— Я согласен, — с готовностью заявил я.
— Ты в этом уверен? — спросил он каким-то зловещим тоном, которого я совершенно не ожидал.
— Да, я уверен, — твердо произнес я.
И тогда он поставил передо мной самую первую задачу (из тех многих, что последовали позжеЛ- выяснить, как выглядит миллион долларов.
— И это все? — спросил я, разочарованный.
— Да, а чего же ты ожидал?
— Не знаю, что-нибудь вроде тайных сделок с акциями, — неуверенно предположил я.
— Питер, быстрых путей к богатству не существует. Люди вечно охотятся за рецептами
быстрого обогащения, ищут способ сорвать куш, но такого способа не существует. Ты часто видел тех, кто выигрывает в лотерею? Богатые люди действуют посредством четкого понимания процессов становления богатства. Эти процессы требуют времени, усилий, знаний и энергии. Если ты действительно хочешь стать богатым, я буду счастлив помочь тебе, но, как я сказал, не трать мое время, если ты не готов приложить усилия.
Внезапно я понял, что аудиенция окончена. Мой богатый друг хотел приступить к чтению финансовых страниц газеты, без сомнения, чтобы проверить, насколько увеличилось за ночь его богатство. Он написал на салфетке номер телефона и передал мне.
— Ты сможешь связаться со мной по этому телефону. Позвони, когда решишь задачу.
Должен сказать, я ушел, разочарованный. Я надеялся, что мне откроют секреты жизни, Вселенной и все такое прочее, а мне задали лишь очевидно бессмысленное задание.
Мне хотелось надеть футболку, знаете, есть такие, с надписями, типа: «Я пил кофе с мультимиллионером, и все, что я приобрел, — это дурацкую задачку». Но, вспомнив часы «Ролекс» и платиновую кредитную карточку, которой он расплачивался за кофе, я решил, что, наверное, он все-таки знает кое-что о деньгах, и поэтому решил выполнить задание.
Найти кого-то, кто мог бы показать мне миллион долларов, оказалось труднее, чем я предполагал. Ну кто носит с собой миллион долларов?
После длительных переговоров я упросил одного работника банка разрешить мне посмотреть, как выглядит миллион долларов, при том условии, что я приду на заранее организованную экскурсию с другими людьми. Это показалось мне, безусловно, вполне разумным, и я предвкушал удовольствие разделить экскурсию с людьми, несомненно, облеченными высокими деловыми полномочиями, может быть даже с арабскими шейхами!
Накануне условленного дня я с трудом мог заснуть. Я лежал в кровати и думал о размерах хранилища, о решетках, замках и лазерных лучах, функцией которых было охранять деньги. Я представлял, как стою рядом с миллионом долларов. В конце концов я заснул с мыслями о том, как плаваю среди всех этих чудес, и с вопросом, не дадут ли мне что-нибудь в качестве сувенира на память о посещении банка.
Я встал очень рано, надел самую лучшую одежду, которая у меня имелась (сказочно я, конечно, не выглядел, но лучше у меня ничего не было), и огляделся. Жалкий дом — до чего же убогим он был!
Люди, с которыми я делил это жилище, не слишком напрягались убирать его — какой смысл, раз дом все равно будут ломать. Поэтому в нем всегда стоял странный запах плесени и старых носков.
И вдруг меня пронзило ощущение уверенности, что скоро я уйду отсюда и что этот день в банке с миллионом долларов все изменит.
Я прибыл рано, боясь пропустить экскурсию, и сообщил управляющему о себе. Он уже был сыт по горло моими текстами по поводу миллиона долларов и попросил меня подождать в маленькой приемной. Кондиционер в ней, судя по всему, отсутствовал, в отличие от всего остального здания. Сидящие здесь люди ждали сотрудников кредитного отдела банка.
Один из них сказал: «Наверно, они хотят, чтобы мы как следует пропотели».
Внезапно поднялся страшный гвалт. Стадо детишек лет пяти с невероятной энергией ворвалось в помещение в сопровождении воспитательницы, которая, как ни старалась, не могла их усмирить. Они были очень возбуждены, а я разозлился, потому что они испортили мне «особый день» и мешали мечтать о плавании в деньгах
Вышел тот самый работник банка и кивком велел мне и воспитательнице следовать за ним. Когда воспитательница выстроила детей в каком-то подобии порядка, они принялись орать, визжать и беситься позади нас.
«И это моя экскурсия?» — в смятении думал я. День оказался вовсе не таким особенным, как я себе представлял.
Работник банка, до невозможности растягивая слова, рассказал нам о работе банка, позволяя детям нажимать на кнопки калькулятора и смотреть, как из франкировальной машины выползает лента чеков. К тому времени как мы добрались до столовой, мое разочарование выросло до небес.
— А теперь, дети, — начал он, очевидно, настраивая ребятишек на какое-то большое приключение, — готовы ли вы увидеть деньги?
Свою готовность дети продемонстрировали громкими криками.
«Наконец-то мы увидим хранилище», — подумал я.
— Надо только подождать охрану, — добавил он несколько таинственно. Для меня его слова прозвучали как обещание.
Я представил себе крупных, мускулистых, как культуристы, ребят, вооруженных до зубов. Их должны были сопровождать обученные овчарки на туго натянутых поводках с обнаженными клыками, готовых разорвать на куски каждого, кто покусился бы на сокровища.
Должен сказать, что, когда «охрана» наконец появилась, от моего восторга не осталось и следа.
Это был толстяк с пятном на рубашке, — видимо, следствием обильной трапезы. На нем была дурацкая фуражка (которую он то и дело снимал, чтобы почесать лысину). Собаки не было и в помине, а его единственным оружием был пристегнутый к ремню старый карманный фонарик.
Все это не имело ничего общего с моими представлениями об охране банка.
Охранник вразвалку прошествовал к стальной, по-видимому, двери — я-то представлял себе тяжелую массивную дверь в хранилище — и открыл ее простыми ключами, которые висели у него на поясе.
Я оттеснил нескольких пятилеток, в основном девочек (с некоторыми мальчиками не так легко было справиться), чтобы пробраться как можно ближе к деньгам.
— Вот, — произнес с воодушевлением работник банка, — перед вами миллион долларов!
Мальчики впереди не выразили никакого интереса — один, едва взглянув на деньги, тут же отошел назад и вытащил портативную видеоигру. Мое волнение тем не менее не уменьшалось, а дети медленно отходили, впервые затихнув с момента их появления в банке.
Наконец настала моя очередь, и я увидел собственными глазами миллион долларов.
К моему удивлению, никакого сияния я не обнаружил, а сама кипа денег оказалась меньше, чем я ожидал, — много, много меньше. Размером она была на самом деле сантиметров шестьдесят на шестьдесят. Меньше даже, чем кубометр. Меньше, чем чайный ящик Вы точно не сможете погрузиться в нее, а уж тем более не поплаваете в ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
