них, скорей всего, но все равно. Она же у нас работала. Значит у нас ЧП.
– Лена, я ничего не поняла.
Соня не выдержала и потребовала:
– Лена! ты можешь четко и внятно сказать? Какое ЧП? Кто у нас работал? Что случилось? Говори быстро.
– Вера Ивановна не пришла на работу к восьми часам.
– Я ей сейчас позвоню. Это же не повод для паники – заверила Соня.
– Мы уже ей позвонили.
– И… – нетерпеливо протянула Соня – Лен, из тебя сегодня пинцетом слова вытягивать?
Лена захлопала ресницами, представив картину, Соня поторопила:
– И что вам сказали?
– Нам сказали, что ее вчера ограбили, избили и покалечили, и она сейчас лежит в больнице, умирает – на одном дыхании выпалила Лена и зарыдала.
– Во дела – протянула Соня.
– Так, спокойно – скомандовала Лика, встала с кресла, подошла к дивану, достала из сумочки телефон и набрала номер Веры Ивановны – главного бухгалтера фирмы.
– Выключен. Соня, найди мне е домашний номер. Может сын уже вернулся домой, она говорила, что он приезжает на днях, только не говорила когда именно. Может он мне все объяснит.
Соня побежала в приемную и стала щелкать клавиатурой компьютера. Все личные данные и прочую информацию она, как современная женщина, держала в гаджетах, и принципиально не пользовалась блокнотами и тупыми карандашами.
– А нам что делать? – чуть успокоившись, спросила Лена.
– А у вас нет дел? – удивилась Лика, понимая, что сегодня бухгалтерия будет работать в режиме незакрывающегося рта и обсуждать происшествие с главным бухгалтером.
– Есть.
– Так делайте их, пожалуйста.
«Не все мои сотрудники служили в армии» – Лика засомневалась.
Лена на пороге оглянулась:
– А Вера Ивановна?
– Я узнаю и сообщу вам – пообещала Лика.
Секретарь оббежала бухгалтера, вбежала в кабинет и протянула распечатку с личными данными. Лика набрала номер и стала слушать гудки. Никто не подходил к телефону. Наверное, сын еще не приехал. Она набрала еще раз. Выпроводив бухгалтера из приемной, Соня зашла к Лике и спросила:
– Ну что?
– Не отвечает. Дома никого нет.
Она положила трубку на аппарат, а ее мобильный зазвонил, на дисплее высвечивался незнакомый номер.
– Да – торопливо ответила она.
– Я сын Веры Ивановны, Виталий, – представился хозяин незнакомого номера – Она попросила меня позвонить вам и сообщить, что не сможет сегодня прийти на работу.
– Виталий, как она себя чувствует?
– У нее сильный ушиб головы и сотрясение.
– Где она?
– В седьмой больнице.
– Я могу к ней приехать? Меня пустят?
– Да. Именно поэтому я вам и звоню. Она попросила, чтоб вы приехали и захватили банковские документы.
– Вы серьезно? – удивилась Лика, про себя подумала: «Вот Вера Ивановна не только в армии служила, она еще и робот» и уточнила – она с сотрясением просит, чтоб я привезла ей документы?
– Да, мама сказала, что ей нужно подписать чековую книжку.
– Хорошо. Что ей можно привезти? Я имею в виду не документы.
– Ничего не надо. Я все уже привез.
– Я скоро буду. – Лика попрощалась и отключила телефон.
– Как Вера Ивановна? – спросила Соня, слышавшая половину разговора.
Лика стала собирать свою сумочку, не забыть телефон, блокнот, на ходу пересказывая разговор с сыном Веры Ивановны. Она открыла сейф, достала чековую книжку и положила в сумочку.
– Удивительная женщина. Она даже с сотрясением заботится о том, чтоб мы сегодня получили деньги. Профессионал. Люблю ее, – восхитилась Соня и добавила – но ничего же не случится, если деньги получите завтра или через неделю, а не сегодня?
– Нет, Соня, – не согласилась Лика – Вера Ивановна права. Все нужно делать вовремя. Сегодня значит сегодня. Тем более штрафы за каждый день просрочки нам не нужны.
***
Лика заехала в магазин, купила виноград и сок. Виталий сказал, что ничего не надо привозить, но у нее даже в мыслях не было послушаться его. Никогда в ее жизни еще такого не было, чтоб пришла она в гости без гостинца. Посещение больного в больничной палате, это, конечно, не поход в гости, но с пустыми руками она не пойдет.
«Плохо, что люди болеют – думала Лика, встречая возле больницы людей в халатах, в медицинских – медперсонал, в домашних – больных. – Плохо, что болезни приводит их в стены этого заведения, с жутким названием больница. Интересно, это название произошло от слова боль? Здесь причиняют боль или убирают боль? Лучше лечиться дома. Но просто так в больницу не госпитализируют, по пустякам в больницу не кладут. Значит, на это были весомые неотлагательные причины. Здесь пахнет болью. Болезнь источает боль, которая чувствуется каждой клеточкой тела».
Она очень не любила, когда люди лежат в больнице. Да, да, именно так. Именно, «лежат в больнице» – это она ненавидела, суеверно боялась этого и переживала за лечащихся. Тот факт, что люди болеют – не пугал ее. Да в любом возрасте можно заболеть, подцепить заразу, поймать вирус, простудить горло холодным мороженным или соком со льдом, все это случается. Но не столь страшно, когда человек лечится дома. Дома ему помогают родные, мамы, папы, дедушки и бабушки, своя комната, родные стены, да любимая подушка, наконец. А в больнице что?
Племяннику Мише было почти годик, когда он заболел. Весь день он был вялым, плохо ел, капризничал. Никто не мог понять от чего ребенок стал температурить, ведь в семье никто не болел. На следующее утро сестра помчалась с ним в больницу. Педиатр поставила диагноз – вирусная ангина – и не стал рисковать, отправил их в стационар.
Мальчик рос плотненьким бутузом, щечки пухленькие, на ручках и на ножках – складочки, пузико у карапузика. Доктор прописал капельницу с антибиотиками. Медсестры забрали ребенка у матери, чтоб поставить систему. Миша орал так, что Ангелина рвалась в двери процедурной. Сколько времени прошло, она не знает, но когда ей разрешили войти, то обе медсестры возмущенно пожаловались «Он у вас такой толстый, что мы долго не могли найти вену». Ребенок лежал под капельницей, спал и нервно всхлипывал во сне. «Могли бы не выгонять меня, я бы помогла найти.– шепотом возмутилась мать и на удивленный взгляд медсестер, пояснила – я доктор». Она села рядом, прикрывая Мишеньку своими руками, как куропатка прикрывает крыльями своих птенцов.
Когда они вернулись в палату (катетер стоял на запястье), и Геля сняла с ребенка штанишки, то увидела на ножках следы от уколов. Она растерянно застыла. Она стянула с ребенка рубашечку – перепроверила свои догадки. На руках, в запястьях, в локтевом сгибе, под коленками были такие же следы.
Эти
