Когда Эмми съехала с шоссе и въехала в закрытый район, я посмотрела на нее в шоке.
— Насколько хороша твоя чертова работа? — спросила я ее.
— Что? — она мельком взглянула на меня, прежде чем свернуть на длинную подъездную дорожку, подальше от других домов и скрытую пышными садами. — О… ты забыла, что я из богатой семьи?
— Нет. — ответила я. — Но это… слишком. Твоя мама купила тебе дом?
Эмма на мгновение смутилась, прежде чем улыбнулась мне. Она вышла из машины и рассмеялась, забирая у меня сумку.
Я последовала за ней к большим двойным дверям с витражными панелями по бокам.
— Я переехала к отцу несколько лет назад. — ответила она на мой незаданный вопрос. — Дом такой большой, и он все равно редко бывает здесь, так что он не против жить вместе.
— Подожди… твой отец? Тот, кого никогда не было рядом, когда ты была ребенком?
— Да, долгая история, но когда мне исполнилось 18, он связался со мной, и мы вроде как стали действительно хорошими друзьями.
— Он не будет возражать, если я останусь?
— Нет. — усмехнулась она. — Как я уже сказала, здесь много места, он вероятно, даже не заметит, что ты здесь. Но если это тебя так сильно беспокоит, я позвоню ему и расскажу.
— Я точно не хочу, чтобы он звонил в полицию, если обнаружит незнакомку в своем доме. Я провела слишком много ночей в тюремной камере, и я точно знаю, что здешние парни сделают все, чтобы запереть меня.
— Я чувствую, что это история долгая, но я должна мчаться по делам. Мы поболтаем позже. Твоя комната выше по лестнице, четвертая дверь справа.
Она побежала к другой двери и исчезла. Я чувствовала себя преступником и боялась, что в любой момент кто-нибудь придет и повалит меня на землю.
В этом месте должно было быть несколько телохранителей, готовых это сделать. Я имею в виду, я знала, что она не бедна, но это место было очень богатым.
Я поднялась по устланной ковром лестнице и прошла по ковровой дорожке к четвертой двери справа. Дверь была не заперта, и когда я открыла ее, то ахнула от потрясения, увидев роскошь передо мной.
Большая двуспальная кровать стояла у стены, по обе стороны от нее стояли две великолепные дубовые прикроватные тумбочки с лампами, которые выглядели дорогими.
Большие шторы свисали с потолка и были закреплены по бокам окон от пола до потолка. Комната была выдержана в цветовой гамме королевского фиолетового, одного из моих любимых цветов.
Я прошла по пышному ковру к окну и выглянула наружу. Я увидела большие сады, раскинувшиеся вокруг подъездной дорожки. Я никогда раньше не видела столько открытого пространства. Я обернулась и посмотрела на большой телевизор с плоским экраном на стене и тумбу под ним с книгами и пультами дистанционного управления.
Плюшевое кресло в углу у встроенного шкафа. Это место выглядело как хозяйская спальня, но я видела, сколько дверей было в коридоре, прежде чем войти сюда. Я была в комнате для гостей, и я знала это, но я не могла забыть, насколько большим было это место или насколько богатой была Эмма.
Как, черт возьми, я не знала? Она была моей чертовой лучшей подругой. Я села в кресло и достала свой телефон, чтобы просмотреть электронное письмо от моего терапевта из центра, в котором он просил меня оставаться сильной и что он всегда рядом, если мне нужна была помощь.
Мой палец так быстро нажал на значок удаления, что я не осознавала, что делаю, пока электронное письмо со свистом не вылетело из моего почтового ящика. Итак, мне нужно было решить, что делать со своей жизнью теперь, когда у меня больше не было перспектив.
Я умирала от желания положить кисть на холст и передать часть этих эмоций. Прошло три месяца с тех пор, как у меня в последний раз был секс, и это убивало меня. Моими механизмами преодоления были секс и искусство, и ни то, ни другое, казалось, не было тем, что я получу здесь, поэтому мне нужно было разобраться во всем, и как можно скорее.
ЭШ
Ярко-оранжевая машина Эмме стояла на подъездной дорожке, как бельмо на глазу в моем прекрасном поместье. Когда она купила машину, я подумал, что она сделала это на какой-то детской забаве, но она сказала мне, что ей понравился цвет.
Я загнал свою машину в гараж и направился в дом. Я услышал веселый голос Эмме, доносящийся из ее кабинета в задней комнате, и сразу понял, что она на срочном вызове. Я положил ключи и бумажник на скамейку и направился на кухню. Это был долгий день в офисе, и я надеялся, что выходные пройдут без телефонных звонков, которые заставили бы меня вернуться.
Последние недели были трудными, экономика росла, и бизнес, который когда-то гордился семейными узами и лояльностью к персоналу, теперь был вынужден прекратить работу.
Это было бы последнее, что я бы сделал. Но когда дело дошло до невозможности платить сотрудникам, это было то, о чем должны были подумать все владельцы бизнеса. Я достал пиво из холодильника и с треском открыл его, швырнув крышку бутылки на кухонный стол, просто чтобы до чертиков позлить Эмме, и направился на заднюю веранду.
Я любил эту девочку, но она была слишком похожа на свою мать. Направляясь наверх, я поставил свое пиво на столик возле ванной и открыл дверь. В ту же секунду, как я это сделал, на меня обрушилось облако пара.
Мой взгляд мгновенно метнулся к обнаженной фигуре молодой женщины, которая только что вышла из душа. Она схватилась за свои женственные прелести, но не раньше, чем я успел хорошенько рассмотреть.
Я тут же опустил глаза, чтобы дать ей возможность взять полотенце.
— Ах, простите… вы заблудились? — я спросил ее.
— Вы, должно быть, мистер Бентли. — сказала она.
Я ненавидел, когда люди называли меня мистером Бентли. Это заставляло меня чувствовать себя старым и как будто у меня было что-то общее с моим отцом, чего у меня определенно не было.
— Да, но, боюсь, я не знаю, кто вы.
— Эмме вам не говорила?
Я сразу понял, что у моей вечно забывчивой дочери, должно быть, есть друг, о котором она мне не рассказывала.
— Похоже, что нет. — ответил я. — Я, э-эм, дам тебе одеться.
Она хихикнула, и от этого звука мой член встал под штанами.
— Это всего лишь грудь.
Прежде чем я сделал что-то, о чем мог бы пожалеть, я закрыл дверь и вернулся к своему напитку. Залпом выпив, я осушил бутылку, ожидая, пока мой мозг придет в себя, а член успокоится. Чертова Эмме. Насколько сложно было сказать мне, что у нее в гостях подруга? И чертовски потрясающая женщина, которой было все равно, увижу ли я ее голой.
Иисус Христос.
Это сделало мои пять месяцев отсутствия секса по-настоящему болезненными. Мой член вспомнил, как давно это было, и, боже, как же ему хотелось еще раз увидеть это тело.
Я направился обратно вниз по лестнице в сторону кухни и сразу же отправился за виски на боковой тележке. Сейчас мне определенно нужно было что-нибудь покрепче.
— Привет, пап. — услышал я голос Эм, приближающийся ко мне.
— Есть что-то, что ты, возможно, хочешь рассказать мне? — спросил я ее, пытаясь убрать хрипотцу возбуждения из своего голоса, чтобы она не обратила свой гнев на меня.
— Ах…? Я не понимаю о чем ты? — словно по сигналу, богиня-брюнетка направилась на кухню, где находились мы оба.
Слава богу, на этот раз на ней была одежда, хотя это мало помогло успокоить мой член. Женщина была чертовски великолепна.
— О. — сказала Эмме, и на ее лице появилась лукавая улыбка. — Это моя подруга Лотти. Ей нужно где-то остановиться ненадолго.
— Извините, мистер Бентли. — сказала богиня. — Я думала, Эм вам рассказала. Она заверила меня, что все будет хорошо.
— О, не называй его так, он это терпеть не может. — сказала Эмме. — Его зовут Эш.
— Приятно познакомиться, Лотти. — сказал я, протягивая руку.
Когда ее рука скользнула в мою, ощущение ее супер мягкой кожи на моей снова заставило мой член разогнаться на 180 градусов. Я перегнулся через кухонную скамью, стараясь вести себя как можно непринужденнее, одновременно скрывая возбуждение.
