Читаем без скачивания Ратибор. Победа или смерть - Александр Фомичев

Это было лезвие одного из двух клинков, что принадлежали сидевшему рядом с Ратибором русому воину. Мирослав, а именно так звали мечника с двумя мечами, вырос как из-под земли, прикрывая своему рыжему другу спину. Один из его палашей и упирался сейчас в кадык телохранителю. Глаза Мирослава сурово смотрели в зенки неуверенно привставшего перед ним бойца. На шее последнего появился небольшой прокол, и тоненькая струйка крови неторопливо потекла по лезвию клинка вниз. Несколько капель упали на пол. Можно было не сомневаться, что, если охранник сделает хоть одно неверное движение, долго он после этого не проживёт. И сам телохранитель, глядя в холодные, спокойные очи Мирослава, понимал это лучше всех. Струйка ледяного пота побежала по его спине, когда он задрал голову, убрал медленно руки от кинжала, поднял их ладонями вверх и тихо сел назад, на лавку. Лезвие меча у горла быстро охладило его первоначальный порыв броситься на помощь своему хозяину. Да, конечно, он хотел ему помочь… Но ещё больше он хотел жить! И своей смерти он только что заглянул в глаза. Они не обменялись ни единой репликой с Мирославом. Два воина прекрасно поняли друг друга и без слов, ибо общались на одном и том же, прекрасно им знакомом и древнем, как сам этот мир, языке — языке острого клинка и крепкой стали.

Между тем экзекуция купца Крямзия была в самом разгаре.

— Ты где, вообще, находишься, жук навозный, ты знаешь⁈

Ратибор тем временем явно вошёл в раж и вдохновенно продолжал свою пламенную речь, крепко держа торговца за ворот его богато расшитого заморским бисером вычурного красного камзола:

— Это наша земля! Это наш город! И это — наша харчевня! Ты ходишь по нашей земле, сидишь тут, жрёшь и пьёшь только потому, что мы настолько добрые, что позволяем тебе всё это! Ты здесь гость, заруби себе на носу, клоп вонючий! А в гостях себя так не ведут! Понял меня⁈ — с этими словами рыжий громила подвинул здоровенную миску с говяжьей похлёбкой, стоящую на столе, и с размаху окунул в неё мордаху Крямзия.

— Утопить тебя, что ль, в этой посудине, как последнего евнуха… — вслух, как бы размышляя, произнёс Ратибор, крепко держа противно булькающую в тарелке супа голову незадачливого лавочника. Тот попытался судорожно вырваться из могучих рук разъярённого гиганта, но это было больше похоже на безнадёжные потуги вяло трепыхающейся в паутине мошки. Вообще без шансов! Рыжебородый исполин, казалось, даже не заметил этих тщетных попыток. Наконец, видя, что Крямзий уже еле шевелится, он вытащил его ряху из миски. Тот сразу стал жадно глотать ртом воздух. Похлёбка у него разве что из ушей не текла. Ратибор принюхался и брезгливо отпустил неудачливого говоруна.

— Ты чего, обделался, что ль, седло старого ишака? Может, сожрать тебя заставить твоё собственное дерьмо…

Купец испуганно затряс головой:

— Н-не-н-над-до… П-п-прошу-у вас-с… Я всё п-п-понял…

Крямзий представлял собой сейчас жалкое зрелище. Весь в похлёбке да своих фекалиях, трясущийся от страха, он нисколько не напоминал себя недавнего, такого важного и вальяжного. Глядя снизу вверх на Ратибора, он больше походил на кролика, посмевшего ненароком наступить на лапу спящему медведю.

— Сейчас извинишься перед хозяином и его дочкой, возместишь им за побои и за своё отвратительное поведение. За жратву и выпивку рассчитаться тоже не забудь! И если ещё раз услышу чего-либо от тебя, какие-нибудь мерзопакостные звуки из твоей пасти… Палками, аки бешеных собак, погоню из города тебя и всю твою свиту! Ты меня понял⁈

Ратибор нависал над трясущимся барышником, как скала. И вид его был страшен. Окружение торговца сидело тихо, как мыши, отводя взгляды и не смея даже пискнуть. Оказаться рядом с тремя лежачими на полу телохранителями или поменяться со своим хозяином местами никому из них не хотелось.

— Как бы лавочник не окочурился тут от страха, друже! — Мирослав улыбнулся про себя. И вместе с тем зорко следил, чтобы никто более не шелохнулся из купеческого окружения. Его меч по-прежнему упирался в шею сидящего охранника, которому оставалось только безропотно наблюдать, как алая струйка образовала тонкий ручеёк, бегущий по клинку, что находился у его горла. На полу уже появилась небольшая лужица крови.

— Бойся меня… — Ратибор вдохновенно продолжал свой монолог. Все в таверне с интересом и даже с некоторым сочувствием наблюдали за происходящим. Купец, конечно, попал… Но сам ведь виноват! Хорошо, что хоть сейчас всё осознал и заткнулся! Поди, и пронесёт его, отделается только вонючими шароварами…

И тут, на счастье Крямзия, дверь в кабак открылась и в «Четыре копыта», пригнувшись, чтоб не удариться головой, вошёл витязь. Был он высокого роста, статен, косая сажень в плечах, как у Ратибора. Но не такой массивный, чуть легче и стройнее и чуть уже последнего в плечах и талии. Копна русых волос и такого же цвета небольшая бородка обрамляли его правильное, можно даже сказать, красивое, мужественное лицо. Одет он был, как и Ратибор с Мирославом (да и как большинство сидящих в корчме), в такую же широкую простую плотную рубаху, шаровары, подпоясанные ремнём, да кожаные сапоги. На поясе — широкий двуручный меч в ножнах. Зайдя и быстро оглядевшись, новоприбывший с ходу верно оценил ситуацию: «Ратибор сейчас душу из человека вытрясет…»

Надо было купца спасать, а то так он их всех распугает, торговля встанет, а это не есть хорошо для града нашего славного… Да и князя приказ…

— Какие-то проблемы? — прищурясь, спросил вошедший, взирая на Мирослава и Ратибора с трясущимся Крямзием.

Рыжеволосый великан медленно оглянулся на говорившего:

— Явился, наконец, — буркнул он себе под нос. Потом опять к барышнику: — Это тебя спрашивают, плешивый ты пенёк! Проблемы есть?

Крямзий отрицательно затряс головой:

— Ни-и-и-к-как н-н-нет, ни-и-к-к-каких п-п-проблем-м, — кое-как пролепетал он, стуча зубами от страха.

— Проблем нет! — бодро ответил Ратибор только что прибывшему воину, после чего произнёс последнее напутствие купцу: — Ещё раз…

Ратибор многозначительно погрозил указательным пальцем несчастному Крямзию. Тот лишь закивал испуганно в ответ. Мирослав убрал свой меч от горла незадачливого охранника и не спеша вытер клинок от его же крови о плечо сидевшего перед ним неподвижно, как статуя, телохранителя. Любопытствующая публика в таверне выдохнула и расслабилась. Похоже, повезло торговцам, легко отделались!

Ратибор подошёл к столику, где они сидели ранее с Мирославом, забрал свой двуручный топор и допил махом кружку кваса. Хозяин оказался тут как тут.

— За