Читаем без скачивания Соломон Хук. Дилогия - Юрий Бахорин

— Так, превосходно.— Массивный подбородок японца утонул в складках жира, что, очевидно, означало полное согласие с собеседником.— Мне даже добавить нечего, кроме одного: два с половиной века назад вторая нептунианская экспедиция обнаружила на орбите планеты третий и четвертый спутники — два огромных планетоида, движущихся по общей, весьма замысловатой орбите, почти перпендикулярно пересекающей плоскость эклиптики. Плоскость вращения и сама по себе странна, но на этом странности не заканчиваются. По вертикальной оси спутники совершают примерно один оборот за 165 лет, благодаря чему эта самая ось вращения системы постоянно направлена на Солнце. Плотность вещества интересующего нас планетоида чуть больше пятнадцати граммов на кубический сантиметр.

Глаза Хука изумленно расширились.

— Да, да,— Токадо удовлетворенно отметил произведенное на собеседника впечатление и энергично утопил подбородок в складках жира,— планета представляет собой полиметаллический слиток массой чуть больше земной и имеет двойника в противоположной от себя точке орбиты, благодаря чему суммарная приложенная к центральной планете сила равна нулю. Близнецов назвали Инь и Ян по аналогии с уравновешивающими друг друга мужским и женским началами Вселенной. Нас интересует Ян. Как я уже говорил — это слиток. Золото, платина, иридий, осмий, хром, никель, молибден и так далее. Поверьте мне на слово, Хук, там присутствует весь список элементов, из-за которых приходится все глубже зарываться в почву. Уже сейчас у Лиги едва хватает средств на ведение глубинных разработок. Мы вынуждены выбирать: либо несем колоссальные убытки, либо отказываемся от космоса, а ведь человек по сути еще и носа не высунул за пределы системы! — Неожиданно резким движением он грохнул кулаком по столу.— Освоение Яна позволит решить проблему. Да, далеко,— не дожидаясь, ответил он на возможные возражения,— но, добывая, заметьте себе, не руду, а полиметалл,— даже с учетом транспортных расходов — мы можем вчетверо удешевить добычу, выведя ее выше уровня рентабельности.

Судя по всему, Токадо закончил излагать аргументы и выжидающе уставился на гостя.

— Я так понимаю, что возникли непредвиденные сложности,— осторожно заметил Хук.

— Верно,— японец просверлил собеседника колючим взглядом, словно именно его подозревал в упомянутых сложностях.— Мы успели создать искусственную атмосферу, состыкованный с лабораториями бытовой комплекс для персонала базы, космопорт, металлодобывающий комплекс, мастерские. Во время строительных работ на Яне находились металлурги и геологи, полностью подтвердившие первоначальный прогноз. Все шло хорошо до тех пор, пока не началась пробная разработка. — Он нахмурился и поскреб сарделькообразным пальцем полированную макушку.— Последовала невероятная для естественного хода событий цепочка смертей, и все наши планы рухнули. Оставшиеся на Земле родственники погибших затеяли кампанию по закрытию проекта, предъявив Лиге прямо-таки астрономическую сумму коллективного иска по возмещению ущерба.— Он помолчал.— Сейчас на базе осталось пять человек, которых необходимо либо эвакуировать, либо послать корабль и восполнить погибший персонал, а затем приступить к дальнейшим разработкам.

— Сложная ситуация,— задумчиво согласился Аксель. Мтомба мрачно кивнул.— Но чем я могу помочь? У вас наверняка есть высококлассные эксперты, пусть разбираются в причинах происшедшего. Зачем вам я?

— К сожалению все намного сложнее, чем вам кажется, Сол. Я ведь уже упоминал о развернувшейся кампании? На только что завершившейся сессии Лиги был экстренно инициирован вопрос о консервации базы, а консервация — это, образно говоря, крышка гроба для всего проекта. В прессе вовсю развернулась шумиха о пренебрежении к человеческой жизни, и возразить на это нечего.

Хук кивнул. Все верно. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять — чем больше денег в банке, тем привлекательней он для нечистоплотных дельцов. Кто-то блефует, ведя кампанию против Лиги, понимая, что иного способа сорвать куш у него нет. Однако авантюра выстроена вовсе не глупо, упор делается на не дающее осечки обращение к моральным ценностям цивилизованного общества, к чувству жалости и человеколюбию. Если не противопоставить обвинениям нечто весомое и доказательное, авантюра может увенчаться успехом. С подобной манерой вести дела Сол уже не раз встречался и ясно понимал, что отвести от себя обвинения морального плана не просто. Очень не просто. Иногда проходят годы, прежде чем удается привести достаточно веские контраргументы. Ну, а в создавшейся ситуации время не терпит — месяц-два, и произойдут необратимые перемены.

— И кто оказался инициатором проекта консервации? — поинтересовался Хук, понимая, что, скорее всего, не получит конкретного ответа.

— Хороший вопрос,— сидевший напротив Оварунга задумчиво посмотрел на носок ботинка,— знать бы ответ на него… Мои агенты с ног сбились, но семьи погибших в один голос твердят о порочности политики Лиги, не учитывающей ценности человеческой жизни, и уходят от прямых ответов.— Его глаза гневно блеснули.— Они говорят убежденно, словно их доводы не бред сумасшедшего, а неоспоримые факты! — выкрикнул африканец, но тут же взял себя в руки.— Ясно как день, что кто-то навел их на эту идею,— добавил он почти спокойно,— и наверняка подкрепил веру в нее деньгами, а заодно и намекнул на неминуемую кару за отступничество.

Токадо согласно покивал, сделавшись похожим на японского болванчика.

— Любой вывод экспертов Бюро будет тут же подвергнут перекрестной критике…— принялся было развивать он мысль африканца, но Хук перебил:

— Затем вас обвинят в фальсификации результатов и так далее. Не стоит продолжать, схема мне хорошо знакома. Но вы так и не ответили, что привело вас к мысли о незаменимости моей скромной особы?

— Все просто. Неделю назад на базу должен был прибыть геолог, но сломал ногу и застрял на Титане. Мы можем послать вместо него технаря или сыщика, но первый вряд ли сумеет расследовать дело, если окажется, что речь идет о диверсии, а второй вряд ли обладает необходимой технической подготовкой.

— Я тоже далек от геологии.

— И на здоровье! — подбородки японца нырнули в жировую складку.— У вас другая задача: на месте разобраться в ситуации, а по возвращении представить объективный, подтвержденный фактами отчет. Сразу оговорюсь: если речь идет о саботаже, на сотрудничество с оставшимся на базе персоналом вы рассчитывать не сможете, а это значит, Сол, что все факты вам придется перепроверять лично, возможно преодолевая намеренное сопротивление. Но Мтомба рекомендовал вас как человека, способного справиться с проблемами любого рода и привыкшего держать язык за зубами. Так что я уверен в успехе.

«Он уверен! Что ж, раз так, дело, можно считать, в шляпе. Один ноль в твою пользу, господин директор, но долго я отыгрываться не привык».

Сол стиснул зубы.

— Спасибо, Токадо,— усмехнувшись, бросил он,— век помнить буду ваше доверие. Что ж, не стану отказываться, но предупреждаю сразу: мое согласие придется хорошенько простимулировать.

— За этим дело не станет,— без раздумий откликнулся японец.— Все, что скажете, Сол.

— С вами приятно иметь дело,— улыбнулся Аксель.— Мне понадобится напарник,— минуту подумав, добавил он серьезно.

— Но ведь мы предупредили о конфиденциальности вашей миссии…— неуверенно возразил Токадо, но Хук не дал ему закончить.

— Я говорю о напарнике иного рода. Мне нужен портативный Сукомп — суперкомпьютер на процессоре ТВ-4000-М,— полное лицо хозяина кабинета покрылось красными пятнами,— с микрочипом искусственного интеллекта,— глаза японца приняли неестественную для его нации форму — круглую,— мезо-планарным модулем памяти ZZ-600 и встроенным стронциевым микрореактором.

— Это невозможно,— судорожно сглотнув, простонал Токадо.

— Мне нравится ваш оптимизм, господин директор,— небрежно заметил Соломон, добавив про себя: «Ну? Что я говорил? Один — один!»

— Откуда вы вообще знаете про эти разработки? — нервно барабаня по столешнице толстыми пальчиками, поинтересовался директор Бюро.

Нескромно. Можно даже сказать, очень нескромно, но вопрос задан. А если вопрос задан, должен прозвучать и ответ — ситуация обязывает. Хотя Сол по опыту знал, что лучше не договорить, чем сказать лишнее. Избыток информации вызывает недоверие, но и промолчать в данном случае не удастся. Остается надеяться, что господин директор прекрасно понимает его положение: никто не продает своих осведомителей.

— Ну скажем так: у меня есть в вашем ведомстве свои люди. Кто — не спрашивайте, но утечка информации — не следствие небрежности или корысти. Просто они верят мне так же, как Мтомбе или вам. Мне известно, что все названные мною модули изготавливаются поштучно, в условиях невесомости на орбите и процент отбраковки невероятно высок. Поэтому сразу предупреждаю: не пытайтесь меня одурачить — я знаю, как протестировать собранную машинку.