Босуэлла намеренно приближали к Марии. Он стал во главе ее личной гвардии. И уже к 1556 году по ее сонетам становится понятно, что он занял место в ее сердце. Однажды, получив известие о том, что он ранен, она, забыв все, бросилась к нему в замок.
Помехой для новой любви был только законный муж – Генри Дарнли. В 1567 году он был убит. Мария позвала его в одиноко стоящий романтический домик – вроде бы для восстановления отношений. Потом она отлучилась, а в домике взорвалась бочка с порохом. Тело злосчастного Дарнли вылетело в окно. В общем, все было сделано грубо и демонстративно.
Это произошло в феврале. А в мае королева – точно по Шекспиру, «не износив башмаков», в которых шла за гробом, – обвенчалась с Босуэллом, который ради нее развелся с женой. Кстати, прежнюю супругу он не переставал посещать и утешать. Это угнетало Марию, но к разрыву не привело. Кстати, Босуэлла судили по подозрению в убийстве Дарнли, но оправдали.
Новый брак королевы послужил толчком к кальвинистскому бунту против католички-развратницы и ее пособника. Бароны собрали серьезное войско, которому Мария не могла противостоять. Но она не соглашалась сдаться и подписать отречение, пока не удостоверилась, что Босуэллу удалось скрыться. Когда же муж бежал, королева отреклась от престола в пользу своего сына-младенца. Все последующие годы, с 1568 по 1587-й, вплоть до дня казни, она провела в заточении.
Босуэлл надеялся снова собрать какое-то войско и вернуться – Мария в это верила. Прежде он был крупным военным авантюристом, и у него многое получалось. Но судьба его оказалась ужасна. Он скрылся в Норвегии, где некая девица пожаловалась королю объединенных Норвегии и Дании, что этот человек некогда ее совратил. Король велел заключить преступника в тюрьму. Босуэлл провел более 10 лет в адских условиях и там умер.
Когда Мария поняла, что надежды нет, она пыталась бежать с острова, где ее держали. Она была по-прежнему привлекательна, и всегда находились мужчины, готовые ей помочь. Но куда она могла направиться в случае удачного побега? Франция далеко, и Екатерина Медичи, всю жизнь оборонявшая престол, хранившая его для своих детей, не приняла бы отрекшуюся королеву. Добраться до католической Испании и вовсе не было шансов.
Почему же Мария решилась искать спасения в Англии? Да, они с Елизаветой несколько раз обменивались письмами, и там были обычные для монархической переписки слова: «дражайшая сестра наша», «возлюбленной сестре нашей». Но ведь эти формулы нельзя принимать всерьез! Может быть, Мария искренне надеялась на милосердие, на высочайшую милость. Но это было страшной ошибкой. Дело в том, что много лет назад она уже сделала неверный шаг – заявила о своих правах на английскую корону. Ведь она была правнучкой первого английского короля из рода Тюдоров – Генриха VII, а Елизавета – его внучкой. Причем происхождение Елизаветы подвергалось сомнению: согласно официальной версии, ее мать казнили за многочисленные прелюбодеяния. Происхождение же Марии было безупречно.
Как же она могла теперь ждать милосердия от женщины, на чью корону покушалась? Неужели считала, что Елизавета близка к святости и все ей простила?
Наверное, все дело в безысходности. Мария была истовой католичкой, а значит, и помышлять не смела о самоубийстве. Ей оставалось только ждать, когда ее убьют, или, вопреки рассудку, надеяться на лучшее.
В 1568 году Мария прибыла в Англию. Она писала Елизавете: «Сестра моя, я ступила на твою землю!». Ответ был примерно такой: «Сестра моя, приму тебя как родную!». И приняли – сначала очень хорошо. Потом отношение к ней стало делаться все холоднее, условия содержания – все строже. Мария была ценной узницей, с точки зрения средневековой Европы. Ведь у нее остались друзья и родственники во Франции и Испании, с которыми Англия враждовала.
Попытки освободить Марию предпринимались. Ей приносили тайные записки, спрятанные в еде, в букетах цветов, зашитые в одежду. Она откликалась на эти романтические послания, тем более что ей совершенно нечем больше было себя занять. Это стало способом не чувствовать себя похороненной заживо. Она вновь пыталась бежать, даже переодевалась прачкой – но ее узнали и вернули. Несколько руководителей заговоров в пользу Марии Стюарт были казнены Елизаветой.
К 80-м годам напряжение вокруг фигуры знаменитой узницы достигло апогея. Особенно очевидно это стало после раскрытия очередного заговора католиков во главе с Энтони Бабингтоном в 1585 году. Елизавета долго колебалась, не зная, как поступить. Она устроила суд, который приговорил Марию к казни, но не сразу решилась утвердить приговор. Вряд ли это было притворство – она действительно просчитывала, что будет лучше для Англии. При этом Елизавета приняла очень важное решение – объявить своим наследником сына Марии, не знавшего низложенной узницы-матери, но имевшего статус шотландского короля с 1567 года. В годовалом возрасте он стал королем Яковом VI. Судьба матери его, теперь двадцатилетнего мужчину, видимо, не волновала.
В феврале 1587 года Мария Стюарт была казнена: ей отрубили голову. Это выглядело чудовищным злодеянием даже на фоне суровых нравов XVI века. Всякая казнь ужасна, но казнь женщины – это вопиющее нарушение законов не столько политических, сколько человеческих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
