гневом так, что шея пошла пятнами. Да как он мог?
Гости тоже почувствовали царящее за столом напряжение и отчаянно шутили, пытаясь не дать хозяевам испортить им праздник.
«Кого, кого он пригласил? — Нина трагически сдвинула брови. — Эту толстую приемщицу Люсю или хорошенькую Надю из бухгалтерии?»
Явится сейчас к накрытому столу, разнаряженная и с маникюром. Нина мельком посмотрела на свои необработанные ногти. Она просто не успела привести их в порядок. Только закончила мыть пол в кухне, заляпанный майонезом, как пришли гости. Пока Игорь открывал им дверь, Нина быстро, по-солдатски, оделась и подкрасила лицо. Эти мерзавки, конечно, заметят облупившийся лак на ее ногтях. Она непроизвольно сжала кулачки.
Мысль о Деде Морозе и Снегурочке ей даже не приходила в голову, поскольку под огромной, на полкомнаты, елкой среди прочих даров стоял и их с Игорем подарок Лешке, купленный в полном соответствии с его успеваемостью. Про джинсы, упакованные в фирменный пакет и тихо ждущие своего часа в квартире напротив, она не знала.
Отгремели все положенные тосты, и Нина с ужасом заметила, что муж не допивает водку до дна. Такого не было никогда. «Ну, ничего себе! Хочет быть трезвым для этой!»
С расстройства Нина, которая сама обычно «половинила», так как считала, что хозяйка быть «мордой в салате» просто не имеет права, лихо махнула полный бокал вина. Брови Андрея, её двоюродного брата, поползли вверх. Андрея пригласила Нина, в «противовес» гостям Игоря. Андрей пришел один, без жены и сына, и Нина сразу поняла, что давно намечавшийся в его семье разрыв все-таки состоялся.
Звонок в дверь тренькнул как-то жалобно и нерешительно. Все, кроме Нины, с любопытством уставились на дверь. Нина, недобро прищурившись, глядела на мужа.
— Сынок, — каким-то тонким, с хрипотцой, голосом попросил Игорь. — Поди, открой дверь.
— А там воры, — брякнула Антонина Николаевна, жена Павла Ивановича, между своими именовавшегося Палваныч, а в дни испытаний еще более определенно — Болваныч.
«Болваныч-то наш, — зло шутили приятели, — детей, и то не догадался наделать». Ума, у них, правда, хватало, чтобы не высказывать это вслух.
— Чего я-то, — пробурчал Лешка, ковыряя вилкой бессмертный «Оливье».
Он уже успел развернуть и рассмотреть подарки: конструктор — от родителей, разумеется. Тетя Тоня с дядей Пашей — это меховой заяц. Дешевые пластиковые часы, конечно, от дяди Андрея.
Мама поахала над духами, которые сама же себе купила неделю назад. И они все это время настаивались в самом нижнем ящике комода. Папа получил пену для бритья. Хорошо, что Новый год есть и 23 Февраля, а то хоть не брейся! Дяде Андрею досталась пепельница, хотя уже полгода прошло, как он бросил курить, о чем, между прочим, успел раззвонить всем родственникам. А тетя Тоня с дядей Пашей умилялись вазе под фрукты. Наверное, уже разбили ту, что мама покупала им на прошлый Новый год.
— Мам, ну иди ты открой, — ныл Лешка.
— Нет. — Игорь придержал за руку встающую из-за стола Нину. — Дверь откроет Леша.
Пришлось идти. И он пошел, волоча ногу за ногу, как старик, надеясь, что тот, за дверью, уже ушел.
— У соседей гости всю соль съели, и они пришли занимать её, или там пьяный какой-нибудь заблудился. Сейчас как даст ребенку по башке! — весело предположил дядя Паша.
— Кто? — рявкнул Лешка, пытаясь что-то разглядеть в затертый, мутный глазок.
— Это я, — прозвучал за дверью тонкий хрустальный девчоночий голос.
Лешка открыл дверь и осмотрел с ног до головы девочку в длинном голубом пальто с белым песцовым воротником и стоящего за её спиной дряхлого деда. Дед недовольно зыркал из-под седых кустистых бровей. Его экипировка состояла из шапки-ушанки, серого драпового пальто, и огромных валенок. Заметив, что парень проявил к валенкам особый интерес, дед коротко пояснил: «Артрит». Лешка с интересом посмотрел на девочку. Из-под круглой, отороченной мехом шапочки выбивались пышные пепельные прядки волос. Милое нежное лицо с прозрачно-серыми глазами. Тоненькая и серьезная.
— Вам кто нужен? — с надеждой в голосе, что не они нужны, пискнула из-за спины мама.
Леша оглянулся. Гости и хозяева дружно перебрались в коридор и намертво забаррикадировали проход в недра квартиры.
— Я — Дед Мороз! — Старик стукнул себя рукавицей по груди. — А вот она — Снегурочка. — Он добыл из кармана смятую бумажку и зачитал её вслух собравшимся.
— Так. Улица, дом, квартира, Тихомиров Алексей, он же Алеша, правильно?
— Слава Богу! — радостно воскликнула мама и улыбнулась доверчиво и с облегчением. — Проходите, пожалуйста!
«Пригласил все-таки, осел упрямый», — умиротворенно подумала Нина, прижимаясь к стене коридора и указывая полной рукой, куда именно проходить.
«Так, твою мать, вот тебе и сто пятьдесят рублей, дешево и сердито», — скрипнул зубами Игорь, отступая к противоположной стене.
— А где подарки? — деловито поинтересовался Леха.
— Подарки? — Дед Мороз виновато улыбнулся. — Подарки, конечно, будут.
Игорь так расстроился, что совсем забыл о том, что надо заскочить к соседу за джинсами и незаметно вручить их «ряженым». Он с горестным недоумением смотрел на Снегурочку. Должна была быть дебелая яркая девка, которую он повел бы за талию к столу. А это дитя как поведешь?
Снегурочка внимательно посмотрела на него льдистыми прозрачной стальной голубизны глазами и неожиданно тепло улыбнулась.
«Не дитя, — просёк Игорь, — очень молоденькая, миниатюрная, но вполне женщина. Карманный, так сказать, вариант. И, коса, вроде, своя, до самой…э…».
Все переместились в гостиную.
Дед Мороз и Снегурочка выстроились у елки. Хозяева и гости сели на диван
