"Малыш, я хочу еще послушать,
как ты смеешься..."
Антуан де Сент Экзюпери
Был поздний вечер, дождь. И вдруг,
я слышу в двери легкий стук...
В такое время уж пусты дороги,
и путники уже не те...
Я отворил и в темноте
стоял мальчишка светлый на пороге.
Мне нужен друг - сказал он мне.
Ты видел звезды в вышине?
Они огромные для, кто с ними рядом!
А я один, и там вдали,
в дорогах - годы от Земли,
мне для кого - то быть огромным тоже надо.
Я ждал тебя давно, малыш,
входи, ну что же ты стоишь?
Через порог привычек и сомнений
я сам к тебе боюсь шагнуть,
я не решаюсь, дальний путь
вначале легок, дальше не по мне он.
Мы сами мир свой создадим,
представим солнце, звездный дым,
любовь себе придумаем вполмира,
м журавлями в облака
надежды пустим, а пока
входи, мы потолкуем, друг мой милый.
- Но ты качаешь головой,
ты недоволен, мальчик мой,
что неделимое хочу делить на части.
Зачем придумывать другой,
когда под радугой - дугой
прекрасный мир дождей и слез, и счастья!?
И лучше пусть измена вновь,
чем вечная полулюбовь,
и лучше уж ползком, чем без движенья...
Пусть я весь мир не облечу -
летать и падать я хочу,
и вновь летать сквозь силы притяженья!
1959
ПОВИННЫЙ СОНЕТ
Представь себе - с повинной я пришел
не в первый раз в дороге нашей длинной.
Тебе и мне опять нехорошо,
и я опять пришел к тебе с повинной
Не виноват ни в чем, и потому
пришел склониться искренно и низко.
Что не дано холодному уму,
то сердцу натерпевшемуся близко.
Ты не права, но ясно мне одно -
ты ни при чем, виновны третьи лица.
Тебе неправой право быть дано,
ты женщина, и всё тебе простится.
Ведь не придет на ум - винить природу
в непостоянстве красок небосвода.
1960
МЕНЯ ЛЮБОВЬ ПОДСТЕРЕГЛА
Меня любовь подстерегла,
как дичь охотник неумелый,
и поразила так несмело
В плечо из левого ствола.
И правый ствол свой навела
мне прямо в грудь, где сердце пело,
но дрогнула. Такое дело
прилично сделать не смогла!
1960
СЕНТЯБРЬ. ДОЖДИ.
Дожди забренчали сонаты
по клавишам мокнущих дней,
и труб водосточных стаккато
органных тонов не бедней.
Я вот уже многие годы
от каждого ноября
жду этой дождливой погоды.
Все жду я, все жду я, а зря...
Хоть я не наивен, как прежде,
твержу я - дождей подожди!
Живу я в невнятной надежде,
а годы идут, как дожди.
Последнему будет работа...
Мой голубоглазый палач -
мой тысячный дождь для кого-то
всего только первый плач.
А если бы жизни кривая
легла на ладонь, словно путь,
я смог бы, глаза закрывая,
в грядущее заглянуть.
Нет, лучше, пожалуй, не надо!
И так не в ладах я с судьбой.
Известны исходы парадов,
а чем же закончится бой?
Ну вот, наконец - то,
дождливый сентябрь!
Ну вот, наконец - то,
прохладная осень!
И тучи повисли
косыми сетями,
и кончился месяц
под номером восемь.
1960
СИМПОЗИУМ
Когда-то, что-то, может быть,
зачем-то где-то там,
тогда, наверно, не забыть
уже ни вам, ни нам.
И даже вовсе никому
и просто ни за что,
и уж конечно, потому,
что именно никто.
Четыре времени в часах
и два у нас в груди,
пять измерений в небесах
и очень впереди.
Сардинелла с Пульчинеллой
танцевали тарантеллу,
фибула по альвеоле
забренчала в фарандоле,
амальгама в радиоле,
мелодрама в карманьоле,
дети в школе на виоле
заскрипели в баркароле.
Тогда никто, тогда нигде
ни в ком - ни в вас, ни в нас,
а если, может быть, везде,
еще бы и как раз.
А перемножь-ка Да и Нет,
и вычти Ну и Ну,
и раздели на восемь лет
Пять Суток и Луну,
и рассмотри издалека
Пожалуй и Чуть-Чуть.
недавно, может, и пока,
с Ума Сойти и Жуть.
Хулиганы-меломаны
доставали ятаганы,
интриганы-бонвиваны
прихватили чистоганы,
пенни прыгнули на пони,
причесали чичероне,
шаривари, лори-тори,
харакири априори.
Все это нонсенс и Сен-Саяс,
и с ним Зулус-Лотрек,
и Авиценна, и цена,
Бетховен и хавбек.
И Аполлоном полон дом -
бемоли и бомоад,
Махатма и тьма хамов в нем,
и синий Сен-Симон.
Конечно, это не для всех.
Еще бы - вас ист дас!
Оф коз, но, может быть, успех
тому, кто вас издаст.
Хиппи хапнули богему,
апофегма парадигму,
в полудреме теорема
засолила догму в сигие,
прозевали свдни будни,
проплясали бредни блудни,
референдум бивни - плавни,
меморандум дровни - ставни.
1960
ГОСУДАРСТВО СИНИХ ГЛАЗ
ВАРИАНТ НАЧАЛА
Я не ездил за кордоны
В Рим, Париж или Брюссель,
Где учтивые пардоны,
Путешествий карусель.
Я живу - в траве колени.
Удивляюсь каждый час
Чудесам и откровеньям
В государстве синих глаз.
ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ ВАРИАНТ
Летний вечер от пригорка
малахитом стелет тень.
Земляникой сладкой - горькой
на губах растаял день.
Я живу - в росе колени,
удивляясь каждый час
чудесам и откровеньям,
в Государстве Синих Глаз.
В этом царстве - государстве,
где погодится без бурь,
мне прощается гусарство
и мальчишеская дурь.
Пусть я поданный, но все же,
я весьма беспечный класс-
притворяюсь я вельможей
в Государстве Синих Глаз.
Только, что тут притворяться -
я, как на ладони весь.
Пропадай мое дворянство -
спесь меняется на лесть.
Подольститься просто очень,
это делал я не раз -
сверхдоверчивые очи
в Государстве Синих Глаз.
А устроен я так странно -
все скучаю по ветрам,
неизведанные страны
снятся, снятся по утрам.
А когда за сотни далей
я шагаю, как сейчас,
мои мысли улетают
в Государство Синих Глаз.
1960
ЭКЗАМЕН ПО ХИМИИ
Я чем-то был в тот день ужасно занят
и прибежал последним на экзамен.
А за столом сидит доцент Смирнов Эль Ве
и бьет себя по лысой голове.
Попались мне валентности и спектры.
и тут у меня выпали конспекты ...
А за столом сидит доцент Смирнов Эль Ве
и хлопает себя по голове.
Он бросил мне две колбы очень ловко.
В обеих жидкость, как компот в столовке.
- А ну-ка, - говорит, - давайте живо -
определите, что это за жидкость -
и эпсилон, н жу, и мю, и рю,
удельный вес и прочую муру.
А я нюхнул - ну, видно, дядя спит ...
Ведь это ж настоящий винный спирт!
Ну, думаю, сейчас определю -
попробую сто грамм себе налью.
И тут уж я совсем забыл про спектры ...
И вдруг у меня выпали конспекты ...
А за столом сидит доцент Смирнов Эль Ве
и хлопает себя по голове.
-Ну, -спрашивает, -как?.., Определили?.
-А что вы там в стаканчик-то налили??-
- Да так, - говорю, - наверное, вода ...
А он как закричит - не пей, балда!
Ну прямо так на стенку и полез.
- Да ты же,- говорит, - умрешь, балбес!
Да в этой колбе, там же аш-два-эс!
и добавляет еще о четыре раза,
и обзывает идиотом и заразой.
А я ему в ответ - и все вы врете!
Вы кто, - говорю, - ученый ?... А орете.
Ну вы, наверное, дядя, просто спите.
Ведь это ж настоящий винный спиртик!
Вы кандидат, а я дитя полей!
А он мне говорит - а ну налей!
И я налил, ни капельки не жалко.
И он спокойно, по науке, жахнул.
И стал еще немножечко просить.
Нет. - говорю, - мне надо закусить.
