- Ну он же сказал, что с этим можно повременить? – попыталась утихомирить Антонова Лена, снимавшаяся с нами в одной передаче – наша местная красотка.
Вот если б шеф с нею предложил Жене съехаться, тот бы, наверное, вприпрыжку побежал! А я… Кому, в конце концов, нужна я! Вон, посмотришь в зеркало, и сразу становится всё понятно. Волосы какие-то серые даже, а не русые, рост средний, особо выдающимися формами похвастаться не могу. Ни миниатюрной, ни пышнотелой, так, чтобы это соблазнительно было, даже назвать себя не могу. Какое-то сплошное издевательство! Посредственность!
Уверена, за глаза Женя меня иначе чем "мышь серая, обыкновенная" и не называет. Это вполне в его стиле, поиздеваться над несчастной коллегой и вытереть о неё ноги! Ну, ладно, возможно, я и преувеличиваю в какой-то мере, но хорошим человеком нашего Антонова точно не назовешь. Скотина он самая обыкновенная… И ничего общего с ним я иметь не собираюсь.
- Вот теперь, - сердито устроилась на стуле я, - можешь сам после себя стекло подбирать… И дыру в стене, которую ты чуть не пробил, теперь тоже сам заделывай! У меня, может, вообще кавалер есть!
- Это какой? Тот очкастый придурок, который к тебе приходил позавчера, просил автограф? – закатил глаза Женя. – Так он после этого и ко всем остальным зашел, ты не обольщайся.
- А вот и нет! – возмутилась я. – У меня, между прочим, бывший сосед – писанный красавчик! Не то что ты!
- А мужик с Троещины – предел твоих мечтаний? – фыркнул Женя.
- Он уже там не живет!
- Переселился на свалку?
- А вот и нет! – возмутилась я. – Не на свалку, а в шикарные апартаменты!
Судя по тому, как Женя на меня покосился, не поверил. Зря. Сосед у меня правда был шикарный. Такой красивый, что дух перехватывает, если глянешь. Умный. Порядочный! Ну, по крайней мере, верный, хотя с таким-то лицом мог бы позволить себе всё что угодно…
А ещё деньги умеет зарабатывать, хорошо к женщинам относится, не гулящий, не пьющий, не курящий… Короче, мужик-то идеальный. Его портрет сейчас в центральной галерее висит, а кто-то из наших про него даже репортаж снимал! Один у него недостаток: женатый. И на меня такой даже не посмотрит. Я теперь только и могу, что смотреть кадры из выставки его жены и завистливо вздыхать: вот же повезло, такого мужика себе отхватить. Она, правда, тоже красавица, ещё и богатая…
Добавлять "не то что я" ещё раз, или так сойдет? Так что какие-то там будущие миллиардеры, от которых глаз не отвести, если от меня даже паршивый Антонов нос воротит? Коренной столичный житель, чтоб его, заразу. Из приличного семейства. Квартиру вот купил, от матушки съехал наконец-то. И баб туда, наверное, водит, каждый вечер новую. Куда там меня?
Да и не хочу я.
- Не думала, что скажу это, но я с тобой согласна: нельзя так. Шеф – свинья, - тяжело вздохнув, промолвила я. – И ни о каком съезжаться даже речи быть не может. Это… Это издевательство!
- Тем не менее, - прошипел Антонов, - ты не отказалась!
- А что, мне вылететь с работы, что ли?!
- Ну а почему б и нет? Нашла б место получше этой дыры! Ты же всегда жаловалась!
- Это ты жаловался! – обвинительно воскликнула я. – А меня всё устраивало! И вообще, можешь найти себе кого угодно для этих съемок! Я не хочу светиться в большом ящике настолько сильно, чтобы терпеть тебя рядом!
Наверное, это прозвучало несколько неправдоподобно, потому что Женя только усмехнулся и демонстративно закатил глаза. Разумеется, верить в мои слова он как-то не особенно собирался.
- Дебилизм какой-то, - проворчал он. – Живешь себе, никого не трогаешь, работаешь, как обычный человек, а потом вдруг выясняешь, что ты кому-то там что-то должен предлагать, да и вообще, оказывается, у тебя есть девушка…
- Шоу-бизнес жесток, детка? – закатила глаза я. – И вообще, ты что, считаешь, что я в большом восторге от перспективы с тобой "встречаться"? – я изобразила пальцами кавычки. – Так ты слишком высокого мнения о себе, Женечка! Хотя, я и так это знала…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Да? – фыркнул Антонов. – Так что ж ты не высказала шефу своё "фи" прямо в лицо, а решила всё-таки сдержаться?
- Потому что, в отличие от некоторых, я не хочу потерять нормальную работу! – возмутилась я. – И вообще, ты тоже не спешил сопротивляться! Так что либо прекрати выносить мне мозг, либо отправляйся к Вась-Васю и рассказывай, что ты категорически против любых, даже притворных отношений со мной, и требуешь, чтобы он немедленно изменил свое решение. И тогда радуйся, если тебя не вышвырнут прочь с канала!
Кажется, вылетать с работы Женя тоже не спешил.
- Только жить стал, - он плюхнулся на компьютерный стул, и тот закрутился вокруг своей оси. – И на тебе! Счастье какое привалило, шеф решил отдать свой распрекрасный проект такому… бестолковому сотруднику, как я. Лучше б я просто и дальше занимался наполнением контента!
- Действительно. Я б тоже не отказалась, если б меня поставили в пару, например, с Сашей!
Никольский ответил только совершено спокойной улыбкой. Мы с ним довольно неплохо общались, хотя до лавстори, конечно, было далеко. Но почему-то все в восторге именно от моего взаимодействия с этим… Этим… Да как бы так сказать, чтобы не заматериться?!
- Ладно, черт с тобой, - вздохнул Женя. – Парочка так парочка. Но если ты надеешься на что-то вне экрана…
Теперь пришла уже моя очередь фыркать.
- Совсем сдурел, что ли? – закатила глаза я. – Нет, дорогой мой, ни о каком "вне экрана" и речи быть не может. И вообще, - я сердито взглянула на него, - до пятницы, или когда там запускают наше шоу, я надеюсь продолжать тебя ненавидеть!
- Но-но! – закатил глаза Женя. – Не отклоняйся от легенды! Мы изображаем ненависть, потому что на работе запрещены отношения!
Судя по выражению лица, он даже сам в этот бред, который только что произнес, не поверил. Во-первых, у нас в офисе ничего не запрещено, куча парочек есть, хотя потом, когда они разбегаются, конечно, появляются определенные дополнительные проблемы. А во-вторых…
- Это ты ради изображения ненависти на каждый комментарий в сети, где о нас с тобой пишут, отвечаешь, что мы ни в коем случае не пара? – поинтересовалась я ядовито. – Да?
- Это чтобы у тебя лишних надежд не было, - пробормотал Женя, как мне показалось, даже немного смутившись. – А то мало ли, что у тебя в голове!
Теперь уже у меня возникло желание швырнуть чашкой, только а сей раз не куда-нибудь абстрактно, а прицельно, Жене в голову. Он, перехватив мой полный гнева взгляд, только самым наглым образом ухмыльнулся и отвернулся, вновь повернувшись к своему монитору.
- Что, - не удержалась от колкости я, - ты все еще собираешься доказывать, что мы не пара?
- Надо же как-нибудь поддерживать репутацию, - протянул Евгений. – В пятницу я перестану быть свободным мужчиной, хочу насладиться всеми прелестями свободы.
- Я прицеплю камеру тебе на пиджак, - раздраженно пробормотала я, придвигаясь ближе к монитору, - засниму твои похождения по барышням и в каком-нибудь самом неожиданном эфире выпущу это и устрою сцену ревности. Чтобы все знали, что ты, Женя, гад гулящий и сволочь.
- Не боишься, что получишь ответку? – фыркнул он.
Я только закатила глаза.
О да, мне есть чего бояться. Камера заснимет мои любовные отношения с вечно засоряющейся раковиной, а ещё жестокое убийство тараканов, которые наползают от соседки сверху. Уверена, это любопытное видео произведет фурор! Как говорил мой сосед, нынче, кажется, купающийся в золоте, тараканы регулярно опускают нас с небес на землю и напоминают о наших истоках. Так вот, у меня шанса об этих самых истоках забыть нет и не было никогда, я, как всегда, вечный раб маленькой зарплаты и надоедающей работы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И только карьера набирает обороты, так сразу появляется какое-нибудь необходимое условие вроде "встречайся с самым большим придурком со своей работы, который тоже терпеть тебя не может".
