и вхожу в пустую танцевальную студию. Она больше похожа на огромную гостиную с зеркальной стеной и стереосистемой сбоку.
Половину противоположной стены занимают три пилона, а также высокая стопка фитнесс-мячей, степ-платформы и коврики для занятий, но Дженнифер нигде не видно.
Надеваю очки, возвращая зрению идеальную ясность. До сих пор нет никаких признаков моей подруги.
Направляясь к двери, ведущей в заднюю комнату, я слышу сдавленный всхлип.
— Эйлин, — шепчет она напряженным голосом.
— Где ты?
— За мячами, — говорит она, тяжело дыша.
Я бросаюсь к оборудованию и обнаруживаю ее лежащей на животе, с повернутой набок головой и согнутой под ужасным углом левой ногой. Под ее распростертым телом валяется то, что осталось от четвертого пилона.
Перцовый баллончик с громким лязгом падает на пол, и я шиплю сквозь зубы. Не знаю, сломала ли она ногу, выдернула ее из сустава или сломала позвоночник. Любое движение имеет катастрофические последствия.
— Дерьмо. Я вызову скорую.
— Подожди, — хрипит она.
— Что? — лезу в сумку и хватаю телефон.
— С-сегодня вечером состоится важный вечер в джентльменском клубе, — говорит она, ее слова спотыкаются друг о друга.
— Давай я скажу им, что ты не сможешь прийти после того, как вызову скорую помощь.
— Нет, — говорит она с болезненным стоном.
Я хочу убрать с дороги фитнесс-мячи и присесть рядом с ней, но что, если это усугубит ее травму? Я где-то читала, что перемещение упавших даже на дюйм может усложнить выздоровление.
— Дженнифер, мы можем поговорить об этом после того, как я позову на помощь…
— Ты должна меня выслушать, — говорит она, и ее голос взлетает на несколько истерических октав. — Такие мероприятия бывают раз в жизни. Они платят пять штук за час работы.
Дыхание перехватывает, но я отбрасываю удивление.
— Ты не можешь танцевать в таком состоянии…
— Ты можешь.
Я отступаю назад, у меня отвисает челюсть. Одно дело заниматься танцами вместе с лучшей подругой, а другое — выступать на публике. Должно быть, она ударилась головой, если думает, что я могу взять на себя такую высокооплачиваемую работу в сфере танцев.
Дженнифер стонет.
— Мы одного размера…
— Нет, это не так.
Я набираю 999.
— Да, — говорит она с пола. — У меня ноги длиннее, но мы абсолютно одинаковые там, где это важно.
Оператор отвечает. Я пытаюсь блокировать попытки Дженнифер заставить меня танцевать и объясняю диспетчеру, что произошло, но она не умолкает.
— Ты должна сделать это для меня, — говорит она, заикаясь от рыданий. — Такое мероприятие окупит арендную плату за два месяца. Мы можем поделить деньги пополам. Эти деньги будут подстраховкой, пока я выздоравливаю. Я знаю, что тебе тоже не помешали бы наличные.
Я отвечаю на вопросы диспетчера, уверяя, что Дженнифер дышит и в остальном здорова.
— Скорая помощь уже в пути, — я, наконец, выдыхаю и сосредотачиваюсь на бессвязной речи подруги. — Джен, я же танцую и близко не на твоем уровне.
От ее истерического смеха волоски на затылке встают дыбом.
— Ты шутишь? — говорит она. — Мы танцевали вместе еще до детского сада. Ты всегда была так же хороша, как я. И уж точно хороша в танце на пилоне.
Я потираю затылок.
— Заказ был на длинноногую блондинку. Они сойдут с ума, когда увидят меня.
— Эйлин, — рычит она. — Ты знаешь все, что нужно. Именно ты помогла мне отточить навыки до совершенства.
Этот разочарованный тон голоса она использует всякий раз, когда я позволяю оскорблениям Деклана пробить мою броню. Он же вселяет в меня уверенность.
Желудок скручивается тошнотворными узлами. Как я могу быть настолько поглощена своей неуверенностью, когда лучшая подруга лежит поломанная на полу и потенциально не в состоянии заработать на жизнь?
Дженнифер поддержала меня в гребанной куче неприятностей. Она предложила ночлег, когда мы думали, что папа потеряет дом, и подставила плечо, чтобы поплакаться, когда мистер Макан предложил выручить нас в обмен на то, что я выйду замуж за Деклана.
Чувство вины давит на грудь и выжимает весь воздух. С какой стати я откажу ей, когда она так нуждается в моей помощи?
Сделав глубокий вдох, загоняю свою неуверенность куда подальше.
— Сосредоточься на выздоровлении, — отвечаю ей. — Я выступлю за тебя и выложусь на сто процентов.
— Мы поделим деньги, — отвечает она уже менее напряженным голосом.
— В следующие несколько недель тебе понадобится много помощи. Просто скажи, куда ехать и что нужно надеть.
Дженнифер бормочет адрес и говорит, что костюм уже висит в задней комнате вместе с парой туфель на шпильке нашего размера.
Я понятия не имела, что этот джентльменский клуб находится на окраине Лондона. На общественном транспорте уже поздно добираться, а на такси денег нет.
Ужас бьет в живот, как тяжелый мяч. В такие моменты мне жаль, что я не проглотила свою гордость, нужно было взять банкноту в пятьдесят фунтов и позволить Деклану его мелкую выходку.
Дверь в студию открывается, и входит пара медиков-мужчин с огромными сумками. Когда они направляются к фитнесс-мячам, я отступаю назад, чтобы пропустить их.
— Эйлин? — зовет Дженнифер.
Я сглатываю.
— Да?
— Если ты не начнешь переодеваться прямо сейчас, то опоздаешь. Кто-нибудь из джентльменского клуба заедет за тобой через час.
Схватившись за живот, я стону, а сердце пускается вскачь. И крошечной части меня это нравится.
Дерьмо.
Это действительно происходит.
Я собираюсь танцевать бурлеск для толпы джентльменов за гонорар.
Глава 3
Откидываюсь назад на кремовом кожаном сидении «Бентли», сердце бьется так громко, что заглушает звук кондиционера.
Это невероятно.
Когда Дженнифер сказала, что клуб джентльменов предоставит машину, я подумала, что она имеет в виду «Убер» или местное городское такси, но этот экземпляр превзошел все мои ожидания.
В одном она была права: у нас абсолютно одинаковый размер одежды. Это невероятно, учитывая, что у нее идеальное тело, а я… Я качаю головой. Если буду зацикливаться на насмешках Деклана, то лишусь даже остатков самоуверенности.
Расправляю плечи, разглаживаю черную кожаную юбку-карандаш и провожу пальцем по вырезу топа из такого же материала.
Он мягкий, как масло, и спускается к корсету с косточками. Я никогда не носила ничего столь изысканного.
Образ идеально подчеркивает мою фигуру-песочные часы, а юбка, опускаясь чуть ниже
