– Они создания и избранники Бога, – сообщила маленькая стройная девушка в очках, выступившая уже три раза.
– Хорошо. Вы, Гала, и берите руководство этой частью истории. Чтобы всё получилось правдоподобно, каждому из вас нужно вжиться в образы авторов-дикарей, от имени которых вы поведете повествование, для этого наблюдайте за дикарями несколько часов в день. – Горин включил экран, на котором возникло простое жилище скотовода. – Мы установили камеры в трёх сотнях жилищ, чтобы каждый из вас выбрал себе свой образ, просматривайте быт аборигенов, щёлкая каналы. Каждый из писателей должен выбрать «своего дикаря», чтобы затем представить себя им, – слушайте мелодию речи, копируйте повадки – вы должны «превратиться в этих людей» за неделю. Присваивайте себе номер «вашего» жилища и пишите его в общий файл, чтобы не путаться.
Авторы интенсивно переключали каналы, пытаясь вырвать для себя «лучшего из дикарей». Файл соответствия «писатель—№аборигена» образовался значительно быстрее, чем на конкурсе имён. Горин уволил только 5 человек и ещё раз похвалил себя.
– Гала, прошу вас к завтрашнему вечеру подготовить скелет истории, чтобы загрузить плотной работой первые группы.
– Короче, господа! Нам нужна живая реальность, а не сказка про ёжиков. Обрам и Сарай – создания Бога, Его избранники, как и все их дети, внуки и правнуки, и на все века, а про людей из других народов вы просто не говорите этого, но и не настаивайте на обратном.
Горин напоследок улыбнулся Гале, приободряя её всем своим мужским естеством. Гала расцвела и немного смешной походкой пошла собирать инициативную группу из тех, с кем уже подружилась.
«Неужели она мне понравилась?» – спросил себя Горин в вертолёте.
2. СТРОИТЕЛЬНЫЙ ОБЪЕКТ
Горин покинул писательский цех, чтобы переместиться на другой участок проекта. Мощный вертолёт после взлёта изменил конфигурацию, перестроившись на скоростной режим, и через полчаса Горин был на карьере горного Ливана, где нарезались тысячетонные камни для фундамента дворца будущего наместника Земли. Он надел шлем ещё на подлёте, чтобы не слышать звуки огромных пил, управляемых роботами, и через него связался с мастером участка:
– Володя, как работа, вы успеваете?
– Хрена там, – Горин услышал звенящий голос Трясорукова, который включился в шлеме и визуально.
– Ты где?
– В своей каморке.
– К вагончику, – скомандовал Горин пилоту. Вертолёт сел на площадке у вагончика, сделанного из двух морских контейнеров, в котором Трясоруков и жил, и руководил работами своей небольшой бригады.
Лучше него никто не управлялся с горным делом, поэтому выигрывать тендер ему не предстояло – его уговаривали в течение трёх месяцев для этих работ, а работы было валом: верхние бароны строили себе дворцы-дачи из камня во всех самых диких и прекрасных местах планеты, в надежде стать богами девственной цивилизации. В желающих купить элитную недвижимость не было недостатка, поэтому Бел так возвысился среди верхних и смог получить максимальную поддержку в средствах и специалистах, в технике и технологиях.
Были построены несколько крупных производств для обеспечения строительных работ с тысячетонными мегалитами, способных производить оборудование и осуществлять его ремонт, изготавливать пилы, фрезы и другой инструмент. Ещё несколько крупных предприятий занимались сельским хозяйством, программированием, выращиванием клонов для руководства, генетикой, металлообработкой, производством оружия, робототехники, электроники, модульного жилья, энергетических устройств, систем связи и коммуникаций для КосмоСтроя… Земная цивилизация была уменьшенной копией Небесной.
Бел убедил руководство и дольщиков строить дворцы из камня, имея наметки собственного плана, который не раскрывал никому целиком.
– Боги должны поражать масштабом, – убеждал он сомневающихся в самом начале проекта. – Кто поверит вам, если построить современные здания? Но вам поверят, если мы осилим то, чего и сами ранее не делали, если мы построим невозможное даже нам.
Для осуществления плана Бела были выделены лучшие инженеры, которые запроектировали строительных роботов, способных вырезать, поднять и перенести камень до трёх миллионов килограммов, чего не осуществлялось ранее в видимом мире по причине бессмысленности такой технологии. Но для покорения дикой планеты, населённой людьми, скатившимися до одичания, это имело весь смысл. Людей нужно было убедить в божественности управляющих элохим навсегда. Таков был первоначальный план, завершение которого готовилось к прибытию Провидца и ревизоров, как только откроется Проход. Бел ещё не до конца понимал, почему ему лично так важны огромные камни строений, но слышал голоса в своей голове, которые настойчиво внушали ему эту мысль. Бел приписывал эти голоса Богу – и хотел этому верить.
– Ты ведь в курсе, что срок не будет продлён? – спросил Горин.
– В курсе, в курсе, – лукаво ответил Трясоруков, – а ты в курсе, что мне не успевают поставлять пилы, и что они тупятся?
Горин понимал, что сроки нереальны, как и то, что и некоторое неуспевание к сроку не будет фатальным, но знал, что если не успеет Трясоруков, то не успеет никто.
– Да, я знаю, – ответил Горин, глядя, как укладывается во второй ряд фундамента только что вырезанный камень размером с туристический автобус. – Десять новых пил прибудут завтра. Ещё десять – через неделю, немцы успеют, так что и ты тут сам поднажми.
– Сэт, напомни про двигатель, – подсказал один из рабочих, отдыхающий тут же на лавке.
– Да, Гор, сегодня сгорел главный двигатель одного из шести роботов при подъёме самого большого нашего камня, почти две тысячи тонн, это когда поправлять? – спросил Трясоруков.
– Когда рак свистнет, обходись пока тем, что есть, – ответил Горин, – и это твоя вина, что ты не рассчитал силу трения, превысив номинальные возможности техники. И решай её сам и за свои деньги.
Трясоруков не ответил, насупившись.
– Покажи-ка мне свою работу, Володь, я ведь ни разу целиком не видел её, – попросил Горин миролюбиво.
– Вот так мы относимся к другу! – съехидничал Трясоруков и повёл Горина к площадке на возвышенности, с которой велось управление работами.
Внизу как на ладони был виден плоский карьер 500—700 метров длиной и шириной, разделенный ровной линией, которая разбивала плоскость на две плоскости, одна из которых была ниже другой метра на 3—4. Плоскость, которая была выше, была нарезана решёткой из параллельных линий по оси ОХ (через 10—15 метров) и по оси ОY (через 3—4 метра), – так оценил сверху Горин, видевший математику в любом процессе. На линии реза (ОX) стоял робот, похожий на многоножку. Сбоку многоножки располагался пильный диск диаметром 10—12 метров.
Сэт с пульта запустил робота, пила набрала обороты и врезалась горизонтально в породу. Робот покатился на колёсах, отрезав линию за 10—15 минут, и выдал нарезанный на куски 15х4х3 метра «брусок» общим размером около 500х4х3 метра, как вычислил Горин со своей позиции.
– Круто, я видел нечто подобное при роспуске брёвен на бруски. Если отбросить масштаб, то технология очень похожа. Всё время хотел узнать, почему диск живёт так долго, особый сплав?
– В охлаждающую жидкость подаются наниты, – ответил Трясоруков.
– А как осуществляется перенос?
– Давай я включу Василия.
Сэт включил другого робота, который был подобным первому, но без пилы и с гнущимися шарнирными ногами, похожими на человеческие. Робот подошёл к камню размером около 3х4х15 метров и, зацепив его гидравлическим захватом, поднял к самому верху, под своё плоское «брюхо», фиксируя его снизу и по бокам выдвижными гидрозажимами.
Робот плавно переместился по неровному горному рельефу к стройке, где нужно – выдвигая ноги, а где нужно – укорачивая их гидравлическими приводами, встроенными в каждую «голень». Закреплённый камень не терял своего горизонтального положения. Движение было равномерным на протяжении всего участка, без ускорений и торможений, робот установил «кирпич» во второй ряд фундамента без малейшего зазора с ранее стоящими, подталкивая его вибротолкачами, похожими на руки.
– А как ты исключаешь зазоры? – спросил Горин.
– О-о-о, это моя примочка, инженеры долго думали, а я подсказал, – засиял Трясоруков, – ты не увидел процесса, потому что «вид сзади», спереди по торцу работает фрезер, подгоняя этот камень к предыдущему на основании данных сканирования. Микронной точности добиваемся только там, где зазор виден, для невидимой части проходим достаточно грубо, чтобы успеть отработать, пока камень в пути. Горизонтальные участки не фрезеруем, поскольку и так присядет от веса, и пила работает достаточно точно.
– Я понимаю, тут всё автоматически, ты только включаешь и выключаешь? – утвердительно спросил Горин.
