вариантов, ведь так?
Фёдор слегка приподнял уголки губ и закрыл глаза.
– Предпочту пока воздержаться от выбора одного из этих вариантов. Маловато исходных данных. У вас и самого есть соображения на этот счёт. И вы пока их тоже не довели до логического завершения. А по сему, – Фёдор жёсткой ладонью согнутой руки указал Дмитрию на выход, – каждому из нас пока есть, чем заняться.
– Благодарю Вас, Фёдор Артемьевич. Ваш пытливый ум всегда подмечает что-то особое. Счастлив служить с вами.
Дмитрий Олегович очень ценил общение с Фёдором, хоть порой оно и шло не слишком гладко. Но Дмитрий однозначно знал подход к своему товарищу.
Командир уже направлялся к Анатолию, завершавшему плановую тренировку, как вдруг Аня и Женя окликнули его.
– У вас найдется несколько минут для нас? Это важно.
– Слушаю.
– Есть предположение, достойное почетного места в теории заговора для MG-7873. Все ведь помнят «Солярис»? Может, здесь тоже есть нечто высокоразвитое, способное вводить нас в заблуждение?
– Продолжайте.
– Помимо голых предположений хотелось бы ещё сказать вот о чем, – подхватила Женя. – Результаты наших первых исследований позволяют выявить пусть пока и не полную, но логичную картину взаимосвязанных процессов, происходящих здесь. И, возможно, это прозвучит громко, но… Точность этой планеты указывает на то, что у неё есть создатель.
– Точность всей Вселенной указывает на то, что у неё есть Создатель. Но многих это не убеждает и не будоражит.
Девушки опустили разочарованные взгляды к ногам.
– Я не хочу спорить с вами, дамы. Напротив, я на стороне ваших теорий. Простите за эти мысли вслух… Вы убеждены, что есть кто-то – некая личность, форма которой пока нам неизвестна, – кто имеет главенствующую роль на MG-7873?
– Может, это и что-то безличное, это не самое важное. Важно, что оно управляет остальным на этой планете и, быть может, даже гораздо большим, чем мы можем себе представить. Может, оно способно управлять не только чем-то физическим.
– Как по мне – это принципиально важный момент, – остановила коллегу Аня. – Я настаиваю на том, что это именно личность. Нечто отрешённое и нецелостное, несовершенное просто бы не смогло создать это, – она раскинула руки, – или хотя бы овладеть управлением такого масштаба. Да, возможно, мы пока не имеем представлений о форме жизни этой личности, но и это, возможно, лишь временно.
– Ваши бы размышления, да ещё до экспедиции…
– Но до экспедиции же мы не знали о том, что нас ожидает.
– Не знали. А речи такие вести уже могли… Ну да ладно. Евгения, Анна, есть ли у вас собственный опыт особых наблюдений, о которых вы по каким-то причинам не докладывали товарищам? Подобно тому «древообразному» объекту, о котором вы, Евгения Витальевна, недавно упоминали?
– Пожалуй, я вовремя, – улыбаясь, ворвался в разговор Анатолий. – Мне есть, что рассказать. Не стал говорить при Фёдоре Артемьевиче, уж сами понимаете…
Попытка услышать каждого в отдельности потерпела фиаско. Но стало понятно, насколько стесняют членов команды условия общения при Фёдоре.
– Вы только не подумайте, что мы его боимся, – посмеялся Анатолий, – просто к чему лишний раз тревожить человека. Мы очень трепетно относимся к его душевному равновесию.
– Толь, с удовольствием тебя выслушаю, только после дам. Они ещё не закончили.
Девушки переглянулись.
– Нет-нет, пусть он говорит, всё в порядке.
– Те небольшие растения, что меняли местоположение. Я проверил, их сейчас нет вообще в тех квадратах, где они были ранее. Но я только сейчас зафиксировал на фото состояние грунта там и внёс данные в журнал наблюдений. Вы не против, что мы опередим сроки наблюдения в этих квадратах?
– Само собой, я только за. – Дмитрий Олегович заговорщически взглянул на друга, – Вы тоже считаете, что местные растения могут больше, чем земные?
– А кто ещё так считает? – не сдержалась Аня.
– Предположим, что я. У вас есть соображения на этот счёт?
– Уверен… – в один голос начала она с Анатолием. Улыбнувшись друг другу, они одним лишь взглядом определили, кто продолжит мысль.
– Уверена, они могут передвигаться самостоятельно. Но если растения здесь обладают такой способностью, она им для чего-то нужна. Ни одному живому существу не даются способности, которые были бы ему ни к чему. Так зачем же передвигаться растениям здесь?
***
– Это и была первая мысль, с которой я совершенно по-новому начал размышлять о вашем назначении здесь, – смягчив свои слова мягкой улыбкой, Дмитрий Олегович посмотрел на своего нового собеседника, который не то что более не вызывал у его тревоги, а даже наоборот – поселял в его сердце глубокое спокойствие и уверенность. – Всё-таки женщины… Ляпнула она, а в пропасть раздумий попал я. И в куда более непонятную, чем пропасть, в которой копошились её собственные мысли. Она хотя бы знает, где у этой пропасти искать свет – она сама ведь её и сотворила. А я мечусь, пытаюсь разобраться, решить вопрос.
– А о своём назначении здесь ты по-новому начал размышлять?
Низкий и тихий голос, исполненный силой мудрости, напоминал Дмитрию Олеговичу шум морских волн, разбивающихся о камни. Величие стихии – неумолимой и непревзойдённой. Этот вопрос брызгами солёной воды освежил его мысли, ведь капитан собирался продолжить рассуждения в другом ключе.
– Я… Признаться, я больше думал о том, зачем на этой планете растениям нужна способность самостоятельно передвигаться. И почему вас не испугали ни мы, ни земные растения.
– Как только ты позволишь тревоге покинуть твой разум, ты ясно увидишь ответ и на этот вопрос. А земные растения просто особые малыши для нас. Мы готовы научить их многому, но получилось у нас это лишь потому, что они сами этого желали. И потому что мы были готовы действовать с ними непривычными для нас способами. И только из любви. Только из любви.
– Как вообще столь раскидистое, величественное, огромное… дерево? Могу я тебя так называть? Как ты вообще заметил наши крохотные ростки?
– Поставь вопрос правильно: как я при всём тобой перечисленном мог их НЕ заметить? Также я не мог не заметить и того, что ты ищешь ответы вовне, а действуешь чаще вопреки. С какой целью? Ты можешь ответить мне?
– Я действую во имя благой цели. Я покинул Землю, ибо убеждён в глобальной бесперспективности дальнейшей жизни человечества. А на MG-7873 я отправился с миром, создать новое.
– И всё же вопреки. Подобно тому, как мороз сковывает воды озёр и рек, как заставляет растения менять свои одеяния, и тому, как тепло вдыхает новый цикл жизни в земную природу, так и человечеству приходится переживать периоды, когда может казаться, будто дальше – смерть, гибель, забвение… Прими
