Читаем без скачивания Итоги № 48 (2011) - Итоги Итоги

— Перестройка, напомню, была «революцией сверху», а не снизу. Власть сама начала преобразования, а затем потеряла контроль над ситуацией. Этот урок выучен, реформу ради реформы никто сегодня проводить не будет. Тем более Путин. Как бы ни пугали нас тем, что «система больше не работает». Знаете, перед отменой крепостного права тоже пугали тем, что у России, мол, крайне неэффективная экономика, что, если ничего не изменить, все рухнет. Между тем расчеты экономистов показывают, что Россия могла нормально просуществовать с крепостным правом еще лет 50, а то и 100. Сегодня тоже много разного рода страшилок: если не проведете такую-то реформу, вам конец... Но это не более чем политические игрища.

— В докладе, в частности, доказывается, что в нынешних условиях высокий процент, взятый «Единой Россией», обернется против нее. Население не поверит, что этот результат достигнут в честной борьбе.

— Сколько бы ни набрала «Единая Россия» — 60, 40 или даже 20 процентов, — для оппозиции и либеральной тусовки это все равно будет результатом «фальсификаций и подтасовок». У этих людей просто такая политическая установка. Факты говорят о другом. Социологи спрашивают людей, кто победит на выборах, и абсолютное большинство отвечает: «Единая Россия». В том числе и сторонники других партий: они не хотят победы «ЕР», но ожидают. Стоит ли после этого что-то говорить о нелегитимности? Напротив, только победа «ЕР» будет воспринята населением как легитимная. Победа любой другой партии вызовет непонимание, растерянность, шок значительной части населения.

— Ну а что скажете о следующем тезисе: в обществе усиливается запрос на новые лица в политической системе. Подтверждаете?

— Да, такой запрос действительно есть. Прежде всего в столицах и в крупных городах. Запрос на новые лица, на новые идеи... Что это будут за лица, откуда они придут, с какой программой? Вопрос открытый. Думаю, «белыми» здесь сыграет власть, а не оппозиция.

— По мнению ЦСР, необходимо обновить и сам тандем.

— Медведев и после отказа идти на второй срок остается политиком номер два в стране. И по известности, и по популярности, и по доверию. С ним и близко не может сравниться ни одна другая публичная фигура, за исключением Путина. Могу согласиться с экспертами ЦСР: нужны и новая Дума, и новое правительство. Но мы очень скоро их получим. Несмотря на то что «ЕР» по-прежнему будет в большинстве, ее доминирование в нижней палате снизится. Короче говоря, Дума снова превратится в место для дискуссий. Правительство тоже в значительной мере будет новым. И не только по составу: выдвинута идея «большого правительства», и за предстоящие пять месяцев она должна получить плоть и форму.

— Достаточно ли этих новаций для того, чтобы переломить тенденцию снижения популярности власти?

— Эта тенденция коренится отнюдь не в политике и не политикой лечится. Первый базовый фактор — неустойчивость экономических перспектив. Посткризисное восстановление экономики идет медленно и неуверенно. Способны ли власти это контролировать? Лишь отчасти: очень многое определяет внешняя конъюнктура. Второй фактор — ряд негативных событий в самых разных сферах жизни, оказавших колоссальное негативное влияние на атмосферу в стране. Авария на Саяно-Шушенской ГЭС, лесные пожары, трагедия «Булгарии»... Может ли власть предотвратить такого рода катастрофы? Не уверен. Словом, ответ на ваш вопрос зависит от слишком большого количества факторов, многие из которых лежат вне поля воздействия власти.

Андрей Камакин

Чтить Уголовный кодекс / Политика и экономика / В России

Empty data received from address [ http://www.itogi.ru/russia/2011/48/172152.html ].

Герой капиталистического труда / Политика и экономика / Спецпроект

Беседуя в прошлый раз в офисе РСПП, мы условились, что новую встречу проведем на даче у Шохина. Александр Николаевич, как и обещал, показал, в каком состоянии находятся два арендованных им гектара рублевского леса. Чисто, аккуратно, ухоженно, придраться не к чему, даже если бы сильно захотелось. Правда, по периметру участка забор. Он хоть и пониже, чем у соседей, но весьма высокий — не перепрыгнуть. А с другой стороны, куда в России без него, без забора-то?..

— Нынешние акулы капитализма по масштабу личностей сопоставимы с теми, кто начинал в 90-е?

— Разве в верхней части российского списка Forbes появилось много новых имен?

— Ну как? Семибанкирщину, верхушку айсберга, разметало конкретно. Один сидит, другие за кордоном попрятались, таскают друг дружку по лондонским судам, стараясь на горячо любимой Родине лишний раз не отсвечивать. На плаву единицы.

— Не пережили нулевые годы те, кто, собственно, и был в прямом смысле слова олигархом. В какой-то момент отдельным предпринимателям показалось мало сознавать себя крупными магнатами, они пожелали, обладая мощным медийным ресурсом, активно играть в политику, дергать власть за ниточки, лоббировать свои интересы, влиять на деятельность президента и парламента, продвигать нужных людей в различные госструктуры… Так не могло продолжаться вечно. Помню, как в середине июня 98-го в доме приемов «ЛогоВАЗа» на Новокузнецкой улице Березовский собрал олигархат и пригласил Чубайса, Федорова, меня. За столом — Ходорковский, Гусинский, Смоленский, прочие, как сказали бы сейчас, «форбсы». Сидели и решали, кого назначать спецпредставителем президента по связям с международными финорганизациями в ранге вице-премьера. Схема была следующая: требовался человек с опытом переговоров с МФО. Выбор из четверых — Гайдар, Чубайс, Федоров и Шохин. Решение необходимо принять немедленно. Ельцин сразу же подпишет указ, и новый назначенец без промедления начнет выбивать из МВФ кредит в пятнадцать миллиардов (не меньше!) долларов. Кандидатуру Гайдара практически не обсуждали — чересчур одиозен для Думы. Чубайс уклонился: его только что назначили в РАО «ЕЭС», надо вникать. Федоров заступил в мае на пост налогового министра, резво взялся за повышение собираемости налогов. Дескать, пусть продолжает. Остался Шохин. Я сказал, что прежде, чем дать согласие, хотел бы определиться с позицией: что лучше — просить кредит у МВФ или ослабить рубль, расширив валютный коридор. Мне отвечают: тут и думать нечего, надо брать деньги у Запада незамедлительно. После этого в тему вернулся Чубайс: «Если сомневаешься, готов занять позицию». Буквально назавтра (кстати, накануне был день его рождения) Анатолий в статусе зампреда правительства — ранга первых вице в кабинете Кириенко не было — принялся вытряхивать кредиты…

Дурную службу олигархам, как ни странно, сослужили президентские выборы 1996 года, когда они поверили в свое всесилие. Пацанов, что называется, понесло… Я был свидетелем, как эта каша заваривалась в конце января 96-го в Давосе. Крупнейшие бизнес-иерархи приняли решение поддержать кандидатуру Ельцина, попутно отказав в доверии Явлинскому на том основании, что Григорий не потянет против Зюганова. Помню, как в кулуарах Давоса сетовал Березовский: «Зачем Гриша выступает на английском? Ему надо обращаться к России, а не пытаться понравиться западной аудитории!» Зюганов даже на чужой площадке исполнял роль народного трибуна и явно переиграл оппонента-аналитика. Чувствовалось: состязаются представители не то что разных весовых категорий, а видов спорта — шахматист и штангист. В качестве серьезного кандидата от власти мог рассматриваться Черномырдин, но против него играла компания Коржакова — Барсукова — Сосковца. Те готовились свалить Виктора Степановича, посадить в премьерское кресло своего человека (легко догадаться, кого), который и должен был спустя короткое время сменить болеющего и слабеющего Ельцина на посту президента. Но малину испортил Чубайс, вынесший конфликт внутри президентской команды наружу, Борису Николаевичу пришлось срочно принимать решение, убирать отбившегося от рук телохранителя с сотоварищами… Впрочем, эта история хорошо известна, нет смысла заново подробно ее пересказывать.

— А вы на линии огня оказывались, Александр Николаевич?

— Неоднократно. Меня часто «снимали» с работы. Одним из первых — Гусинский. От синхронистов-переводчиков ему стало известно, будто бы я, находясь вместе с Ельциным в Брюсселе, оптом сдал российские банки на милость иностранному капиталу, открыв тому границу нашей страны. А было ровно наоборот. В рамках переговоров по Соглашению о партнерстве и сотрудничестве с Евросоюзом мы настаивали на защите внутреннего финансового рынка, ограничивая присутствие иностранных банков в России. Спорили долго и горячо! И не только по этому вопросу. В результате мы отказались в 1993 году подписывать итоговый документ с ЕС, все случилось лишь летом 94-го. За этот срок многое удалось утрясти, сбалансировать. Тем не менее Гусинскому доложили, что Шохин льет воду на чужую мельницу. Владимир Александрович предпринял титанические усилия, чтобы убрать меня из правительства. Он даже не считал нужным скрывать свои намерения, открыто говорил о планах ближнему кругу…