И Буденный сказал речь на могиле Оки Городовикова. Он сказал:
— Умер Ока Городовиков. Он был интереснейший человек. Бывало, возьмет Ока шашку, хрясь! — и человек до пупа пополам разваливается! Интересный человек был Ока Городовиков...
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
В Москве в одном из домов на старом Арбате жил писатель. Он не был ни лауреат, ни кандидат, ни депутат. Он был просто писатель и жил поэтому в коммунальной квартире. И соседи у него были хорошие. И токарь Никодимыч был хороший: он придет с работы, выкушает бутылку водки и сидит себе на диване и слушает по радио про футбол, когда играет любимая команда «Спартак», и никого не трогает, ну разве только даст по шее жене, чтобы не топала, когда он радио слушает. И студент Коля тоже был хороший. Его дело и вовсе легкое. Когда мама на работу уходит, приведет Коля девчонку, и попискивают они у себя в комнате и никому не мешают. И бабушка Анна Григорьевна тоже была хорошая. Она себе живет не тужит, милостыню собирает у церкви, творога себе купит — а там и день прошел. И только кладовщица Валентина из пятой комнаты была плохая. Она не любила писателя и везде его преследовала разными гадкими словами. Она ходила в своем противном розовом халате по кухне и говорила:
— Какой такой он писатель? Бездельник он, вот и все. Все советские люди на работу ходят, а он, небось, только в 9 утра зенки свои продирает. Надо будет в органы сообщить, пусть проверят, что он там цельный день на машинке стучит.
Писатель просто доходил до исступления, слыша за дверью этот противный голос. А поменять комнату или, еще лучше, получить отдельную квартиру он не мог, потому что, как автор указывал выше, он был рядовой писатель. И вот он написал книгу. Наверное это была отличная книга в духе событий. Автор думает, что она была в духе событий, потому что другую книгу в то время и не издали бы. В те годы был моден конфликт «хорошего и отличного». Ну например, очень хороший директор завода не хотел внедрять новую технику, а тут пришел отличный главный инженер и внедрил. Попутно, он спас тонущего ребенка и женился на жене директора, которая тоже любила внедрять новую технику. Вот такую, скажем, книгу и выпустил наш писатель. А может быть, другую. Историческую. В которой доказывался бы приоритет русской науки перед иностранной. Или еще какая-нибудь прогрессивная идея. Короче говоря, книга эта увидела свет.
Однажды ночью, когда в квартире все спали, раздается телефонный звонок. Писатели спят чутко, потому что основные мысли о будущих произведениях приходят писателям по ночам. Писатель вскочил и в трусах и в майке выскочил в коридор, где и стоял их общий коммунальный телефон. Голос по телефону говорит:
— Это писатель такой-то?
— Да...
— Одну минуту, сейчас с вами будет говорить товарищ Сталин.
Писатель чувствует, что все перед глазами у него поплыло, и он не может понять, спит он еще или уже умер, и это некое потустороннее явление. С другой стороны, какая-то мыслишка о розыгрыше приятелей, хотя какой же приятель позволит себе такой розыгрыш, ведь не сумасшедший же он. А в трубке говорят до боли знакомым голосом:
— Здравствуйте, товарищ писатель. Я тут прочел вашу книгу. И, знаете, получил удовольствие. Вы совершенно правильно ставите вопрос о повышении производительности труда...
Писатель слушает, переминается босыми ногами в коридоре, а тут Валентина, чертова кладовщица, отворяет свою дверь, выходит как есть в бигуди и в розовом своем халате, кладет ручищи свои на бедра и говорит:
— Нет, вы только взгляните на него! Люди добрые спят, им завтра на работу идти, план для государства выполнять, а этот замухрышка, бездельник этот задумал по телефону разговаривать! А я вот сейчас вызову милицию...
Писатель одной рукой трубку закрывает, чтобы товарищ Сталин не слышал противного валентининого голоса, а второй рукой так делает, мол, иди, иди себе с богом!
Валентина, кладовщица эта, говорит:
— Смотрите на него, он еще и рукой размахался, ишь ты шустрый какой, ты у меня сейчас намахаешься!..
Тут наш писатель не выдержал и говорит:
— Оставьте меня в покое, не видите, я с товарищем Сталиным разговариваю...
Валентина, эта кладовщица, от изумления просто потеряла дар речи. Но не надолго. Она говорит:
— Определенно, ты не только дармоед, но еще и сумасшедший. А за эти твои слова про товарища Сталина я тебя просто выселю из нашей квартиры. Это как же ты посмел такую контру говорить. Да еще в четыре часа утра. Я сейчас же иду в милицию.
Товарищ Сталин спрашивает:
— Что там у вас, товарищ писатель, я, кажется, слышу еще чей-то голос...
Писатель говорит:
— Понимаете, товарищ Сталин, это соседка наша Валентина. Вообще-то у нас все хорошие, и токарь Никодимыч хороший, и Коля — студент — тоже хороший, вот только Валентина, кладовщица эта... Господи, о чем это я? Товарищ Сталин, разрешите я позвоню вам из автомата, а то мы здесь и поговорить как следует не сможем.
Сталин говорит:
— Из какого автомата?
— Да у нас на улице телефон-автомат, я бы вам сейчас же перезвонил.
Товарищ Сталин говорит:
— Ну хорошо, сейчас мы уладим это дело.
И раздались короткие гудки. Писатель думает: ну все, погиб я! О чем я говорил товарищу Сталину? Ну при чем тут токарь Никодимыч! И при чем тут эта проклятая Валентина! Надо теперь собирать вещи, потому что, видимо, пробил мой час. И зря я написал эту лживую книжку про конфликт «хорошего с отличным», перед коллегами стыдно! Сейчас придут...
И действительно, через пятнадцать минут раздался звонок в дверь.
Валентина, холера эта в халате, бежит открывать. Входят военные.
— Писатель такой-то в какой комнате?
Валентина, от радости вся красная, бежит показывать. Военные что-то говорят за дверь, входят солдаты, тянут кабель, приборы всякие, военный дает трубку писателю и говорит:
— Продолжайте, пожалуйста.
Писатель трясущимися руками берет трубку, а из трубки голос товарища Сталина говорит:
— Надеюсь, что теперь нам не помешают? Итак, я прочел вашу книжку и считаю, что вы абсолютно правильно ставите вопросы о повышении производительности труда...
А в дверях стоит эта дура Валентина с открытым ртом и токарь Никодимыч с женой, и студент Коля с девчонкой (его мама как раз в ночную смену работала), и бабушка Анна Григорьевна, и смотрят они во все глаза, как солдаты в наушники слушают, и военные стоят по команде «смирно», а писатель с товарищем Сталиным полемизирует со словами: «Да, Иосиф Виссарионович, конечно, Иосиф Виссарионович...».
Автор не знает, как сложилась дальше судьба этого писателя. Скорее всего, он теперь и лауреат, и кандидат, и депутат. Ведь не каждому же писателю вот так запросто звонил товарищ Сталин. И квартира у писателя, автор думает, теперь отдельная, со всеми удобствами, окна выходят на Кремль, чтобы никогда не забывал, что товарищ Сталин любил читать книжки.
ТОВАРИЩ СТАЛИН СМОТРИТ ФИЛЬМ «ЧАПАЕВ»
Товарищ Сталин очень любил кино. Он, как и товарищ Ленин, считал его важнейшим из искусств. Поэтому все новые кинофильмы, созданные советскими режиссерами, он лично утверждал. Разрешал. Или запрещал. И он никому не передоверял эту обязанность. Он был первый зритель и первый критик. И он всегда с нетерпением ожидал нового фильма. Чтобы, во-первых, его просмотреть. А уж потом разрешить его показывать другим. Или, в крайнем случае, запретить. Уж кому как повезет. Но работа эта была не слишком напряженная, потому что фильмов тогда выходило не очень много. Шесть штук в год. Или четыре. Но все четыре должны были быть шедеврами и сразу идти в золотой фонд мирового искусства.
А тут братья Васильевы создали фильм «Чапаев». Это теперь к герою гражданской войны Василию Ивановичу Чапаеву относятся почему-то плохо, рассказывают про него смешные анекдоты и издеваются над его простотой и необразованностью. А тогда он был настоящий герой.
И братья Васильевы решили снять про него фильм. Собственно, они не были братьями. Они были однофамильцами. А, может быть, они просто так придумали себе псевдоним — братья Васильевы, автор не очень точно помнит, почему их так звали. Но фильм они сделали хороший. И начальник Главкино повез его показывать товарищу Сталину. И взял с собой братьев Васильевых. Наверное, товарищ Сталин велел ему их взять. Не сам же он до этого додумался.
И вот они вчетвером смотрят фильм «Чапаев» в Кремле в просмотровом зале товарища Сталина. Братья Васильевы с трепетом ждут своего приговора. Кончился фильм. Все молчат. Товарищ Сталин говорит:
— Сейчас мы посмотрели с вами замечательный фильм «Чапаев». Это великолепный фильм, который с энтузиазмом встретят рабочие и колхозники нашей страны. Наша партия давно ждет такого произведения искусства. Без преувеличения можно сказать, что советский народ пойдет на эту картину, как на праздник.
