Наконец, многочисленные примеры говорят о том, что пьяницы нередко делаются добычей иностранных разведок, становятся на путь прямой измены своей Родине и переходят в лагерь врагов советского народа.
Все эти непреложные истины хорошо известны каждому мыслящему командиру и политработнику, и тем не менее настоящая борьба с пьянством не ведется. Пьянство процветает, оно стало обычным бытовым явлением, с ним смирились, оно не подвергается общественному осуждению.
Неисправимый, беспробудный пьяница и лодырь не только не берется под обстрел большевистской критики, не только не изгоняется из здоровой товарищеской среды, которую он компрометирует, но даже иногда пользуется поддержкой товарищей. Для него находят какие‑то оправдания, ему покровительствуют, сочувствуют, его окружают ореолом» своего парня».
При таком отношении к пьяницам спившийся и негодный человек не только не стыдится себя и своих безобразных поступков, но часто ими бравирует.
Много ли случаев, когда командирская общественность потребовала удалить из своей среды какого‑нибудь неисправимого пьяницу?
Таких случаев почти нет.
Это говорит о том, что запятнанная честь воина Рабоче — Крестьянской Красной Армии и честь войсковой части, к которой принадлежишь, у нас мало кого беспокоит. Многие не понимают, что каждый командир и политработник, равно как и красноармеец, в известной мере несет ответственность за поведение своего товарища по службе, что недостойное поведение одних набрасывает тень на весь товарищеский коллектив и на всю войсковую часть в целом.
В Красной Армии не место пьяницам. Защита Союза ССР с оружием в руках вверяется лучшим людям страны, патриотам своего Отечества, честным, храбрым, стойким и трезвым сынам нашей Родины.
Приказываю:
1. Во всех полках созвать совещания командного и начальствующего состава, на которых полным голосом сказать о всех пьяных безобразиях, осудить пьянство и пьяниц, как явление недопустимое и позорное.
2. На борьбу с этим злом мобилизовать все партийные и комсомольские организации, вменив им в обязанность борьбу с пьянством, как одну из главнейших задач.
3. Эту же задачу должны иметь перед собой как одну из важнейших и организуемые в войсках товарищеские суды*.
4. Командирам и военным комиссарам войсковых частей применять к злостным пьяницам самые суровые дисциплинарные меры.
5. Во всех служебных аттестациях, если аттестуемый пьяница, непременно это указывать. Указывать также и о том, насколько аттестуемый начальник успешно борется с пьянством среди своих подчиненных. Неисправимых пьяниц представлять к увольнению из армии.
6. Дела о преступлениях, совершенных на почве пьянства, заслушивать выездными сессиями военных трибуналов с привлечением внимания широкой армейской общественности (общественный обвинитель, газета).
7. Военным советам округов систематически заслушивать доклады командиров и комиссаров войсковых соединений о выполнении настоящего приказа.
8. Настоящий приказ прочитать на собрании командного и начальствующего состава и разъяснить красноармейцам.
Народный комиссар обороны СССР Маршал Советского Союза К. Ворошилов
Ф. 4, оп. 15, д. 19, л. 417–418. Типогр. экз.»
Мда.
«Пьянство стало настоящим бичом армии». Это не я утверждаю, или какой‑то ещё критикан, бросающий тень на нашу армию. Именно это выражение применил тогда самый главный маршал этой самой армии. Это при том, заметим, что никогда ранее, имея в виду даже и царскую ещё армию, употребление хмельных напитков и не считалось чем‑то из ряда вон выходящим. Мягко говоря.
И ещё заметим, что высказался он так, понимая конечно, что найдётся кому задать вопрос и ему самому:»А как же ты допустил такое во вверенной тебе армии?»
Тем не менее, применил он именно эти слова. Это каковы же были тогда действительные размеры этого явления? Насколько далеко всё зашло?
Думаю, всякому не очень наивному человеку должно быть ясно, насколько далеко. Это в приказе сказано про тысячу случаев в округе. А сколько было таких случаев не зафиксировано? Надо понимать так, что тысяча этих инцидентов связана с чем‑то из ряда вон выходящим — преступлениями, потерей оружия или документов, иными заметными инцидентами. То есть, теми, что нельзя было скрыть от вышестоящих.
И о какой боевой подготовке здесь может идти речь?
Впрочем, может быть, приказ Ворошилова об итогах боевой подготовки за 1938 год сгустил краски? Ну, скажем, не в настроении был нарком. И спустил поэтому собак на вверенную ему рабочую и крестьянскую…
Проверить эту идею легче лёгкого.
Давайте заглянем в точно такой же приказ, но годом раньше. В приказ об итогах боевой подготовки РККА за 1937 год.
Этот приказ, за номером 0109 от 14 декабря 1937 года так и назывался.»Об итогах боевой подготовки за 1937 год и задачах на 1938 год»
Ну, поскольку мы с вами знаем уже, что задачи на 1938 год так и не были выполнены, упоминать о них не будем. А вот, интересно, как же выглядят в этом приказе итоги боевой подготовки» непобедимой и легендарной» за 1937 год?
Пожалуйста, это сегодня никакой не секрет.
После общих дежурных словес об успехах Ворошилов переходит к конкретике. К состоянию сухопутных войск.
«…1) Управление войсками, служба штабов, подготовка пехоты, конницы и специальных родов войск и служб для совместной работы на поле боя не достигли уровня, требуемого условиями современного общевойскового боя (ПУ-36,?? 105–139, 143, 164)…»
Виртуозно и дипломатично выразился нарком. Округло.
Впрочем, совместная работа, иными словами, взаимодействие различных родов войск на поле боя, это, конечно, высший пилотаж. А высший пилотаж возможен только после освоения пилотажа простейшего. И желательно, конечно, в трезвом состоянии. Этот уровень РККА преодолеет ещё не скоро, где‑то году этак к 1943–му, не раньше.
Так что этот недостаток — это недостаток для 1937 года вполне ещё извинительный.
«…Служба боевого обеспечения, особенно разведки, во всех родах войск организуется и проводится неудовлетворительно (ПУ-36,?? 18–39)…»
И войсковая разведка традиционно собирала шишки от командиров всех уровней чуть ли не всю войну. Так что здесь тоже ничего неожиданного нет.
«…2) Огневая подготовка во всех родах войск не дала роста…»
А. Вот и знакомая нам болячка. Только, если помните в 1938 году она не только» не дала роста», но ещё и ухудшилась. Хотя должна была поправить положение в этой области, сложившееся в 1937 году.
«…3) Служба ПВО, ПТО и ПХО не отработана (ПУ-36,?? 40–74)…»
Ну, химия — это дело не страшное, как выяснилось во время будущей войны. А вот, что означает, противовоздушная и противотанковая оборона» не отработана»? Её нет вообще? Или она есть, но только на бумаге?
Между прочим, именно в 1937 году в германской армии противотанковая артиллерия достигла такого качественного развития, которое уже в будущем 1938 году позволит немцам уничтожить при её помощи большую часть советских танков, направленных в Испанию.
«…4) Инженерные части не достигли необходимой тактической и технической мобильности для своевременного и требуемого обстановкой обеспечения войск, особенно в подвижном бою…»
То есть в обороне сапёры со своими задачами ещё справляются. В наступлении или при отходе дело обстоит хуже, но будем справедливы, не такое это простое дело. Не менее сложное, чем взаимодействие пехоты с артиллерией, скажем. Так что, хотя бы здесь служба была поставлена более — менее неплохо.
«…Во всех родах войск еще не освоена полевая фортификация и командиры не обучены сами и не обучают красноармейцев самоокапыванию в бою (ИНЖ-35,?? 321–419)…»
Вот.
Это как раз те самые азы полевой выучки войск, которым через несколько лет в спешном порядке придётся НАЧАТЬ учить солдат маршалу Тимошенко.
И заметим попутно, что азов окапывания не знают не солдаты (это само собой разумеется). Этих азов не знают опять‑таки их командиры. То есть, когда будущий нарком обороны озаботится этим вопиющим недостатком в подготовке рядового бойца, окажется, что учить этого бойца некому. Окажется, что учить этому сначала придётся командира этого самого бойца.
Но это ещё только будет. В 1940 году. Мы же говорим о 1939 годе. Том самом, в котором, как нас уверяют, Сталин вполне мог двинуть Красную Армию воевать с вермахтом.
«…5) Все рода войск недостаточно тренировались в условиях длительного воздействия авиации и 0В…»
Да ничему эти самые войска не тренировались ни в каких условиях, неужели сегодня это не ясно?
Почему? Смотрите дальше.
«…6) Командный и начальствующий состав и штабы не полностью освоили технику скрытого управления и нарушают уставные правила пользования этим средством в бою…»
Иными словами, этот самый состав привык» тренироваться» условно. На словах. И на бумаге. Где всё, как известно, было гладко.
